Битва за систему Дайнекс (СИ)

— Но это нарушение Устава, сэр, — Агата поставила чашку на стол так резко, что на секунду мне показалось, что она плеснет кофе мне в лицо. — Расписание постов утверждено Приказом Командующего ВКФ номер…
— Я знаю номер приказа не хуже вас капитан, давайте не будем играть в бюрократию. Вопрос простой. Вы или помогаете мне, или мешаете. Если вас, — я сделал ударение на этом слове, давая понять, что речь идет о личном отношении старпома к этому вопросу, — что-то не устраивает в моем указании, то вы можете написать рапорт напрямую командующему флотом. Тут я помешать не могу. Но я бы очень хотел, чтобы мы все-таки работали в одной команде, и этот корабль стал лучшим во Втором флоте. Просто слепо соблюдая Устав, мы этого не добьёмся. Таких и без нас хватает. Иногда надо проявлять гибкость.
Я закончил тираду и вопросительно посмотрел на старпома. Момент был напряженный. На ее лице читалась явная внутренняя борьба. Но вот что победит в голове этой женщины: страх перед мелким, но все же нарушением устава, или жажда продвинуться по карьерной лестнице, уцепившись за хвост нового и явно честолюбивого капитана, я предугадать не мог. Мне самому особенно ничего не угрожало, даже если Агата доложит флотскому начальству, там явно не будут цепляться к капитану корабля по столь мелкому поводу. Какой смысл? Если уж вы назначили человека и вверили корабль, то будьте добры доверять его решениям. А вот старших помощников, строчащих рапорты на свое руководство, особо никто не любил. Ну, может, кроме СКО[1].
Дело тут было в другом. Я искренне хотел, чтобы в офицерском составе команды «Дартера» все работали, так сказать, в одной упряжке, и возможность на сто процентов доверять старпому для меня была крайне важна. Именно поэтому я и раздул эту историю с ремонтными бригадами до таких масштабов. Я не столько переживал за эффективность ремонта корабля в бою, сколько хотел проверить реакцию Агаты Вилсон и убедиться в ее лояльности. Хотя эффективность, конечно, тоже была важна. Выходило, что таким образом я убивал сразу двух зайцев.
[1]СКО — Служба Контроля Опасности. Спецслужба Федерации, совмещающая полицейские и разведывательные функции.
  
Глава 3
 
Рапорт стар-коммандер Вилсон так и не написала. После недолгих препирательств онасмирилась и со свойственными ей энергией и целеустремлённостью принялась решать поставленную мнойзадачу. Уже через двое суток на первой же учебной тревоге я с удовольствием отметил, что на боевые посты вышло шесть ремонтных бригад. Мне, правда, пришлось выслушать целую серию жалоб от самых различных служб, где Агата изыскивала свободных, по ее мнению, людей. Больше всего их, естественно, оказалось среди абордажной группы. Формально флотский спецназ, из которого комплектовалась эта часть команды, подчинялся мне точно так же, как и любой другой член экипажа, но вот сами спецназовцы традиционно считали себя на любом корабле этакой отдельной кастой. И очень ревностно относились к попыткам привлечь их к чему-то, кроме их непосредственных обязанностей — защиты корабля или штурма вражеского судна.
На «Дартере», как и на большинстве эсминцев флота, был расквартирован взвод десантников. Тридцать два человека, включая их командира — лейтенанта Дугала Фрэйзера. Здоровенного громилы двухметрового роста с комплекцией горной гориллы и примерно такими же манерами. Каким чудом он окончил офицерские курсы, было, пожалуй, главной тайной всего Десантного Корпуса. Именно от него я услышал наиболее развернутые отзывы об Агате, ее родственниках по всем линиям и даже сексуальных привычках всей ее семьи до пятого колена. А еще угрозу выбросить в шлюз всех, кто заставит его ребят таскать инструменты за доходягами-инженерами. В общем, мне в очередной раз пришлось напоминать, что капитан тут я, и единственное, что вылетит в шлюз, — это карьера самого Фрэйзера, если он не угомонится и не выполнит приказ. Меня, честно говоря, уже начинало порядком выбешивать, что за последние дни мне так часто приходится напоминать своим подчиненным о субординации и ответственности. Напоминало дурацкую детскую игру, в которой нужно молотком бить выпрыгивающих из разных лунок кротов, но каждый раз они вновь и вновь выпрыгивают в другом месте. Напоминало дурацкую детскую игру «Убей крота!» — несмотря на все усилия, крот каждый раз выскакивал в новом месте. Так что, благостный настрой, овладевший мной в первые недели после назначения, испарился без следа. Не добавляло радости и новое задание от командования. «Дартеру» было предписано выдвинуться на орбиту самой удалённой планеты. По стандартной классификации планеты во всех системах именовались по названию звезды с добавлением номера по мере удавления от светила. Нам предстояло направиться к Дайнекс-7.
 
Такой способ классификации, естественно, лишал отдельные планеты хоть какой-то индивидуальности, но в масштабах огромной Федерации, включающей почти семьдесят звездных систем, был, безусловно, удобен и логичен. Впрочем, существовало еще и негласное правило, по которому основная и обычно единственная обитаемая планета системы не нумеровалась, точнее, номер ей присваивался, но его все и всегда опускали. В системе Дайнекс такая отсутствовала, ни одна из ее семи планет так и не была заселена, поэтому все они обозначались на карте сухими цифрами от одного до семи.
Я вывел карту системы на основной экран капитанского мостика. Седьмая планета заняла почти половину огромного, почти три метра в диагонали, голографического дисплея. Размером она была, примерно, с Меркурий в солнечной системе, да и пейзажем тоже его очень напоминала. Безжизненная, испещрённая миллионами кратеров поверхность, серая пыль и полное отсутствие сколько-нибудь серьезных горных массивов. Мрачноватое место. Я, сам того не заметив, недовольно хмыкнул. Вся ценность этого космического булыжника заключалась в небольшой, но очень современной ремонтной станции, расположенной над южным полюсом планеты. Док у этой станции был не слишком большим — линкор или фрегат сюда, ясное дело, не припаркуешь, а вот обычные транспортники в самый раз. Собственно, ее потому и поставили на отшибе, чтобы при проблемах по выходе из прыжка, который чаще всего осуществляют на внешней границе системы, до ремонтной станции было ближе всего лететь, и корабли с неполадками не подвергали риску себя и крупные станции, расположенные на орбитах первых четырех планет.
Второй флот почти в полном составе занимал орбиту Дайнекс-3 — самой крупной планеты системы, на которой располагалась огромная станция корпорации Rugerstoll. Ее верфь как раз проводила плановое обслуживание флагманского фрегата, а десяток эсминцев и вдвое большее количество корветов компактно висели на теневой стороне планеты чуть выше орбиты станции, давая возможность экипажам проводить увольнительные в шикарных барах и развлекательных центрах, которыми была напичкана любая подобная база.
В общем, «Дартер» оказался одним из четырех «счастливчиков», которых отправили в патрульные миссии на окраины системы. Никаких серьезных проблем никто не ожидал, но протокол есть протокол, и следовало держать минимум по одному вымпелу в каждой из четырех основных точек перехода. Мера эта была весьма сомнительной, на мой взгляд.
Базовые точки перехода — по сути являются всего лишь оптимальными координатами для совершения гиперпространственного прыжка в систему. Их вычисляют для каждой из систем по специальному алгоритму, заносят в особый реестр, и именно по ним ориентируется любой навигатор, прокладывая курс. Удобно? Безусловно. Но только для грузовых или пассажирских перевозок, где главное безопасность и соблюдение графика. Базовые точки, как правило, выводят в области космоса свободные от любых, даже потенциальных, угроз, как то: астероиды, газовые облака, гравитационные поля крупных планет или скопления космического мусора. Да и точкой это можно назвать весьма условно, скорее, область в несколько тысяч квадратных километров. В настоящее время одна из этих точек находилась всего в сорока минутах хода от седьмой планеты, и командование направило мой корабль именно сюда для одновременного контроля и точки перехода, и самой планеты. Судя по тому, что седьмая планета будет в зоне контроля этой точки еще почти три недели, прежде чем удалится дальше по своей орбите, командировка обещала затянуться.