Дом на рождество (ЛП)

— Не знаю, но мне нужно снять одежду, так что, вы оба должны выйти.
— Нужно позвонить доктору Брайнту, — говорит Отем, выходя из комнаты и закрывая дверь.
Я встаю и снимаю с себя всю одежду, а затем заканчиваю раздевать Холли. Затем ложусь на неё кожа к коже и накрываю нас одеялами. Я вспотел от адреналина, пытаясь найти её и вернуть домой, но Холли подо мной ледяная.
Я долго лежу с ней, пока её тело не начинает медленно согреваться. Огонь в камине трещит, а я снова и снова возношу безмолвные молитвы, чтобы с Холли всё было в порядке. Я смотрю на лицо женщины, которую ждал и о которой мечтал целых пять лет. Не было ни секунды, когда я не скучал по ней или не мечтал быть рядом. А теперь, когда я, наконец, держу её в своих руках, мне остаётся только умолять её не покидать меня. Я убираю волосы с её лица, и большим пальцем начинаю поглаживать её нижнюю губу. Она была синей, когда я нашел её, но теперь она приобрела мягкий розовый оттенок. Так много ночей я думал о нашем поцелуе. Я честный человек, но тот факт, что она лежит подо мной голая, сводит меня с ума.
Я не могу больше с этим бороться, поэтому наклоняюсь и оставляю мягкий поцелуй на её губах. На ощупь они теплые и нежные, и я хочу большего, хотя не должен. Но как только я начинаю отодвигаться, то чувствую, как её пальцы касаются моей спины, а губы прижимаются к моим. На этот раз она целует меня, и я не собираюсь её останавливать.
Она открывает рот, и я чувствую сладкий вкус, когда мой язык касается её. Мои воспоминания о нашем поцелуе ничто, по сравнению с реальностью. Тот день, когда я поцеловал Холли, был лучшим днём в моей жизни, и, целуя её сейчас, как будто снова и снова переживаю тот день.
Её тело начинает двигаться под моим, а её ноги раскрываются. Я легко ложусь между ними, и мой голый член упирается в её киску. Я должен прекратить этот поцелуй. Должен встать и дать ей отдохнуть. Но я эгоистичная сволочь и провел без нее годы. Я хочу её, и не только сейчас. Хочу быть с ней всю оставшуюся жизнь.
— Вэнс, — шепчет она, и это всё, что мне нужно.
Её влажный центр открывается для меня, и я скольжу своим членом между губок её киски. Когда надавливаю на барьер внутри неё, то понимаю, что она ждала меня. Она могла бы переспать с тысячью парней с тех пор, как я видел её в последний раз, и мне было бы всё равно. Пока она моя навсегда, это главное. Но осознание того, что я первый, кто её взял, толкает меня через край.
До сих пор я игнорировал свой ноющий член, но больше не могу этого делать. Теперь он требует проникновения, и я медленно скольжу в неё. Я осторожно продвигаюсь, с каждым ударом погружаясь на дюйм глубже. Её тело помогает мне скользить внутри её тугой киски, и я стараюсь быть настолько нежным, насколько могу.
Нежно целуя её губы, шепчу, как сильно я скучал по ней и как счастлив, что мы, наконец-то, вместе. Когда я полностью оказываюсь внутри неё, то замираю, желая полностью насладиться этим моментом, желая запомнить каждую деталь первого раза, когда мы занимаемся любовью. Нашего первого раза.
Её глаза широко открываются, и она смотрит на меня.
— Вэнс, — шепчет она и протягивает руку, чтобы коснуться моего лица. Она так нежна, пока трогает меня, я не могу поверить, что это происходит по-настоящему. — Люби меня.
Медленно я снова начинаю двигаться, и чувствую, как её тело начинает напрягаться подо мной.
— Я люблю тебя, Холли.
Её глаза наполняются слезами, и я вытираю их. Это до боли красиво, и я не могу остановиться, ведь наши тела требуют этого соединения. Я не хочу, чтобы это заканчивалось, поэтому обещаю себе, что отныне мы будем наверстывать упущенное время.
— Я тоже люблю тебя, Вэнс.
Она целует меня, и это намного мощнее того, что мы делали раньше. Я чувствую, как она прокладывает путь в мою душу, и не хочу, чтобы это заканчивалось.
Её ноги оборачиваются вокруг меня, и я меняю угол так, что каждый мой удар заставляет её киску сжиматься. Её спина выгибается, а бедра начинают трястись, когда она распадается в моих руках. Я не могу больше сдерживаться и следую за ней, переступая порог блаженного рая и наполняя её всем, что у меня есть.
Я дрожу с головы до ног, пока крепко обнимаю её. Это лучший момент, который я когда-либо испытывал, и не хочу, чтобы это заканчивалось. Моё сердце теплеет от мысли, что это не закончится сейчас. С этого момента мы идём вперёд вместе, всегда.
Но прежде чем мне удаётся что-то сказать или сделать, дверь с грохотом открывается. Хантер и Отем смотрят на нас, а рядом с ними стоит незнакомец в докторском халате.
— Убирайтесь! — кричу я, чувствуя, как Холли вздрагивает подо мной.
— Вэнс? — ошеломлённо спрашивает Холли, слегка хмурясь. На её лице возникает смесь паники и шока, когда она делает резкий вдох. Она поняла, что я рядом. И внутри неё.
— Вот дерьмо, — рычит Хантер, выталкивая всех из комнаты. — Извини, братан.
— Ты жив? — обвинительным тоном говорит Холли. Я собираюсь открыть рот, но она бьёт меня по лицу. — Где ты был, чёрт возьми, — требовательно спрашивает она, глядя на меня разъяренным взглядом.
}Глава 7} }
 Холли 
Мне казалось, что происходящее это моя мечта, потому что в какой-то момент подумала, что умираю. Никогда в своей жизни я не чувствовала ничего столь же прекрасного и я не хотела, чтобы это заканчивалось. В этот момент в комнату вдруг ворвались люди, и моя мечта рухнула. Это реальность. Мой разум борется, чтобы понять, что происходит. Всё, что я чувствую сейчас — это гнев.
— Холли, детка. Я могу объяснить, — вскидывая руки, защищается Вэнс.
— Я тебе не «детка», Вэнс, — я выползаю из-под него и быстро встаю.
Я спотыкаюсь, но он оказывается рядом, чтобы поймать меня. Только потом я осознаю, что я совершенно голая. Так же, как и он. Мой взгляд спускается вниз по крупному телу, пока не упирается в его член. Он жёсткий и скользкий, реальность того, что мы сделали, бьёт по мне. Я прикрываю руками рот, но это не потому, что жалею об этом, а потому что произошедшее это всё, о чём я мечтала, и думала, что это никогда не произойдёт.
Теплое одеяло оборачивается вокруг меня, и я смотрю в глаза Вэнса. Они такие грустные, но настойчивые. Словно он нуждается в том, чтобы я его поняла.
Мой мозг не может обработать все сразу, и я сажусь на край кровати рядом с ним. Вэнс хватает одеяло и оборачивает его вокруг талии. Затем он опускается на колени передо мной и берёт мои руки в свои.
— Всё в порядке. Просто позволь мне объяснить.
Я плачу, и мы обнимаем друг друга. Все мои эмоции сходят с ума. Я рада, что он здесь, передо мной, очень рада, но не понимаю, как это произошло.
— Я… я просто, — я давлюсь всхлипом, но он держит меня, поглаживая мою спину. — Я думала, что никогда не увижу тебя снова.
— Ш-ш-ш-ш. Я знаю.
Он отклоняется назад и снова берёт меня за руки, после того, как вытирает мои слёзы.
— В тот день, когда тебе исполнилось восемнадцать, и я высадил тебя около твоего дома, на следующее утро я уже был уверен, что хочу сделать все официально. Я и так ждал тебя достаточно долго, мне хотелось, чтобы весь мир знал это, — он подносит мою руку ко рту и целует её. — Поэтому я сказал маме, что готов подарить тебе кольцо. Она была единственной, кто знал о тебе всё. Я долгие годы рассказывал ей истории о тебе. Честно говоря, думаю, она знала, что ты моя единственная, ещё до того, как я понял это сам. — Он улыбается и заправляет прядь волос мне за ухо. — В тот день мы с ней поехали в другой конец города, в очень старый ювелирный магазин. Она сказала, что в этом месте, много лет назад, папа купил ей обручальное кольцо, и я хотел сделать то же самое.
Вэнс мягко улыбается и пожимает плечами, и почему-то мне кажется, что на его щеках проступает румянец.
— Я думал, что это принесет мне удачу. Их брак был всем, что я знал, поэтому, когда я встретил тебя, я хотел того же и для нас. Когда мы приехали в магазин, то поняли, что эта часть города совсем запущена. Но было не так поздно, поэтому я не беспокоился об этом. Но это было не то место, куда я позволил бы идти в одиночку тебе или маме.