Майкл Джексон: Заговор (ЛП)

– Я говорил это ранее и буду повторять снова и снова: если бы не дети, я бы сдался. Потому что меня уже ничто бы не заботило. Честно говорю: мне было бы всё равно, я бы больше не видел смысла в жизни. Всё, всё из глубины моего сердца – ради них, – утверждает Майкл.
Башир спрашивает о животных Майкла, интересуется, дают ли они ему стимул. Майкл отвечает, что любит животных, и Башир спрашивает, что случилось с Бабблзом, домашним шимпанзе Майкла.
Джексон отвечает: дрессировщики его предупреждали, что когда Бабблз достигнет определённого возраста, его придётся увезти из Неверленда, потому что шимпанзе с годами становятся злобными. Они весьма сильны и могут причинять вред. Майкл очень сожалеет, что был вынужден увезти Бабблза, который может прожить до 60 лет. Описывая свои тёплые чувства к Бабблзу, Майкл делится необычной идеей устроить "звёздную звериную вечеринку" для него. Джексон рассказывает, что хочет пригласить Читу, шимпанзе из фильма "Тарзан", Бенджи [49], Лесси [50] и других известных зверушек из разных телешоу, чтобы всем вместе потусоваться на вечеринке с Бабблзом. Идея звёздной звериной вечеринки могла бы дать пищу многим "пересмешникам" от прессы. Однако, как и большинство не вошедших в фильм записей, ни одна из этих деталей не дошла до публики. Было необычно, что никто не сказал ни слова о приёмах Башира, открывшимся всем в зале суда. Тема о Башире и всплывших изъятых из фильма записях не была отражена ни в одном репортаже последних новостей.
Башир попросил Майкла вернуться к обсуждению детей. Он заявляет, что наблюдал "совершенно особенное общение" между Майклом и его собственными детьми, говоря, что наблюдать за Майклом-отцом "столь конфиденциально" и "познавательно".
Джексон рассказывает об отношениях со своими детьми, с которыми он может говорить "тет-а-тет, потому что они никогда не осудят". Он тянется к детям, потому что они вместе могут просто повеселиться, и эти забавы для него очень понятны. Джексон говорит, что его сильная любовь к детям зарождалась с того самого момента, когда он начал осознавать, сколь много он потерял, будучи ребёнком сам.
Башир интересуется, нашёл ли Майкл у детей ту дружбу, которую не смог найти у взрослых.
Джексон отвечает: да, он действительно предпочитает дружить с детьми, а не со взрослыми, потому что дети никогда не предавали его и не обманывали. "Взрослый мир разочаровал меня. Взрослый мир предал всю планету. Теперь настало время детей. Всем нам пора дать детям шанс. Как сказано в Библии, "Дитя укажет путь"".
Башир опять повторяет вопрос, почему люди критикуют Майкла Джексона.
Джексон отвечает, что эти люди невежественны, и знать не хотят правды. Он говорит о людях, которые думают извращённые вещи, и не могут понять, что он дарит своё время детям из чистых побуждений. Майклу жаль таких людей.
И вновь Баширу интересно, что значат дети в жизни Майкла.
– Звёзды, Луна, Вселенная. Причём все дети, не только мои. Я не собственник, – отвечает Майкл. Он показывает руками широкое объятие, говоря о том, что всегда ощущал себя в ответе за заботу о детях. Он рассказывает, что он каждый раз берёт с собой своих детей в походах по больницам.
– Я объезжаю столько больниц, сколько концертов даю, понимаешь? Я не жду от прессы, что они это опубликуют, но они и не хотят это публиковать. Я протягиваю руку нуждающимся, я делаю это многие годы. Я покупаю игрушки, раскладываю их по коробкам и делаю детям сюрприз, – рассказывает Майкл.
Вне камеры Башир говорит Майклу, что то, о чём он говорит, та забота о детях всего мира – "бриллиант в короне". Журналист одобряет то, что самовыражение Майкла столь "прекрасно". Он напоминает Майклу, почему так важно, чтобы этот фильм был снят, говоря:
– Люди подлы, в мире так много зависти. Проблема в том, что никто никогда не приходил сюда, чтобы разглядеть [51]. Но я увидел это, почувствовал вдохновение... И я хочу рассказать об этом – и о музыкальном таланте, и о том, что увидел [детей здесь, в Неверленде] вчера.
 
Плёнка закончилась.
 
 
Снимать следующую часть интервью Майкла с Баширом стали спустя несколько месяцев. Двое мужчин разговаривали в номере отеля в Майами. Майкл заметно
торопился, он собирался на похороны одного легендарного музыканта. Башир предложил написать ему "что-нибудь короткое" для этого печального случая. Майкл вежливо принял идею, хотя и было заметно, что он не планировал соглашаться с предложением Башира.
Майкл был серьёзен. Он давал указания своему видеооператору делать съёмку Башира, задающего вопросы. Башир шутил, что если будет сделано хоть одно его фото, оно будет стоить Джексону 5000 долларов за штуку. Пока Майкл в последнюю минуту пудрил лицо, все мобильные и гостиничные телефоны были отключены. Едва камера начала работу, Майкл стал мягко напевать мелодию.
Башир спрашивает, помнит ли Майкл слова песни "With a child's heart".
Но Джексон отвечает, что не совсем помнит, как записывал эту песню. Он был так мал, и было так много песен. Разговаривая, Майкл трясёт головой вперёд-назад, поправляя свою дорогую сатиновую бардовую рубашку. Не смотря на то, что его стиль был безупречен, Майкл очевидно стеснялся, продолжая перед записью беспокойно ёрзать, поправлять волосы и рубашку.
Башир спрашивает, почему Майкл решил, что он подходит для проведения мероприятия Международный детский праздник?
Майкл отвечает, что проведение такого дня было его мечтой долгие годы. Он говорит, что тогда никто не кричал во весь голос о правах детей, и он чувствовал, что семейные связи постепенно рвутся. Майкл рассказывает о поколении, помешанном на технике, сожалея о том, что дети проводят слишком много времени за видеоиграми и компьютерами. Он хотел бы, что Международный день ребёнка стал тем днём, когда люди соберутся вместе (он сжимает руки) и проведут целый день для детей. Джексон говорит, что для организации Детского дня он подходит просто по умолчанию, ведь больше никто не делал ничего подобного. "Они наше будущее, и я люблю их безмерно. Я хочу сражаться за них, быть голосом среди безмолвных".
Башир вспоминает обвинения 1993 года, которые были предъявлены Майклу юным мальчиком. Баширу интересно, что скажут люди по поводу Детского Дня, если у них ещё осталась уйма вопросов о том, что случилось в 1993 году.
– Они не знают меня. Это всё выдумки. Я никогда бы не сделал этого (он сжимает руки). Я скорее вскрою себе вены, чем обижу ребёнка. Нельзя осуждать кого-то! Как можно смотреть на фото человека из новостей и говорить, "Я ЕГО НЕНАВИЖУ!"
Майкл говорит о том, что рос среди взрослых, и объясняет, что когда дети играли в игры или укладывались дома в постель, он в три часа ночи выступал в клубах, и после его выступления начиналось стриптиз-шоу. Он вспоминает, что в детстве у него не было друзей, и ему с братьями приходилось работать, работать и ещё раз работать. Джексон говорит что сейчас он компенсирует все праздники Рождества и Дней Рождения, которых был лишён, так как его воспитывали в очень строгой вере Свидетелей Иеговы. Неверленд – это то место, где есть животные и различные развлечения, всё то, чего Майкл был лишён в детстве.
– И везде есть сладости, – говорит Майкл, смеясь. – Это здорово!
Башир упоминает о достатке Майкла, но замечает, что, похоже, у него совсем нет времени им насладиться.
Майкл отвечает, что получает удовольствие от принадлежащих ему благ, через своих детей. Он может насладиться всем этим только за воротами Неверленда, говорит он. Но когда он пытается выйти в люди и хорошо провести время, "это превращается в рутину, снова и снова".