Алёнушка для босса (СИ)
- Тебе будет проще, если в процессе расскажешь мне что-нибудь, - небрежно предлагает Бояров. - Например, о чем-то смешном из своего детства... или о мальчиках, которые бегали за тобой в школе. Ведь бегали же? Ты симпатичная.
- Не припоминаю сейчас ничего смешного, - я начинаю работать руками усерднее, чтобы скрыть собственное смятение.
Мой босс-манипулятор высказал неплохое предложение, чтобы расслабиться. Но оно могло бы подействовать, только если бы я не узнала совсем недавно о нашей с ним связующей школьной ниточке.
- А как насчет мальчиков?
Ну и хитрец же он! Решил вывести меня на откровенность, да еще и массаж заставил делать.
- В школе я ни с кем не встречалась, - уклончиво отвечаю ему и усиленно барабаню ребром ладони по зоне между плечом и позвоночником. - Мальчишки в школе меня не очень интересовали.
Бояров аж непроизвольно вытягивается в спине и хмыкает.
- Хм... за старательность хвалю, но меня лучше не бить, а поглаживать, - комментирует он и, помедлив, продолжает: - То, что ни с кем в школе не встречалась, охотно верится. У тебя на лице написано, что ты была либо отличницей, либо хорошисткой, зацикленной на учебе. Прилежно дождалась восемнадцати лет и восполнила пробел в студенчестве, значит?
- Ничего я специально не дожидалась и не восполняла. Просто повзрослела и переключилась на другие вещи.
- А отец этой феечки... - Бояров кивком указывает на крепко спящую Алису, - ...один из таких вещей? Интересно.
С ответом я медлю.
Вспоминать об отношениях с Красавиным мне совершенно не хочется... но с другой стороны это удачный шанс получше узнать, что творится в голове у моего босса. Потому что зачастую вопросы, которые задают друг другу люди, характеризуют их гораздо точнее и надежнее, чем ответы. И уж однозначно выявляют более понятную картину того, что их на самом деле интересует.
Переиграть Боярова с его умением виртуозно жонглировать словами и смыслами сложно... но почему бы и не рискнуть?
В конце концов я ничего от этой попытки не теряю. Потому что не скажешь же ему откровенно: вот, мол, порылась в вашем столе, босс, нашла свои фотки и вспомнила, что однажды в школе вы вляпались из-за меня в неприятности. И чего дальше?
Нет, понятно, конечно, что Бояров очень даже не прочь со мной переспать. Без обязательств, естественно. Но мне-то это зачем? Постельные радости - как самоцель? Да ну их нафиг! Особенно если под угрозой мое душевное спокойствие. Да и вообще после самоустранения Красавина и рождения дочки они уже давно для меня не в приоритете.
Тем временем мои руки продолжают скользить по шее Боярова. Пальцам щекотно от касания кончиков его волос на затылке... и эта щепотка словно обретает вторую жизнь легким трепетом в каждой клеточке моего тела, посылая по коже волны мурашек...
Внезапно меня пронзает такое острое желание ощутить на себе точно так же ласкающее прикосновение его пальцев к моей собственной шее, что я еле удерживаю порыв резко сомкнуть раздвинутые колени.
«Держись, не провоцируй его! - мысленно одергиваю себя. - Он же снова примется за свое..!»
- Я не планировала заводить отношения даже тогда. Просто так получилось, - осторожно говорю вслух и зеркалю его ответным вопросом: - А у вас? Кажется, ваше взросление складывалось повеселей, чем мое..?
Бояров тоже отвечает не сразу, а после паузы. И делает это как-то отрывисто, словно у него проблемы с дыханием:
- Тебе кажется.
Глава 5. Нежданчик
Продолжительная тишина, которая повисла между нами, напрягает меня. В ушах стоит мое собственное дыхание, а а руки живут собственной жизнью, продолжая делать массаж. И кожа Боярова кажется горячей даже сквозь тонкую ткань его зеленой рубашки. Такое впечатление, что у него температура подскочила.
- Вообще-то это не мое дело, забудьте, - просто говорю я, не выдержав напряженного молчания.
Бояров качает головой и хмыкает:
- Ну почему же... всë честно. Я лезу не в свое дело, а ты не в свое, так что у нас вполне гармоничный разговор. И ты права, Алëна. Я рано повзрослел и узнал о взрослой стороне интимной жизни. А девчонками заинтересовался намно-о-ого раньше, чем ты - мальчишками. И быстро обнаружил, что изучать их... во всех отношениях довольно интересно и увлекательно. Девушки, женщины - все такие разные, особенные. И вместе с тем - похожи друг на друга, как две капли воды. Парадокс, да?
Он заявляет об этом таким ровным скучным голосом, что каким-то неизьяснимым образом я начинаю чувствовать себя наивной дурочкой.
И с чего вообще мне показалось, что Бояров как-то выделял меня в школе среди других девчонок? Ну следил, подумаешь. Может, это у него хобби такое было... обидно-исследовательское. И я была одной из многих. А мои фотки в столе - это просто что-то вроде досье, которое ему собрали, когда он узнал меня после первого инцидента на парковке.
- Вам виднее, - хмуро откликаюсь я. - Мне ни женщин, ни мужчин изучать как-то не приходило в голову.
- Понимаю, - смешок Боярова звучит бархатно-мягко и почему-то наводит меня на мысль о небрежном прикосновении тигриной лапы, скрывающей в своих подушечках втянутые когти. - Ты просто футболила всех поклонников направо и налево, так?
- Наверное, - вздыхаю натянуто. - Я уже не помню. Да и не было у меня никаких поклонников. Разве что только...
- Красавин Алексей, - невозмутимо подсказывает босс, когда я запинаюсь, и добавляет: - Я знаю многое о твоей жизни, Алёнка. Но не волнуйся, строгая ты моя, всë в рамках твоей должности. Личная помощница генерального директора должна быть для него чиста и прозрачна, как слеза невинного младенца. Согласна?
- Да, пожалуй.
- Не пожалуй, а точно, - поправляет меня Бояров и приваливается к моим ногам плотнее. - Пройдись еще раз между лопаток... да, именно так, умница... Так почему, говоришь, ты не отфутболила в свое время и Красавина? Втрескалась в него по уши, и он наглухо заслонил тебе лица других желающих?
Господи, и зачем только я позволила себя втянуть в этот разговор... Он будоражит во мне столько эмоций, что логический анализ собеседника в таких условиях просто невозможен!
- Он был очень настойчив, - отвечаю неохотно и морщусь. Интуиция с назойливым беспокойством сигналит, что на этих неудобных вопросах босс так просто не остановится.
И сейчас единственный вывод, который приходит мне в голову, напрямую связан с его недавним маленьким откровением.
Он изучает меня. Изучает, как временно заинтриговавший его объект, чтобы осознанно или неосознанно закрыть болезненный психологический гештальт юности!
Бояров вдруг оборачивается, и я ловлю на себе его взгляд - внимательный и наполненный какой-то тонкой эмоцией, которая дразнит и ускользает от моего понимания. То ли это затаенная насмешка, то ли мрачная ирония... а может, и сдержанный силой воли вопрос.
Господи, ну почему Бояров такой сложный? Поди пойми, что у него на уме, когда он так странно уставился на меня.
- Значит, для тебя всë решает настойчивость? - его губы трогает легкая улыбка. - Неужели другие были менее настойчивы, чем твой Красавин?
Не знаю, каким чудом, но выдержать его взгляд у меня получается. Правда, с некоторым трудом. И при этом о массаже мы забываем оба.
- Василий Андреевич... наш разговор меня напрягает, - с неохотной честностью сообщаю я, надеясь повлиять на здравый смысл босса. - Это слишком личное. Но если вам так интересно, то Красавин просто был первым, кто сумел проявить достаточно внимания, терпения и постоянства, пока не пробудил ответный интерес. А другие «настойчивые»... если и появлялись потом на горизонте, то это было слишком поздно. Их попытки стали лишними и бессмысленными.
Бояров смотрит на меня все так же вполоборота и снизу вверх... и мне кажется - вот-вот дырку просверлит. Еле сдерживаю желание поëжиться.
- Почему?
- Что - почему?
- Почему ты вычеркнула других мужчин из своей жизни? Мне реально интересно.