Феечка во френдзоне (СИ)
— Если хоть один волос упадет с головы моей дочери… и зятя… и ее деверя и вообще!.. я просто… я просто… — потрясая свежеиспытанной воронкой для ловли четырехмерных слизней и наступая на непрошеного гостя, бормотал отец.
То ли папино очередное изобретение с размазанными внутри лиловыми слизнями напоминало орудие пыток, то ли вид растрепанного отца в желтом плаще, забрызганном малиновым соком, со съехавшими набок очками навевал мысли о маньяке-убийце. То ли все мы вкупе смотрелись крайне недружелюбно, но Жуковский попятился и бросил Сержу:
— За мной, разберемся с ними позже!
— Я остаюсь, — гордо задрав подбородок, заявил Кошек. — Здесь мои друзья, а вы, смею напомнить, обманом вынудили меня показать дорогу к дому Маши. Я не терплю ложь!
— Ну и черт с тобой, полоумный! — ругнулся старик. — Я пришлю своих помощников за машиной. Только попробуйте ее спрятать. Ни подарков, ни денег вы от меня больше не увидите.
— Не трясись, дед, — буркнул Кит, — ничего нам от тебя не нужно.
… — Каково! — возмущенно воскликнула мама, вернувшись в дом. Она бдительно проследила за тем, чтобы незваный гость покинул нашу территорию. — Прийти в дом к феям с ужасными угрозами! И эти ужасные скарабеи повсюду на одежде. Серж, милый, хорошо, что ты отказался работать с этим ужасным человеком!
— Да, Камилла Артуровна, вы правы, — Кошек присел на стул. Вид у него был несчастный и обескураженный. — Уму непостижимо, что делает с человеком…
— … вампиром, — подсказала я.
Кошек вяло махнул рукой:
— Неважно. Обманутое доверие, вот что это. И предательство!
— Но это не повод вести себя по-хамски, — возмутилась мама. — Жаль, здесь не было моей сестры Анисы, уж она бы ему задала! А ты мой герой! Ты так бесстрашно встал на защиту дочери и всей нашей семьи! — мама повернулась к зарумянившемуся папе и звонко чмокнула того в щеку.
— Тогда я, пожалуй, вернусь на грядки? — смущенно предложил папа. — У меня там опыты не окончены.
— Конечно, Лорик, дорогой.
— Спасибо, — я аккуратно обняла отца, стараясь не вляпаться ни в малину, ни в слизней.
Однако когда папа вышел, мама со вздохом признала:
— Кажется, он просто очень сильно обиделся, этот господин Скэрэб. Любому бы не по вкусу пришлось узнать о предательстве любимой женщины. Даже через столько лет. Он, видимо, очень сильно ее любил.
— Незабудкина же не знала, что он вернется, — вяло возразила я. Защищать хама Жуковского-старшего не хотелось. Анастасию, впрочем, тоже.
— Она темная фея, — задумчиво возразил Кит. — Любила бы его по-настоящему, нашла бы потом.
— Резонно, — признала я. И довольно жестко сказано для такого скромного парня.
— Ой, ну что мы все о грустном, детишки! Выбор сделан! Забудем этот неприятный визит! — мама всплеснула руками. — Маша, Ник! Давайте лучше обсудим вашу свадьбу!
— А ведь верно! — оживился Кошек.
— Маша еще не сказала «да», — серьезно возразил Ник, глядя мне в глаза.
— Э-э-э… — протянула я, лихорадочно обдумывая варианты побега. Растолкать всех, вырваться в сад и сбежать на бентли Жуковского-вампира?
Я поймала мамин внимательный взгляд.
— С другой стороны, я тут подумала… Марион слишком молода для брака, — внезапно сообщила она категоричным тоном. — Ей нужно доучиться и продвинуться в карьере. А тебе, Ник, предстоит сложный этап в новом бизнесе. Как только узнаешь, какие мы, нелюди, странные существа, сразу поймешь, о чем я. Предлагаю испытательный срок. Год. В конце концов, можно просто встречаться. Все сейчас так делают.
— Хорошо, — согласился Ник. Повернулся так, чтобы его лицо видела только я, и строго посигналил мне бровями.
Нет, я никуда не денусь. Это была минутная паника.
— Спа-си-бо, — произнесла я в ответ одними губами.
— Не за что, — лукаво усмехнувшись, ответил он.
За то, что остался со мной… с нами, поддержал меня и брата, за то, что просто не перешел на сторону темных печенек. А они, эти печеньки, были очень вкусными. Один автомобиль чего стоит. Я-то видела, с каким удовольствием Ник вел Никину машину. Отказаться от богатства? Вернуться к тяжелой, опасной профессии? Это не каждому под силу.
— Тогда я поставлю чайник, — улыбнулась мама.
— Я помогу тебе… поставить чайник! И… и… разложу варенье по вазочкам!
— Благодарю, Марион. Ты такая заботливая сегодня, дочка, — мама не удержалась от шпильки, намекая на то, что дома я обычно валяюсь на травке в саду.
Но на кухне, куда я сбежала от взгляда Ника, мама с редкой для ее веселого темперамента серьезностью произнесла:
— Парень влюблен. Однако не стоит скидывать со счетов феичьи флюиды, легко попасть под их очарование — трудно различить, где серьезное чувство, а где нет. Я знаю, что ты Ник пробудил в тебе крылья, что он отражен в нашем эгрегоре. Но я также знаю, как сложно принять другого человека в свою жизнь. У нас, у фей, разводы редки, потому что мы чувствуем вот тут, — мама приложила руку к груди. — Пусть говорят, что мы легкомысленны — блажен, кто верит своему сердцу. У вас с Ником все будет хорошо, если твое сердце скажет «да» раньше, чем уста.
— Отлично сказано, — пробормотала я, чувствуя, как увлажняются глаза. — Спасибо. За то, что поддержала.
— А пока у вас куча времени, чтобы насладиться молодостью. Другой такой шанс представится, только когда вырастут дети, — серьезно предупредила меня мама.
— Да! — выпалила я, ощутив невиданный приток энергии. — Скоро ведь Феш! Оторвемся на нем по полной!
… Мы вернулись в город на автобусе, оставив у ворот подарок мистера Скэрэба.
Ребята проводили меня домой. Мы попрощались, Ник и Кит, после всех испытаний едва державшиеся на ногах, вызвали такси и уехали, а Серж, задумчиво глядя на полную луну, сказал:
— А ведь ты пожелала мне успехов в карьере. Мне даже страшно предположить, что такое неуспех, если то, с Жуковским, было удачей.
— Это как посмотреть. Мои Пожелания всегда сбываются, — возразила я. — Вот увидишь, ты найдешь отличную работу. В конце концов, мне самой от этих скарабеев было не по себе. Уверена, что мистер Скэрэб балуется с магией мертвых.
— Да? — озадачился Серж.
— Можно быть хоть суперпредприимчивым бессмертным вампиром, — убежденно продолжила я, — но ты сам знаешь, как тяжело дается вам ведение дел в мире людей. Рано или поздно люди начинают что-то подозревать, поэтому вы редко занимаетесь чем-либо профессионально. Мистер Скэрэб выпускает одежду полвека. Как?
Кошек призадумался. Он так и ушел, погруженный в мысли. А я вошла в подъезд.
Эраст Филимонович поджидал меня у дверей. Он наверняка видел меня с террасы.
— Я рад, что вы вернулись, Машенька. С Жанной все прекрасно. Она удивительная. Зайдете ко мне попозже на чай, заодно заберете Жанну. Она сейчас ужинает.
— Эраст Филимонович? — решилась спросить я. — Есть какие-либо новости? Хоть… какие-нибудь.
Пожилой мужчина понял меня с полуслова и покачал головой:
— Увы, кажется, нам уже не стоит надеяться, — прошептал он, поникнув. — Они больше ее не ищут, в полиции и так много дел.
— Мой друг, он частный детектив, — беспомощно проговорила я. — Возможно…
— Вы же знаете, я обращался в четыре агентства. Увы, Машенька, увы.
Я растерянно кивнула и, пообещав спуститься на чаепитие, поднялась к себе. Но как же так? Мое Пожелание должно было сработать! Ведь Алик стал человеком, а Ксю собирается замуж! Валя прислала сообщение, что Костя и Оля штудируют программу восьмого класса. Хельге предложили контракт! А Тамара Сергеевна так и не вернулась, более того, ее окончательно признали мертвой.
Я ходила по комнате и думала. Ко мне забежала Ксю. Метаморфка собирала вещи для переезда к жениху и слезно прощалась с квартирой, где провела столько лет.
— Буду скучать. И рыдать. Вот. Тебе, — сказала она, протягивая мне очаровательную феншуй статуэтку, жабу с монеткой во рту, — К деньгам, работает, я проверяла. Ой, а слышала, что случилось с Сераджаном Везировичем?