После измены (СИ)

— Для меня это пустяк, — роняет скромно и тут же ошарашивает. — Приезжай с ребятами. Если захочешь, всегда сможешь уехать.
— Я даже речь на празднике не пойму. Я там буду чужой. Зачем? Лучше погуляю. Осмотрюсь.
— Впервые здесь? — вопросы совсем не вяжутся с его безразличным равнодушным видом. И лишь глаза выдают живой интерес.
— Да, спасибо ребятам, что пригласили.
По правилам приличия, Йохану уже давно пора выйти из моей комнаты, но он все ещё здесь. А мне уже пора тактично намекнуть, что меня следует оставить одну, но я этого не делаю.
— Ты на заправке мотоцикл купил? — вырывается абсолютно неуместный вопрос.
Йохан удивленно вскидывает брови.
— Да, — немного медлит с ответом. — Это лимитированная серия гоночных моделей. Они не продаются. Возможен только обмен на баллы.
— И насколько уже велика твоя коллекция?
— К сожалению, это только второй. Баллов заоблачно нужно, — закатывает глаза к потолку, подтверждая свои слова.
— Увлекаешься мотогонками? — губы сами собой растягиваются в улыбке, как только я представляю его на огромной спортивной махине с рычащим мотором. В специальном обмундировании. И ещё почему-то в перчатках. Чёрных. Кожаных.
Ловлю спокойный ответ:
— Раньше увлекался.
«А теперь остыл», — осталось висеть в воздухе.
Так странно слышать, что его интерес может угаснуть. Кажется, что выбор этого мужчины непоколебим. Фундаментален. Всегда. И никто не может на него повлиять.
И вновь тяжёлое молчание поглощает атмосферу комнаты. И никто не решается разорвать зрительный контакт. Странная пауза затягивается, усиливая эффект.
Йохан тихо прочищает горло и первым нарушает почти осязаемое безмолвие:
— Я должен ехать, — размеренно указывает на дверь ладонью.
Внутри неконтролируемо поднимается сопротивление. Но я молчу и лишь пожимаю плечами в ответ.
— Рад встрече.
Как только за мужчиной закрывается дверь, я сажусь на кровать, не в состоянии подавить нагнетаемую тяжесть в душе. Чувствую себя эмоционально вымотанной.
А в голове гулко звучит отголосок фразы: «Приезжай с ребятами».
Ну нет. Мне точно делать нечего на празднике. Абсолютно! Но, вопреки здравому смыслу, я по памяти быстро перебираю весь свой скромный гардероб в поисках подходящего наряда.
«Приезжай с ребятами…» 
И даже мысленно вытаскиваю подходящее платье, не в силах сейчас себе признаться, что решение принято: я пойду…
* * *
Вот это скромное мероприятие?! Вот это?! СКРОМНОЕ?!
Возмущение не помещается в голове.
Сколько здесь гостей?
— Мог бы и предупредить по-дружески, — чеканю сквозь натянутую улыбку ухмыляющемуся Итану. — И ты тоже, — зыркаю на Лиду.
— Я сама не знала… Итан, — возмущается Лида, — ты почему не предупредил, что будет столько народу?
— А с Ларсенами разве угадаешь? Я ж не знал сам-то! — оправдывается в сердцах. — Да тут не так много, просто все с семьями. Я видел ещё трёх его партнёров. Закадычных друзей. Все, как мой отец, со взрослыми детьми. Ещё двое младших братьев вон стоят болтают.
Отовсюду незнакомая речь. Прекрасно.
— Ты говорил, что это будет просто семейный ужин, — допытывается Лида. — А тут столпотворение мирового масштаба.
— Потому что никто не решился отказать, Нох обидчивый и злопамятный. А семья для него — это довольно широкое понятие.
— Хм, — бросаю задумчиво, — а мне кажется, если кто-то не приедет, твой Нох даже не заметит.
— Это ты просто его плохо знаешь. Но ничего, познакомишься, — этот негодяй ангельски хлопает длиннючими ресницами.
— Пойдёмте немного осмотримся и выразим почтение имениннику.
Дом у Ларсена-старшего огромный. Всего два этажа, но территория большая. На фоне маленьких, аккуратно льнущих друг к другу домиков на противоположной стороне улицы, эта махина кажется настоящим дворцом.
Приглашённые одеты незамысловато: скромные платья, повседневные наряды, кто-то в джинсах, кто-то в рубашках. Народ разбился кучками, со всех сторон летит оживленный разговор.
Нет, ну правда, в голове не укладывается! Я думала, это будет обычный ужин. На две семьи. А получается, что только со стороны Итана пришло шесть человек: мать, отец, брат и нас трое. Кстати, брат у Итана видный парень. Весёлый, но постоянно загруженный, с телефоном в руках, вечно с кем-то разговаривает. Что-то решает. И имя у него тоже необычное — Вилан. Лида тихонько шепнула на ушко, что он холостой и в настоящее время занимается спортивным питанием. И Швецию покинул вслед за Итаном, около шести лет назад.
 
Мы нашли родителей Итана, которые приехали чуть раньше нас, поболтали с ними.
Знакомство с именинником вышло торопливое, не сказать что радостное. Мужчина в годах, брови сведены над переносицей, на морщинистом лице суровое выражение, и даже широкая улыбка не скрывает непримиримости характера. Сразу видно: он человек очень жёсткий. Кажется, я теперь понимаю, как он смог добиться успеха.
«Его заводы производят бытовую технику и электроприборы. Бренд известен повсеместно, это один из самых крупных поставщиков на мировом рынке», — краткая справка от Итана. Дословно.
Все ещё находясь под впечатлением от знакомства, я извиняюсь перед ребятами и сбегаю на террасу. Вот где поистине здорово. Вид отменный! Ухоженные газончики, высаженные в ряд деревья, выделенные каменной плиткой дорожки, в стороне искусственный водоём с насыпью из крупных камней. Невероятная атмосфера!
— Любуешься? — раздается сбоку русская речь. Поворачиваю голову, сталкиваясь с голубыми глазами. Вилан.
— Да. Захотелось на воздух. Я не ожидала, что будет так много народу.
— Тебе после всех «твоих» праздников, наверное, хочется тишины и покоя. А не вот это вот все.
Стабильности, уверенности, размеренности, — добавляю про себя.
— Нет, все в порядке. Я просто морально готовилась к скромному ужину человек на десять. А теперь чувствую себя немного не в своей тарелке. А еще я ни слова не понимаю из того, что они говорят, — скованно улыбаюсь.
В стороне ловлю движение и отвлекаюсь от разговора с Виланом.
Потрясённый взгляд устремляется ко входу. Через ворота уверенно проходит маленькая девочка. На вид… даже не знаю… четырех-пяти-шести лет. За ней уверенно шагает Йохан, на вытянутой руке несёт прозрачный чехол. Внутри нарядная ткань нежно-голубого цвета. Мужчина окликает девочку и указывает в сторону. Она согласно кивает, убегает за угол здания. Йохан направляется туда же.
Нас с Виланом мужчина, кажется, не заметил…
  
Глава 11
 
Я растерянно отворачиваюсь. Тягучий взгляд сам липнет к перилам, застывая.
Девочка как куколка: белокурая, хорошенькая, улыбчивая, волосы распущены и, кажется, немного вьются.
Так трогательно, что Йохан несёт ее платье и наверняка сам поможет ей переодеться.
Вот только эта семейная сцена напрочь выбила меня из колеи. Возможно, мужская забота полосует душу, потому что я в детстве никогда в свою сторону ничего подобного не видела. А может быть, собственное воображение сыграло злую шутку: Сергей, вполне вероятно, вот точно так же в будущем будет носиться со своей дочкой, а если родился мальчик, они могут играть в дартс или повсюду расклеивать наклейки с машинками…
— Да не волнуйся. Это не настолько принципиально.
Перевожу затуманенный взгляд на Вилана. Как ни силюсь, не могу вспомнить, о чем мы вели беседу. Нить разговора уже утеряна.
— Здесь главное — засветиться, — продолжает парень, мечтательно косится сначала на часы, затем на высокий забор. — Я, например, через часик сделаю ноги.
Я не решусь уехать. Мне кажется, это будет неуважением не только по отношению к имениннику, но и к родителям Итана.
У Вилана опять звонит мобильный, и мужчина с извиняющимся лицом постукивает пальцем по экрану.
— Оставайся. Я вернусь в дом, — мягко улыбаюсь и спешу удалиться.
Отчего-то накатывает тяжёлое чувство. Должно быть, все напряжение последних недель сказывается. Стараюсь от него избавиться, но становится только хуже. Горький ком липнет к горлу. Держу спину прямо, как привыкла с детства, когда было больно, обидно и тяжело, но приходилось идти, справляться с трудностями, закалять характер, воспитывать в себе победителя, соблюдать дисциплину.