Ученик архимага (СИ)
Прошло полчаса, никаких неприятных последствий я не почувствовал, лишь живот сильнее заурчал, как будто говоря, мол, маловато будет, хозяин, подкинь ещё топлива! Чуть посомневавшись и подождав ещё немного, я всё же решился, и съел грибы, никуда не торопясь и тщательно их пережёвывая. Не скажу, что прям сильно наелся ими, но чувство голода отступило, и я стал устраиваться на ночлежку.
Как и планировал, я развёл три костра в форме треугольника, в центре которого я планировал соорудить себе лежбище, завалил все проходы валежником, сделал себе постель из травы и веток, и завалился спать, в обнимку с толстой дубинкой, не забыв подкинуть перед сном в костры веток потолще.
Я настолько вымотался за эти два дня, что даже звуки ночного леса не помешали мне чуть ли не моментально вырубиться. Через какое-то время меня разбудил дикий рёв какого-то зверя где-то неподалёку. Я сел, похлопал сонными глазами в темноту, подкинул дров в еле тлевшие костры, от чего вспыхнувшее пламя отогнало от меня ночную мглу, и рухнул обратно в свою необычную постель. К чёрту всех зверей. Я — спать.
Глава 3
Меня разбудило то, что по мне явно кто-то ходил. От неожиданности я чуть не подскочил с места, едва проснувшись, но успел себя сдержать, и лишь слегка приоткрыл глаза. По мне деловито ходила какая-то толстая птица, чем-то с виду напоминающая коричневую курицу, только раза в два раза побольше, и без хохолка на голове. Эта псевдокурица без всякого страха ещё немного побродила по моим ногам, перебралась на живот, из-за чего я чуть не вздрогнул, покрутилась там, и нагло уселась, то ли собираясь снести яйцо, то ли спать собравшись прямо на мне. Подобную наглость надо карать, решил я, резко схватил её и свернул шею. Она даже каркнуть не успела.
— Ну вот, кажется, я сумел обеспечить себя завтраком! — оптимистично подумал я, перевёл взгляд на костры, и моё хорошее настроение сразу же улетучилось. Ни от одного из них не шло даже малейшего дымка. Я шустро подорвался с лежанки, и кинулся их проверять на предмет углей. Как-то совсем не улыбалось ещё и сегодня прямо с утра потратить кучу времени на добывание огня. Слава богу, в одном из них всё же нашлось несколько едва тлеющих под толстым слоем золы угольков, из которых мне удалось раздуть огонь.
Через несколько минут рядом со мной весело трещал костёр, а я крутил в руках птицу, пытаясь сообразить, с чего мне вообще начинать, и как тут действовать без ножа. То, что её надо ощипать, я как-то сразу догадался, а вот то, каким образом я доставал из неё всякие там кишки, даже вспоминать не хочу, догадывайтесь сами. Где-то через полчаса я был весь в перьях, но это было ещё не самое страшное. Все мои руки были во всякой склизкой гадости, а помыть их было негде. Я, конечно, вытерся травой, но воняло от них теперь просто неимоверно почему-то.
Дальше я соорудил из нескольких веток самодельный мангал, насадил всю тушку на ветку, и стал её жарить. Получилась какая-то хрень. Вскоре сверху она уже обгорела, а внутри ещё оставалась сырой. Дождавшись когда она чуть остынет я, тихо матерясь, разорвал её голыми руками на несколько частей, и продолжил процедуру дожаривания. Ещё минут через двадцать мне удалось, наконец, поесть. Очень не хватало соли, но чего нет, того нет. Несколько кусков я завернул в широкие листья какой-то травы, чтобы взять с собой. Сильно сомневаюсь, что мне ещё раз так повезёт с добычей, так что надо было экономить то, что есть. Я с огромным сожалением потушил костёр, уже предчувствуя ожидавшую меня вечером процедуру, и двинулся дальше по дороге, прихватив одну из дубинок по длиннее, которую стал использовать в качестве посоха.
* * *— Интересно... — пробормотал я, изучая появившуюся передо мной дорогу, в которую упёрлась моя. Эта дорога явно использовалась гораздо чаще. Высокой травы на ней не было, а помимо колеи от транспорта отчётливо был виден след от животных, которые тут местные жители использовали в качестве тягловой силы. Судя по тому, что следы ещё не смыло дождём, проехали тут совсем недавно. С виду они напоминали отпечатки копыт с подковами, но я был не слишком большим, мягко говоря, специалистом в этой области, чтобы понимать, что за животное тут прошло. Как по мне, так вроде обычные следы от лошадей, вот только есть ли они тут? Ну да пофиг, в общем-то. Тут на самом-то деле о другом надо думать, а не о лошадях. Куда дальше-то идти? В какую сторону, то есть? Моя дорога закончилась, а эта протянулась с востока на запад, а не в сторону нужного мне севера. Понятно, что мне нужно скорее выбираться к людям. Я совсем не лесной житель и долго тут не протяну. Но что дальше-то? Я подозревал, что без знания языка и денежных средств мне будет довольно не просто найти башню архимага. Ещё большой вопрос, какие здесь порядки и как местные жители вообще отреагируют на меня. Ну да будем решать проблемы по мере их поступления, а пока я глянул налево, потом направо, и без всяких сомнений пошёл в ту сторону, в которую недавно тут кто-то проехал. И не спрашивайте меня почему. Сам не понял.
Не знаю, сколько километров я прошагал, но к вечеру мои ноги просто отваливались. Я уже начал присматривать место ночлега, решив, что в этот раз на дороге располагаться не стоит, всё же было видно, что ей довольно часто пользовались, и не хотелось бы, чтобы по мне кто-то проехал, как вдруг до меня донёсся какой-то шум. Впереди дорога делала резкий поворот, и вот из-за него и доносились какие-то звуки. Прислушавшись, я разобрал какие-то крики, звон металла, и ржание лошадей. Я нерешительно замер. Как-то не готов я оказался к встрече с местными жителями. Да и шумно там слишком. Если даже предположить, что они устраиваются на ночёвку, то всё равно не понятно, зачем так орать? И что за металлический звон стоит? Всё же надо глянуть, что там происходит, но как-нибудь аккуратно, чтобы меня не заметили, решил я, и свернул с дороги в лес.
Уже минут через пятнадцать я наблюдал за довольно занимательной картинкой, про которую раньше разве что в приключенческих романах читал. Поперёк дороги лежало здоровенное, явно не само упавшее, дерево, перед ним же стояли три кареты, рядом с которыми крутились на вполне обычных с виду лошадях с десяток всадников, в красных мундирах, отчаянно отбивающихся чем-то похожим на сабли от нескольких десятков оборванцев. И не смотря на то, что у последних из оружия были лишь какие-то вилы, да палки, не сказал бы, чтобы они проигрывали, судя по тому, что чуть в стороне стояли две лошади, рядом с которыми лежали два тела в красных мундирах, а вот у нападавших, похоже, был пока только один пострадавший. Численное преимущество всё же сказывалось. Они очень грамотно распределили между собой цели. На каждого из обороняющихся приходилось по трое-четверо нападавших, которые весьма умело действовали против всадников, под командой здоровяка с густой чёрной бородой, у которого единственного из нападавших в руках был длинный меч, а мощное тело укрывало что-то вроде кольчуги. Периодически он громко отдавал какие-то команды голосом, напоминающим скорее рычание дикого зверя, чем человеческую речь, и тот, кому команда была адресована, шустро кидался её исполнять. Так на моих глазах он, увидев, что в одной из троек выбыл один из подчинённых, пропустив удар саблей по руке, громко что-то рявкнул, и тут же туда подскочило ещё два человека из команд, где до этого было по четыре человека. Очень организованная банда... — решил я, продолжая наблюдать. Даже странно, что он ещё не вооружил их нормально. Хотя, с другой стороны, смысл вооружать этих оборванцев теми же саблями, если они не умеют ими пользоваться, и им гораздо сподручнее их нынешнее вооружение, с которым они и так вполне благополучно справляются со своими противниками? Ну, и наглости им, конечно, не занимать. Напасть на хорошо охраняемые кареты... Для обычных бандитов такое вообще-то не характерно.
Пока я размышлял, нападавшим удалось сбить с лошади ещё одного противника, и заколоть вилами. Ситуация для обороняющихся стала совсем критичной. Чую, ещё немного, и их всех положат. Осталось сообразить, лезть ли мне во всё это или не стоит? Так-то конечно неплохо было бы выступить в роли спасителя, что позволило бы обзавестись тут знакомыми, которые при этом будут мне благодарны за оказанную услугу. С другой стороны, слишком уж много противников, а у меня из оружия лишь обычная палка. Вот совсем не уверен, что вмешавшись не окажусь в рядах проигравших. Как-то совсем не хотелось погибнуть, сражаясь за неизвестных мне людей. Сердце молчало, а разум твердил, что ну его нахрен впрягаться за незнакомцев с далеко не очевидным раскладом.