Рождественский подарок

– Прости, – начала она. У него гости, и если ее здесь заметят, это не лучшим образом отразится на ее репутации. Ей нужно сейчас же ускользнуть. – Мне следовало сначала послать тебе записку, Джеффри. Извини за вторжение. Все в порядке. Мы, возможно, сможем поговорить завтра. Я просто уйду…
– Вы ничего подобного не сделаете, мисс Гамильтон! – донесся звучный голос.
Иветт вздрогнула от неожиданности, а потом улыбнулась, увидев герцога Ратмора. Он внешне выглядел более крупной, седой и зрелой версией Джеффри, но столь же красивый и обаятельный. Иветт обожала герцога, поскольку он всегда обходился с ней самым галантным образом.
– Ваша светлость! – радостно воскликнула Иветт. – Как приятно вас видеть.
Отпустив ее руки, Джеффри отступил на шаг и вздохнул.
– Да, мой отец здесь, – тихо проговорил он, чтобы слышала только Иветт.
Герцог сжал ее в медвежьих объятиях.
– Это вас приятно видеть, мисс Гамильтон. Это истинное удовольствие. Вы все хорошеете!
– Спасибо, ваша светлость!
– Это настоящий сюрприз, – засмеялся герцог. – Вы должны посидеть с нами, дорогая. Забудьте зимний холод и согрейтесь у огня. Я хотел бы познакомить вас с особенным человеком.
Иветт взглянула на Джеффри в поисках совета, когда герцог повел ее в гостиную.
С недоверчивым видом Джеффри беспомощно пожал плечами и пошел следом.
– Я пытался спасти тебя, Иветт.
Они втроем вошли в большую гостиную Джеффри, и Иветт с удивлением увидела в большом кресле у камина женщину. Элегантно одетая, она была очень красива и смутно знакома, с темными волосами, едва тронутыми сединой на висках. Как только женщина улыбнулась, Иветт сразу поняла, кто она, поскольку сходство было поразительное.
– Мама, позволь тебе представить мисс Иветт Гамильтон, – сказал Джеффри. – Иветт, это моя мама мисс Джанет Радерфорд.
Иветт горячо тряхнула протянутую руку.
– Какое удовольствие наконец познакомиться с вами, мисс Радерфорд. Джеффри мне так много о вас рассказывал.
Иветт была так взволнована знакомством с матерью Джеффри, что не могла перестать улыбаться. А увидеть обоих его родителей вместе! Она никогда такого представить не могла!
Мисс Радерфорд казалась весьма довольной.
– И я наслышана о вас, мисс Гамильтон. Джеффри все время говорит о вас и вашей семье. Пожалуйста, садитесь и присоединяйтесь к нам.
– Спасибо. – Иветт нервно оглянулась на Джеффри, который, казалось, был совершенно ошеломлен, сняла накидку, вручила ее Деннингзу и уселась в мягкое пухлое кресло. – Я не собиралась мешать вашему визиту.
Герцог Ратмор весело рассмеялся.
– Вы не мешаете, дорогая. Джеффри сегодня нас тоже не ожидал. Мы сегодня удивили его своим появлением.
Иветт снова посмотрела на Джеффри, который, казалось, был явно не в себе.
– О да, они меня удивили, – иронически заметил Джеффри, скрестив руки на груди. – Сегодня у меня день сюрпризов.
– Да, это чудесный сюрприз – увидеть вас здесь, мисс Гамильтон, – сказала Джанет Радерфорд, не обращая внимания на замечание сына. – Вы даже красивее, чем мне рассказывали.
– Я ведь тебе говорил, что она красавица, – сказал герцог в своей обычной веселой манере. – Их пять. И каждая красавица.
– Это очень любезно с вашей стороны так говорить о моих сестрах и обо мне, – пробормотала Иветт герцогу и переключила внимание на мать Джеффри. Ей была крайне любопытна эта женщина. – Вы давно в городе, мисс Радерфорд? Джеффри говорил, что вы живете в пригороде Лондона.
– Гм… я в Лондоне целую неделю, – поколебавшись, ответила Джанет Радерфорд.
– И останется постоянно, – с решительным кивком добавил Максуэлл Эддингтон. Он выглядел таким счастливым, что готов был взорваться, лицо его сияло. Встав рядом с матерью Джеффри, он взял ее руку в свои.
– Джанет согласилась выйти за меня замуж. Мы только что сообщили Джеффри эту новость.
– Да, похоже, мои родители женятся. – Джеффри улыбнулся против своей воли.
Изумленная неожиданной новостью, Иветт воскликнула:
– Как чудесно! Поздравляю вас обоих!
– Теперь, когда здесь мисс Гамильтон, мы должны устроить настоящий праздник. Маленький банкет. Идем, Джеффри. Веди меня в свой винный погреб, и выберем лучшее шампанское, что у тебя есть. – Максуэлл Эддингтон двинулся к сыну, поторапливая его.
 
– А не рано еще для шампанского? – спросил Джеффри.
– Чепуха! – подмигнул им Максуэлл Эддингтон. – Для шампанского никогда не рано.
Джеффри беспомощно посмотрел на Иветт.
– Ты останешься?
– Конечно, – улыбнулась она, радуясь, что он хоть раз не контролирует ситуацию. – Я бы не пропустила это ни за что на свете.
– Мы сейчас вернемся, – бросил он через плечо.
Мужчины вышли, и Иветт осталась наедине с матерью Джеффри. Хотя никто не стал бы спорить, что Джеффри сын Максуэлла Эддингтона, настолько они были похожи, что-то в выражении лица Джанет Радерфорд напоминало Джеффри даже больше, чем его отец.
– Пока мальчики ищут шампанское, мы с вами можем немного поболтать наедине, мисс Гамильтон, – легко сказала Джанет Радерфорд.
– С удовольствием, – с энтузиазмом ответила Иветт, мгновенно полюбив эту женщину. От ее милых дружелюбных манер Иветт чувствовала себя уютно. У нее на языке вертелись десятки вопросов о детстве и отрочестве Джеффри. Но сначала главное. – Это такое волнующее известие о вашем браке с герцогом. Должно быть, вы очень счастливы.
– Да. Совершенно счастлива. – Женщина вздохнула. – Это было долгое ожидание для Максуэлла и для меня, мне казалось довольно поздно исправлять столь давнюю ошибку. Но лучше поздно, чем никогда. – Помолчав, она многозначительно посмотрела на Иветт. – Думаю, вы уже слышали всю историю.
Иветт с сочувствием кивнула:
– Доводилось. Но Джеффри мало говорит об этом. Я только знаю, что он глубоко любит вас и своего отца. И уверена, что ваш брак сделает его счастливым.
– Если только он раньше не умрет от шока. – Она засмеялась, на ее красивом лице расцвела улыбка. – Но причины, разделявшие меня с его отцом, больше не существуют. К тому же они в нашем возрасте не имеют значения. Конечно, некоторые все равно будут шокированы нашим решением, и наш брак, несомненно, воскресит старый скандал. Но Максуэлл давно решил на мне жениться. А если этот человек что-то вбил себе в голову, его трудно поколебать, и в нашем возрасте мы не можем терять время понапрасну.
– Я думаю, это чудесно, – сказала Иветт. – И очень романтично.
– Уверяю вас, дорогая, в свое время это не выглядело романтичным, – печально вздохнула Джанет. – Невинным людям был нанесен большой вред. Но тому уже больше тридцати лет, а Максуэлл до сих пор самая величайшая любовь моей жизни, а я… его. Мы просто пара старых болванов.
– Я совсем так не считаю! – Иветт думала, как прекрасно, что они могут наконец пожениться, когда жена герцога скончалась. – Вы родители Джеффри, и это правильно, что вы поженитесь.
– Да, я счастлива за Джеффри, но он удивился сильнее, чем я ожидала. Думаю, для Джеффри наша ситуация была тяжелее, чем для остальных, хотя он никогда в этом не признавался.
– Да, я тоже так думаю, – согласилась Иветт. Она понимала, что позор незаконного происхождения ранил Джеффри так, что она и вообразить не могла. – Пожалуйста, мисс Радерфорд, расскажите, каким он был в детстве.
– Он был просто восхитительный! – Лицо Джанет Радерфорд светилось, когда она говорила о сыне. – Прелестный маленький проказник, такой милый и чудесный. Все его любили. Невозможно было бранить его, даже когда он шалил, потому что он унаследовал обаяние отца и мог очаровательной улыбкой добиться всего.
– Именно таким я его себе представляла! – рассмеялась Иветт.
– Да, он просто особенный. Чудо, что он вырос таким замечательным, ведь мы его в детстве ужасно баловали. Но, несмотря на страдания и скандалы, связанные с его появлением на свет, я никогда ни секунды не пожалела, что родила его. Он был радостью моей жизни. – Джанет замолчала и многозначительно смотрела на Иветт. – И я хочу поблагодарить вас и ваших сестер.