Золотой след (ЛП)

Лейн посмотрел на Девина, увидел, что тот смотрит через плечо в окна дома, поэтому Лейн повернулся и тоже посмотрел в дом.
Дети и Рокки играли в игру, девочки против мальчиков. Кира вскочила на ноги, подпрыгивая, ее длинные темные волосы развевались во все стороны, руки были подняты вверх. Джаспер сидел в кресле, скрестив руки на груди, и делал вид, что хмурится, но его глаза были прикованы к Кире, и по выражению его лица можно было прочесть гораздо больше, чем хмурость, и ничего плохого в этом не было. Лейн не видел Триппа, потому что тот сидел на полу. Рокки сидела на диване, откинув голову на спинку, ее руки подняты перед ней, и он слышал ее смех, смешанный с криками триумфа Киры.
Блонди, будучи тоже женщиной от природы, но собакой, прыгала вокруг Киры, разделяя, что казалось со стороны женским ликованием, бесконечно заливисто лая.
Кира наклонилась, и он потерял из виду все, кроме ее спины, пока она гладила Блонди.
Лейн снова повернулся к лесу.
— Если ты еще раз лишься все этого, мой мальчик, я выслежу тебя и пристрелю. Понял? — заявил Дэв.
— Значит, то дерьмо, которое ты мне плел насчет ТСЖ, это и есть все? Крутое?
— Черт возьми, Таннер, если бы я был в твоем возрасте, я бы даже пошел в патруль ТСЖ, если бы это означало, что у меня может быть такой семейный дом, как у тебя, — ответил Дэвин.
Лейн не ответил, замолчал, затянулся последней затяжкой, затушил сигарету в пепельнице на столе и сделал глоток пива, пока Дэвин наслаждался своей сигарой.
— Мне нужно, чтобы ты лег пораньше спать, как только Кира уедет.
— Зачем? — спросил Дэвин.
— Потому что ты спишь на диване, я хочу поговорить с Рокки, а если ты на диване, то единственное место, где могу с ней поговорить — наверху.
И Лэйн говорил не о тренажерном зале.
— Хорошо, — тут же согласился Дэвин, зная, что Лэйн говорит не о тренажерном зале.
Лейн продолжал.
— Я знаю, что вчера проинструктировал тебя, но повторю, что нам нужно нечто большее, чем прижать хвост Эстли, чтобы он пошел на попятную. Я сказал тебе, что Рокки живет в роскошном жилом комплексе, но не сказал, что уговорил ее подписать договор аренды, не зная ее настоящей финансовой ситуации. Если он не вернет ей деньги, она испытает трудности. Я еще не в том положении, когда она сможет рассчитывать на мою помощь. У ее брата тоже нет много средств, как и у отца. Возможно, короткий срок они ей смогут помогать. В долгосрочной перспективы, не думаю. Это значит, что время работает против нас, Дэв. Я не хочу, чтобы она еще больше волновалась, чем сейчас. Нам нужно что-то нарыть на этого парня, заставив его перестать давить на Рокки, и нужно что-то такое, что заставит его подписать бумаги на развод причем очень быстро. Чем грязнее, уродливее ты найдешь, тем лучше.
— Если это зависит от времени, я могу нарыть грязи, — спокойно предложил Дэвин.
— Я дам тебе знать, если до этого дойдет, но унижение приходит только после того, как тебя выставят на всеобщее обозрение за то дерьмо, которое ты натворил. Я не просто хочу, чтобы его запугали, а хочу, чтобы он почувствовал себя униженным. Если ты выдумаешь всякое дерьмо, этот парень угостит нас праведным негодованием, это нам не поможет и даже может навредить.
— А если там нечего искать?
— Надо что-то найти, этот парень — засранец.
— Ты сказал, что он интересуется тобой, — заметил Дэвин.
— Я не сделал ничего такого, за что мне стоит краснеть, кроме, что ушел от своих сыновей, все об этом знают.
— Нет, Таннер, ты прав, но то дерьмо, что ты натворил, может тоже показаться грязным бельем. Этот парень не боится нечестной игры, ты должен быть готов к тому, что он начнет перетряхивать твое грязное белье, — ответил Дэв.
— Об этом тоже не беспокойся, Дэв, люди в этом городе, включая моих мальчиков и Рок, знают меня, что я за человек, а Рок определенно знает его и что он за человек, мои парни его не знают.
— Да, парень, — тихо произнес Дэвин, — эта девушка знает, что ты за человек.
Его тон заставил Лейна повернуть голову и внимательно посмотреть на Девина.
 
— Что это значит?
Дэвин продолжал вглядываться в ночь, попыхивая сигарой.
— Дэв, — позвал Лейн.
Дэвин не повернул головы, когда ответил:
— Тебе лучше не знать.
— Ты не прав, — ответил Лэйн, он хотел знать, и Дэвин по его повышенного тону понял, что Лейн хотел бы узнать.
Дэвин посмотрел на него.
— Ладно, тогда ты еще не готов это узнать.
Лэйн выпрямился в кресле.
— Я не в настроении разгадывать твои шарады, Дэв.
Они уставились друг на друга через стол, потом Дэвин спросил:
— Ты хочешь ее вернуть?
Вместо прямого ответа Лэйн произнес:
— Ты же провел с ней сегодняшний вечер.
— Ты хочешь ее вернуть, — подытожил Дэвин.
— Дэв…
Дэвин выпрямился, вынул изо рта сигару и наклонился к Лейну.
— Таннер, эта девушка точно знает, что ты за человек, — повторил он и закончил, — и ты пугаешь ее до чертиков.
Лейн почувствовал, как напряглись мышцы его шеи, сказал тихо и отрывисто:
— Я никогда не причиню ей зла, старик.
— Ее пугает не это, — парировал Дэвин.
— А что?
— Как у вас все сейчас началось? — неожиданно спросил Дэвин.
— Как началось?! — переспросил в ответ Лейн.
— Ты и она, почему она вернулась к тебе?
— У нее был какой-то идиотский план… — Лэйн вздрогнул, потом остановился, его как молнией ударило, так сильно, что внезапно все стало ясным, он отвернулся от Дэвина и посмотрел в ночь.
— Парень, — подсказал Дэв.
— Она приехала в больницу, когда меня ранили, — тихо ответил Лейн.
— Точно, — прошептал Дэв.
Лейн закрыл глаза и пробормотал:
— Бл*дь.
— Правильно, — снова прошептал Дэв.
Лейн открыл глаза и прошептал в ночь:
— Господи.
— Ты настолько стал домашним, насколько я подозреваю — собака, дети, дом в маленьком городке, офис над кофейней. Это не значит, что в тебе нет ничего темного и дикого, мальчик. В тебе есть что-то темное и дикое, но ты не можешь это никому показывать. Поверь мне, я знаю. Женщина может разглядеть это темное и дикое в тебе. Одну женщину это может привлекать. Она может и захочет увидеть твою темную сторону. Даже может влюбиться в твою темную и дикую сторону. Это не значит, что она сможет с ней жить.
Лейн промолчал.
Дэв откинулся на спинку стула, поднес к губам сигару и затянулся.
Затем он вынул ее и заговорил:
— Насколько я вижу, в тебе и у тебя есть куча дерьма, с которым приходится и придется иметь дело. Ее бывший — это вторичная проблема, а самая большая миссия, которая у тебя есть — это убедить ее, что ты темный и дикий вернулся домой, и это будет для вас хорошо, убедить ее, что ты осел дома, заставить ее захотеть рискнуть, но твое темное и дикое может означать, что однажды ты не вернешься домой.
— Со мной ничего не случится, Дэв.
— Я знаю это, ты знаешь это, но твоя девушка не знает. Значит, она считает, раз пришла к тебе в госпиталь, что готова рискнуть.
— Ее отец был полицейским, — заметил Лейн. — Любой знает, что это рискованная работа, и Рокки тоже.
— Полицейский, которого подстрелили, — сказал Дэвин, и Лейн повернул голову, чтобы посмотреть на своего друга.
— Что?
Дэвин тоже повернул голову.
— Полицейский, которого подстрелили. Я помню ее историю, парень.
— Значит, она знает, что такое риск.
— Повторяю, Таннер, это не значит, что она готова с этим жить.
— Дикие мечты, — ответил Дэвин.
Теперь старик просто раздражал его, и он дал это понять, когда сказал:
— Дэв, это не имеет смысла.
— Ты говорил мне, что она разделяла твои безумные мечты. Ты отправился на охоту за своими. Она когда-нибудь покидала этот город?
 
Лейн пристально посмотрел на него и ответил:
— Нет.
— Если для тебя кто-то значит весь мир, когда ты теряешь его, у тебя есть два варианта. Ты отрезаешь себя от этого человека, когда его потерял, если это не разрушает тебя. Или же ты продолжаешь цепляться за него, не отпуская от себя, но в виде тех драгоценных воспоминаний, которых множество. Думая о своей девушке, не кажется ли тебе что-нибудь из этого знакомым?