Рождественский подарок

С тяжелым вздохом она запустила пальцы в его густые черные волосы и вдыхала пряный древесный запах его парфюма. Ей хотелось снова оказаться с ним на софе, почувствовать на себе вес его тела. Она бормотала его имя и неосознанно прижималась грудью к его торсу.
Джеффри тихо застонал, словно от боли, и крепче прижал ее к себе. Его горячий язык приоткрывал ее губы, и она тут же охотно сдалась, отдавая и желая большего с каждой секундой. Ее сердце билось рядом с его, и она чувствовала, что вот-вот погибнет от наслаждения и страсти. Его руки опустились ниже, обхватили ее ягодицы, он резко прижал ее к своим бедрам. Внезапная дрожь пронзила Иветт от этого контакта.
Их поцелуй углубился, если такое возможно.
А его руки… его руки были везде, когда жар нарастал между ними. Одна рука обняла ее грудь сквозь ткань платья. Шумно втянув воздух, Иветт выгнула спину. Ее тело покалывало от удовольствия, желания, ожидания, страсти. От Джеффри.
– О Господи! Иветт! – хрипло пробормотал он.
– Джеффри! – О, как она хотела его! Она сделает все, что он захочет.
Его рот по-прежнему накрывал ее губы, страсть нарастала.
Внезапно он отстранился и отпустил ее.
Иветт, споткнувшись, прижалась спиной к стене, ей хотелось плакать от того, что он перестал ее целовать. Жгучие слезы навернулись на глаза. Она смотрела на него, противоречивые эмоции сражались в ней.
– Джеффри? – прошептала она с колотящимся сердцем.
Упершись обеими руками в стену, он наклонился ближе. Его взгляд проникал ей в душу, в его синих глазах было желание и отголоски гнева.
– Ты хотела эксперимента, Иветт? Никто не поцелует тебя так, как я, и то, что ты сейчас испытала, ты никогда не почувствуешь с ним. Обдумай свой эксперимент как следует. И сделай вывод.
Не успела она ответить, как он быстро поцеловал ее в губы, от чего у нее снова перехватило дыхание, резко повернулся и вышел из комнаты.
  
Глава 23
 
Не падать духом
 
Дворецкий Девон-Хауса вел лорда Шелли по коридору к официальной гостиной. Уильям заметил, что дом украшен к Рождеству. Его забавляли собственные чувства, поскольку, несмотря на то что это он будет оценивать, подходит ли семейство для будущего родства, он немного нервничал. Ему хотелось взаимного согласия, поскольку он действительно собирался сделать Иветт своей женой.
Степенный дворецкий распахнул двойные двери, и Уильяма тут же приветствовала Иветт. Она выглядела очаровательно в простом платье приглушенного розового цвета.
Положив ладонь на его руку, она проводила его в комнату.
– Добрый день, Уильям. Я так счастлива вас видеть! Меня обрадовала ваша записка, которую я получила утром, я рада, что ваша матушка здорова, и в доме все в порядке.
– И я тоже.
Уильям в прошлую ночь в панике покинул бал по срочному вызову матери, уверенный, что его отец скончался. Приехав в Лэнсдаун-Мэнор, он выяснил, что мать, выпив лишнего, упала и ударилась головой о край стола. Сегодня утром у нее был отвратительный кровоподтек и ужасная головная боль, но чувствовала она себя тем не менее прекрасно. Этот инцидент привел Уильяма в раздражение, поскольку он наслаждался на балу обществом Иветт и не имел никакого желания уходить, когда его вынудили это сделать.
Да и то, что пришлось оставить Иветт наедине с Эддингтоном, удовольствия не добавляло. Из-за этого он всю ночь провел в отвратительном настроении. От собственнического взгляда этого чертова типа у него, что называется, перья ерошились. Он беспричинно ненавидел идею нахождения Иветт наедине с Джеффри Эддингтоном.
Но оказаться здесь с Иветт было так радостно. Ее сладкая улыбка чудесным образом успокоила его ревнивые чувства.
Когда Уильям оторвал взгляд от Иветт и обвел глазами комнату, он даже остановился.
– О Господи! – удивленно пробормотал он.
Его ждала маленькая толпа. Он, конечно, знал, что у нее четыре сестры, но встретить их всех вместе было так неожиданно. Он слышал, что они удивительно похожи и хороши собой. Но когда он увидел их собственными глазами, это ошеломило. Он не знал, как сумеет вести связную беседу, когда у него перед глазами такой цветник.
 
А ведь были еще мужья. И все, как на подбор, красавцы. Уильям вдруг почувствовал себя несколько неуверенно перед этими более молодыми мужчинами.
Иветт рассмеялась, заметив выражение его лица, и поддразнила:
– Кажется удивительным встретить их всех сразу, правда?
Уильям закатил глаза, подыгрывая ей.
– Мне следовало бы, наверное, подготовиться к такой встрече. – Это было совсем не то, чего он ожидал.
Иветт любезно всех представила, и он надеялся, что запомнил имена правильно. Все расселись, он устроился рядом с Иветт на софе, покрытой голубым дамаском.
– Это моя семья, – улыбнулась ему Иветт.
– Я рад наконец познакомиться со всеми вами. Я очень ждал этого. – Уильям действительно с нараставшим нетерпением дожидался, когда сестры Иветт вернутся из путешествий. Ему не терпелось сделать ей предложение, и задержка была только в знакомстве с ее родственниками. Он тщательно проверил их происхождение, и по бумагам семья выглядела достаточно респектабельной. И все-таки у него оставались некоторые сомнения. Казалось, каждого в этой семье окружал флер скандала.
Однако если сегодня все пойдет хорошо, он на следующей неделе попросит Иветт выйти за него замуж, и они смогут начать планировать свадьбу. Чем скорее они поженятся, тем скорее Иветт окажется в его постели. От одной этой мысли он всю ночь прободрствовал в ожидании, особенно после их последнего поцелуя.
– Мы тоже рады познакомиться с вами, лорд Шелли. – Самая старшая сестра, Колетт, красивая брюнетка налила ему чашку чая и подала с теплой улыбкой. Он знал, что эта сестра Иветт теперь маркиза Стэнклиф, много лет назад он встречал ее мужа, Люсьена Синклера. Глядя на нее, никто бы не подумал, что она выросла в книжном магазине. Она была элегантная, рафинированная, совершенная маркиза.
– Леди Стэнклиф, Иветт рассказывала, что у вас два сына? – спросил ее Уильям. Просто удивительно, как она похожа на Иветт, только с темными волосами.
Лицо Колетт засветилось при упоминании о ее детях.
– Да, Филиппу семь лет, Саймону пять. Они оба замечательные мальчики.
– Полагаю, дети путешествовали с вами в Америку?
– Да, и чудесно провели время, правда, Люсьен? – Она повернулась к мужу.
Люсьен Синклер, маркиз Стэнклиф, был красивым мужчиной и финансовой силой, с которой в Лондоне считались. Он сделал состояние на судоходстве и с тех пор, как получил в наследство поместье отца, больше чем в три раза увеличил свои капиталы и владения. Он замечательный человек, но много лет назад разразился ужасный скандал с участием итальянского графа и матери Люсьена. Большая часть наружу не вышла, а у Уильяма сложилось впечатление, что родители Люсьена перед смертью его отца примирились.
– Мы все чудесно провели время, посетив Америку. Мальчикам особенно понравилось на борту корабля. Вам доводилось бывать в Соединенных Штатах, лорд Шелли? – поинтересовался Люсьен.
– Нет, хотя мне хотелось бы когда-нибудь совершить такое путешествие. – Уильям отпил глоток чая. – Я за последние десять лет много времени провел во Франции, Италии, Испании.
– Вы бывали на Востоке? – Очередная сестра Иветт, Джульетт, смотрела на него с искренним интересом, ее голубые глаза искрились.
Эта сестра Уильяма интересовала Шелли больше всего, поскольку он слышал, что она необузданная и сбежала в Америку против воли своей семьи. С темными волосами и светлой кожей, она тоже была красавицей, и он ощущал ее врожденную импульсивность, от которой чувствовал некоторое беспокойство в ее присутствии.
– Нет, я там не был, миссис Флеминг. Хотя мне и там хотелось бы побывать.
– О, если вам нравятся путешествия, вам непременно надо побывать на Востоке. Мы с Харрисоном вместе путешествовали по всему миру и видели много невероятных мест, но Китай – самое экзотическое из них, – сказала она, ее проницательные глаза задержались на нем, словно она оценивала его.