Песнь лезвия конька (СИ)

Суть элемента была в том, что ноги стояли в шпагате, одна на льду, вторая в воздухе, но Катя была к ноге, которая смотрит в воздух, не спиной, а лицом. И обнимала нижнюю ногу. Сложность была в том, что в таком положении очень легко упасть. Нога, которая сверху, могла перевесить, равновесие было очень трудно удержать. Множество мелких деталей, которые могли полностью испортить исполнение. Встать с него на обе ноги Яся пока не могла, поэтому аккуратно «вываливалась» в другой элемент, подставляя ногу вперёд.
На этом сложности программы не заканчивались, но на сегодня точно все. В будущем, вместо последнего каскада лутц-тулуп должен будет стоять лутц-риттбергер. Но он пока в работе. Очень уж Ярославе нравилось, как он выглядит, особенно в рамках этой программы. В самом конце кульминационного момента. Ммм… красота.
Начиналась песня очень плавно. Обманчиво плавно, но в этот момент девушке нужно было успеть сделать аксель, потому что больше его было некуда запихнуть.
Двойной аксель.
Стоит, выехала. Отлично пошло.
Аплодисменты подбодрили, особенно перед дорожкой шагов в самом начале. И тем самым невероятным элементом.
Музыка все быстрее и быстрее, Ярославе приходится разгоняться до высокой скорости, но в то же время контролировать её, ведь чрезмерная скорость приведет к падению. Как и низкая скорость.
Вдохнула.
Выдохнула.
Варвара Михайловна затаила дыхание.
Денис Русланович чуть присел, чтобы лучше видеть, как выполняет Яся.
Рывок!
Буквально пару секунд и она запланировано вываливается в следующий элемент. Награда была очень щедрой — визги с трибун. Кому-то это, может, мешает, но Ярослава любит слышать, как её поддерживают и как ей восхищаются. Возможно, слишком себялюбиво, но как же себя не любить, когда ты вот такая молодец?
Катя ходила вперёд-назад, Яся каталась вне её видимости. В ушах наушники, вообще ничего не слышно. Оно к лучшему, ни к чему сбивать себя. Её никто не трогает, ни Тимур, ни Дима. Хотя они стоят тут, неподалеку. Тимур с этой стороны шторки, расхаживает ногу, а Дима с другой, обнимает Дашу и смотрит прокат её сестры.
Тройной флип.
Хорошо сделан.
«Самое главное не свалиться нафиг!»
Вот, что пронеслось в голове Яси, когда она приземлилась на внутреннее ребро и едва выехала, балансируя второй ногой.
— Варвара Михал-на, — позвал Денис Русланович, уже растеряв всю серьезность и понимая, что с прокатом визуально все хорошо. Компонентно девочка выполняет все сто процентов, — А вы её как, кормите?
— Кормим, — женщина не оценила подобного отвлекания и ответила слегка «на отвали».
— Побольше покормите, заслужила.
Шутник, блин. Варвара Михайловна тяжело вздохнула, но оставила эту шутку без ответа. Нашел где шутить. Все-таки, главный тренер, а такой юнец малый. И когда он успел получить кучу опыта и стать величайшим?
Тройной лутц.
Тро…
Ё-мае!
Лёд оказался ближе, чем Ярослава думала. Ребро заскользило, уводя ногу в сторону. Вторая нога подставилась автоматически, и девушка перескочила на неё.
Двойной тулуп.
— Ладно, можете не кормить.
Варвара Михайловна тут чуть сознание от волнения не потеряла, а Ушакову хоть бы хны. Где эти лихие тридцать три года, когда все весело и даже над падениями можно с улыбкой поиздеваться?
Яся раздраженно вошла в последнее вращение. Заклон. И она собралась вставлять лутц-риттбергер? Да почему высоты не хватило, она же делала всё как обычно…
Настроение подпортилось. Все шло так хорошо, и этот элемент в начале, и флип, и аксель… Да даже лутц был хорош, поэтому вообще непонятны были мотивы тулупа! По ощущениям, высота была набрана хорошая. Видимо, ощущения решили обмануть Ярославу.
— Вы обе красавицы, — прошептал Дима в макушку Даше, улыбаясь.
— Что, прям одинаковые? — муркнула старшая Калинина.
— Нет, обе блистаете на льду, но вне льда сияешь для меня только ты, — подлиза. Даша улыбнулась, промолчав на это и поудобнее устраиваясь в объятиях парня. Уютно. Тепло. Хорошо. Только почему он не разминается, вопрос интересный.
 
— Ты размяться не хочешь? Первый катаешь, у тебя минут тридцать от силы.
— Спокойно, — Дима с полной уверенностью кивнул, — Женщина, я все контролирую.
Ответ Даши потонул в другом голосе.
— Ярослава Калинина!
Девушка кланялась, и Даша не упустила возможности, чтобы повизжать в сторону льда. Пусть чуть подвел каскад, Яся огромная молодец. Так откатать после травмы — уметь ещё надо!
Наушники вытащены из ушей. Прыжки на месте, растирание рук. И тяжелый выдох из бледных губ.
Не забывать, какую фамилию носишь. Не забывает, ведь смотрит мать с такой же фамилией. И которая всегда говорила про фамилию, но в другом ключе. В негативном. И это точно не то, что стоит вспоминать перед первым прокатом в сезоне.
Не забывает и потому, что её братья у каждого на слуху. Катя похожа на Тимура внешне. Те же светлые кудрявые волосы, те же светлые глаза. У всех троих светлые глаза. Но она совершенно другая внутренне. Он упертый, готов идти к цели даже через переломы, через боль. И он добьется всего, чего захочет. Катя не такая. Ей нужен человек с фонариком, который покажет путь.
А может быть, этот человек уже рядом?
***
— Выехала — делай.
Катя кивнула, а её руки были плотно сжаты в руках Дениса Руслановича. В голове смешалось все, мысли о прокате, собственные успокоения, что это просто презентация программы. И это было в такой куче, что просто не разобрать.
— Помни, что ты катаешь про любовь. Даже если ты не знаешь, что это такое — рано или поздно узнаешь. Представляй. Ты и есть воплощение любви, все это знают. Нежная и утонченная.
— На лёд приглашается Екатерина Панкратова!
Улыбка тут же на лице. Фиолетовое платье развивается при движении, светлые волосы плотно собраны на макушке. Это было не так уж и просто, кудряшки так и норовились вылезти из прически. Тонкие руки взмывают вверх.
Постолимпийский сезон. Сложный для всех Олимпийцев. И для Кати, несмотря на четвёртое место, тоже. Один переломанный Тимур чего только стоит, он до сих пор стоит перед глазами Кати. Вероника закончила после известия о травме спины. Про физическое состояние Димы не знала, а Саша катался с поддерживающим поясом. Все убитые, перебитые, и сейчас от них ждут олимпийской формы.
В неё прийти не смог никто. Даша была приблизительно рядом, но Кате было далеко. Мышцы за долгий отпуск окаменели и разрабатывать их было невыносимо. Несмотря на это, она выучила новый четверной прыжок. Сегодня без них, сегодня только тройной аксель. И программа «Ты не знаешь о чём катаешь».
Катя не удержалась от того, чтобы фыркнуть, вставая в позу.
Она начинала прямо у судей. В этом сезоне страх перед ними испарился, в произвольной так вообще. Тут ещё у неё образ скромный и закрытый. Особенно если забывать про практически голую спину.
— Ты чего недовольный такой стоишь? — Роман покосился на Дениса Руслановича. Он стоял в закрытой позе, скрестив руки на груди и напряженно всматриваясь в тонкую фигуру на льду.
— Я думаю.
— О чем ты думаешь? — Роман словно тянул по слову.
Музыка началась и первым же движением Катя полетела мимо музыки. Ушаков поморщился, но взгляда не отвел.
— О том, что её результат на допинг долго не идёт. Это ни к чему хорошему не ведет.
Настрой на тройной аксель. Она практически забыла, что идёт программа и нужно делать компоненты.
Тройной аксель.
Он скрутился. Но при приземлении лезвие встало не так, вес перенесся вперед…
Катя больно ударилась спиной, подскакивая и стараясь игнорировать боль. Все хорошо, ушиб и ушиб. Нужно докатать.
Тамара Львовна дернулась, зажмурившись. Падение выглядело очень болезненным.
— Черт, — прошипел Ушаков.
— Что там с её допингом?
Обсуждение далее было обыденным. Никакой новой информации. Это и удручает, заставляет нервничать.
Катя продолжала кататься, пытаясь концентрироваться на чувствах. Которых нет и никогда не существовало. О чем кататься-то, если у тебя болит спина и даже намека на правильные мысли нет?