Измена. Уйти или остаться (СИ)

- Если что, я позову, — И поцеловала его в щеку. - Спасибо огромное. Ты самый лучший. Друг.
Максиму было снова показано на его статус. Только друг. Крестный отец Вишенкам. Вера всегда проводила черту в их взаимоотношениях. И он её за это очень ценил и уважал.
- Пойдёмте, тётя Оля, провожу вас. А наши молодожёны поговорят.
В полнейшей тишине. Они дождались, когда гости покинут кухню.
Вера вновь отвернулась от мужа. Снова накатила тошнота. И головокружение усилилось.
Николай не надвигался. Он выжидал.
- Солнышко, — Попытался подобрать верные слова Николай.
- Прекрати. Ник. Я уже не солнышко.
- Ты всегда останешься моим солнцем. Какого бы цвета ни были твои волосы.
Вера зажмурилась. Она пыталась притворяться весь вечер. Но, оставшись с мужем вдвоём. Стало снова нестерпимо больно от осознания предательства. Хмель временно скрыл причину её боли.
Николай хотел приблизиться. Но как только Вера услышала шаги. Резко обернулась. И это сыграло злую шутку с ней. Опять тошнота поступила. Она прижала ладонь ко рту и рванула в туалет.
Вера вышла из ванной и наткнулась на обеспокоенные зеленые глаза.
- Пойдём, я провожу тебя в спальню.
- Нет. Не трогай! – она шарахнулась. - Позови Макса.
- Вера.
- Молчи. Будешь указывать, — Вера пыталась произнести имя той, что разрушила её брак. Найдя в себе силы выплюнула — Миле…. Позови, прошу. Он тоже врач.
Николай скривился, но проглотил. И вышел в сад.
Вера старалась не устраивать скандал. Когда дома гости. Хотелось наплевать, но дети.
***
- Снова спазмы? – спросил Максим.
- Да, доктор. – старалась улыбнуться она.
- Шутишь. Это уже успех.
- Тебя отнести? Или дойдёшь сама?
- Я так плохо выгляжу — ужаснулась Вера.
- Ты чудесно выглядишь. Просто немного бледная. Давай юный, алкоголик. Мне надо было следить за тобой лучше, – он осуждающе посмотрел на Николая. - Я и позабыл, что ты не умеешь пить.
- Не напоминай.
- Тогда ты отравилась рыбой.
- Ты все помнишь?
- Многое. Но это все касалось тебя.
- Почему ты один, Макс – спросила она. Не обращая внимания на яростные взгляды мужа.
- Я был женат. Ты забыла? Дважды. И все они, увы, не были тобой.
- Макс, прекрати. — смутилась Вера.
Они поднялись на второй этаж. Стояли в коридоре перед спальней. Вера держала Макса за плечо. А он положил свою ладонь на щеку Веры.
- Я никогда не скрывал своих чувств. Но я смирился.
- Не похоже, друг, — выплюнул Николай.
  
Восемнадцатая глава 
 
Макс резко убрал ладонь. Только что он на кончиках пальцев ощущал ее нежную кожу. Он пару раз моргнул. Прогнал наваждение.
Жена друга — это табу. Но порой тормоза в присутствии Веры не срабатывали. У его лучших друзей сегодня пятнадцать лет со дня свадьбы. А он подкладывает свои яйца...
Он поражается, как ещё Николай не попортил ему морду. Которой он пытается лезть к чужой жене.
Хотя, видимо, сдерживается из последних сил. Брови опущен, сведены вместе. Взгляд ледяной, враждебный. Скулы напряжены. Кулаки сжаты. Он готов к борьбе. За свою женщину. Даже в таких обстоятельствах он муж, а Максим.
- Убери ручищи от моей жены! Друг! – выплюнул он.
Максим поднимает руки в знак мира. Но у Николая пар идёт из ушей.
- Хватит, — устало говорит Вера. – Макс, прости меня. Спасибо за все. Просьба: одолжи свой мобильник. - Протягивает раскрытую ладонь.
 
Макс без вопросов исполняет просьбу Веры. Достаёт из кармана мобильный телефон, снимает блокировку. Вкладывает в её ладонь. И быстро отступает. Ему не хочется провоцировать ссору в доме его близких друзей.
- Поговоришь, оставь где-нибудь. А я пойду развлекать крестниц. Они мне не простят такого длительного отсутствия.
Вера только махнула головой. В знак признательности.
Максим обернулся и спросил:
- Кстати, а можно я их заберу сегодня к себе с ночёвкой?
- Максим, я даже не знаю, что тебе на это сказать. - Вера прислонилась плечом к двери. - Я в принципе не против, но ты поговори с ними сам. Они накануне ночевали у Аллы Олеговны.
- А у меня вы не хотите спросить разрешения?
- Колян, мы не скрываем от тебя. Ты здесь и все слышишь. Ты против? Я даю вам возможность попробовать решить свои проблемы. Поговорите. От вас так фонит недопониманием, обидой и назревающим скандалом. Мы уйдём. Вы останетесь вдвоём. Можете покричать, побить посуду на счастье. И выплеснуть злость и обиду. Не надо благодарности, — он отвесил поклон. – Я ваш лучший друг.
Максим, не обращая внимания на раздражение, которым Николай его пронизывал. Подошёл к Вере, приобнял её за плечи. Поцеловал в лоб и произнес:
- Доктор Титов рекомендует вам сон и аспирин. И пожалуйста, выпей хотя бы пару стаканов воды. Прощай красавица. Откланиваюсь.
Он подошёл к Николаю, протянул ему руку.
- Ник, остынь. Мир?
Николай протянул руку и сжал её. Крепко-накрепко по мужские.
- Проводи меня. Пойдём пообщаемся. А ты заодно нальешь супруге воды. Можешь даже в морду дать, но без следов. Лицо не жалко, но руки, наш рабочий инструмент. Пошли, – и потянул Ника в сторону лестницы.
Николай смотрел на то, как его жена скрывается в их семейной спальне. И закрывает дверь. Ему нужен перерыв. И, возможно, выпить. И поговорить с другом. И дать Вере отдохнуть. И прийти в себя. Вновь отступать. Не привык. Но это его любимая женщина. Которую он так ранил.
Они молча спустились вниз.
Зашли на кухню. Николай вытащил лимон из холодильника. Дальше прошли в кабинет. Максим приблизился к шкафу, выудил бутылку коньяка и пару бокалов. Водрузил свою добычу на журнальный столик. Плеснул алкоголь в бокалы. Поставил перед Николаем. Он в это время сел за стол и устроился в свое кресло.
И Макс задал вопрос:
- Коль, рассказывай.
Как выплюнуть из своего рта этот сюр… Что произошло больше месяца назад.
С чего начать свой рассказ. И следует ли открываться именно Максу.
Только что он хотел разбить в кровь лицо друга. За распускание рук. Его счастье, что Вера никогда не давала повода её ревновать. Но сегодня Николай ощутит такой лютый гнев и дикий приступ ревности. Он сжал кулаки. Необходимо уменьшить пыл страстей.
Выпить.
Николай решился взять в руки свой напиток. Поднёс к носу, вздохнул. Его терпкий аромат. Взметнул в воздухе, мысленно ударил в бокал приятеля. Чин-чин.
Покатал на языке. Проглотил как воду. Покрутил бокал в руках.
Снова поднес к губам. Залпом осушил всю порцию. Со стуком вернул его на стол.
Максим тем временем уже успел нарезать лимон. И подтолкнул Нику блюдце.
- На, закуси.
Николай схватил пальцами дольку. И забросил в рот. Сморщился. Но это даже хорошо. Ощущать горечь лимона на языке. А не вкус собственной крови.