Диктатор (СИ)

Далее — земельный участок под прилегающую территорию к шахте, который будет занят шахтерскими вагонетками, спускающими уголь на ровную площадку у подножия горы. Подписано. Наверняка, шахтерам в будущем понадобится обустроить временный склад и уж точно жилое помещение.
Дальше — земля под дорогу. С этим проще. Отдано!
Земли под пирс и домик Муньосов. Хотя они строятся на тех же участках, что и сгоревшие, но документ аннулирует старые акты и провозглашает себя новым! Все как в политической борьбе! Старый король умер, да здравствует новый! Но суть таже.
"Ох, Рики и любит заморачиваться по документам!"
— Вроде все, Рики! — устало произнес я.
— А теперь-с печать, синьор губернатор! — Рики протянул мне круглую металлическую коробочку.
Я взял. Открутил ее на две половинки. Высвободил верхнюю крышку с колечком для двух пальцев. С другой стороны выступающий рельефный оттиск. Во второй крышечке — губка, пропитанная синими чернилами.
Придавил к акту печать. Взглянул на Рики. Тот завороженно любовался появившимся круглым рисунком со скалящимся тигром в обрамлении пальмовых листьев и слов по кругу: "Твин Бич, да пребудет Господь и осеняет дланью своей нашу Родину". Казалось, помощник сейчас заплачет от восторга.
— Э-э, Рики, — обратился я. — Не хочешь сам попробовать?
— Правда-с, синьор? — спросил он недоверчиво. — Вы доверите?
— Да, — ответил я.
— Это большая честь, синьор! Спасибо! — просиял заместитель.
" Да ерунда!" — хотел уже сказать я, но вовремя прикусил язык. — "Для него то это не ерунда! Как знать, как бы чувствовал себя я, окажись на его месте, допустим, в Кремле? Какое чувство побороло бы меня — патриотизм или цинизм? И были бы вообще какие-то чувства?"
Поэтому я сказал: "На здоровье, Рики! Смелее!"
Заместитель аккуратно и медленно поставил печать.
— Знаешь, Рики! — сказал затем. — Займись сам печатями! Во всяком случае, до появления моей любимой секрету...секретарши! Я же не типограф или что там?
— Хорошо, синьор! — обрадовался Рики и пропечатал документы сам.
Потом бережно сложил бумаги в папку.
— Тогда позвольте-с откланяться, синьор губернатор! — Рики четко, по-военному чуть склонил голову, щелкнул каблуками, руки по швам. — Желаю спокойной ночи-с!
— Да, Рики, и тебе спокойной! — пожелал я. Заместитель вышел, напоследок бросив теплый взгляд на мерцающий парящий остров.
За разноцветными витражами слева от меня было уже совсем темно. Но до того я не обратил внимания на наступление вечера, потому что свет мы не зажигали. Генератор не работал и было непривычно тихо. Теплого света, льющегося от огромной проекции родного Твин Бич, было вполне достаточно для освещения.
"Классная штука — солнечная батарея! Похоже, она аккумулирует заряд и энергии хватает еще на какое-то время, даже когда солнца уже нет! Шикарный подарок от сраного профессора! Может он и не настолько плох? Просто, выполняет свою работу согласно контракта с Корпорацией Улей.
И еще возможно стремится осуществить свою идею про сверхчеловека. В его возрасте многие задумываются о своей гуманитарной миссии и цели в жизни, стремятся оставить после себя след и память. Помочь человечеству — благородная цель! Но еще и в большой степени, наверное, честолюбивая и корыстная.
Надо будет подумать, как приспособить батарею к радиоприемнику, и вообще будет кайф! Заказать что-ли у Корпорации электрика?"
С такими мыслями встал из кресла, обошел свой массивный стол. Размял затекшие ноги и попу. Загляделся, замерев, на прекрасный Твин Бич.
Изображение тоже темнело, вслед за наступлением сумерек. Но похоже, что включилось ночное видение или ночной режим в проекции, как там его называют умники? Все было прекрасно видно, только не так ярко, как днем, а более приглушенными красками.
Склонился над портом. Внутри недостроенного сруба мерцал огонек, строители укладывались спать.
Но также разглядел и две темные фигурки, шагающие по нечеткой дороге к джунглям. Попробовал ткнуть в них пальцем.
 
"Хосе Муньос, Хуан Муньос," — выскочила маленькая табличка с именами ночных путников.
— Куда это они поперлись на ночь глядя? — пробормотал я. — "А-а, наверное, к сестрам Лючия! Вот не лень после работы в такую даль переться! Гормоны не дают покоя, ха-ха! Лишь бы завтра вышли на работу! И откуда столько энергии у парней? Экология, наверное, хорошая! Здоровое питание. Скоро пойдут свадьбы и дети! Новые рабочие руки и налогоплательщики! Здорово-здорово!"
Удовлетворенно потер руки.
"Вот и кто сказал, что власть портит людей? Я — явный пример, что это правда!" — подумал затем. — "Какие налогоплательщики? Это же дети! Милые веселые создания! Но опять же надо будет детский сад, школу...учителей откуда-то…"
Мои пространные размышления прервали тихие и частые хлопки. В приоткрытую балконную дверь черным вихрем влетел Малыш. Сделал круг по апартаментам, пискнул над проекцией. Зацепился за люстру, повис вниз головой, скалясь на меня зловещей мордочкой.
— У, вампиреныш! — сказал я. — Зачем пожаловал? Понравилось у меня?
Малыш не ответил и пялился на меня маленькими, черными, блестящими глазками.
— Тянет к власти, да? Притягательная я личность, да? Прямо не апартаменты, а зверинец какой-то! — пробормотал я. — И дверь ведь не закроешь — душно!
— Эх, — тяжко вздохнул. Пошел на кухню.
— Ты чем сегодня ужинаешь, дорогой? — крикнул оттуда. — Извини, паучков нету! Кровь тоже закончилась!
"Ночное видение!" — сказал тихо. Кухня окрасилась светло-серыми тонами.
— Сегодня четверг — банановый день! — сказал, увидев фрукты. — И ром, — произнес тихо, разглядев бутыль.
"Ну, немножко можно," — стал размышлять. — "Уж теперь то знаю эффект! Главное, не увлекаться!"
Сполоснул стакан в прохладной воде, накапал себе на донышке. Выпил. Обожгло рот. Зажевал банан.
"Все-таки стрессовый день! Корабль потонул с золотом!" — накапал еще чуток. — "Для крепкого сна!"
Опрокинул. Мм, бананчик!
"Вообще, надо завязывать с чистым ромом! Коктейлиться! Так и глядишь, не влипну никуда! А то еще одна такая пьянка и мой рейтинг скатится в тартарары! Уйдет в минуса! Лояльность — минус сто! Это будет последнее, что я увижу, болтаясь на пальме! Хмм, черный юмор."
Налил себе рома на уровень пальца.
"У тетушки Терезы должен быть сок!" — вышел из кухни со стаканом. — Отключить ночное!
Подошел ближе к люстре. Малыш наблюдал за мной.
— Поиграем в гляделки? — спросил у него. — Надеюсь, ты слопал на лету пару мух, потому что у меня ничего нет, кроме бананов!
— И золота твоего здесь нет! Зря прилетел! — не удержался, отхлебнул еще. — Оно уже на дне морском! В пучине! И охраняет его чудо-юдо! Рыба, ик, кит!
— Или ты что, думаешь, сила в золоте? — Малыш перед глазами стал раскачиваться. — Нет, мой дорогой! Сила в правде! В газете! Потому, выпьем за электронные издания! Как спасение наших лесов!
Ром в стакане закончился.
— Ты, ик, как хочешь, а я пошел за соком! — я решительно, но чуть кренясь, пошел на выход.
Малыш спорхнул следом, бухнулся мне на плечо. Пискнул, заерзал. Перебирал коготками, устраиваясь поудобнее. Старался забиться под воротник рубашки.
— Ай-ай! — вскрикнул я. — Можно ли чуть аккуратней! Я тебе не сталагмит! Ик! Коготки то подстригу!
— Или отправлю на маникюр, ночное включи, — бормотал я, спускаясь по лестнице. Старался тихо, чтобы не потревожить Рики. — Есть у меня знакомая мастерша! Ик! Сделает тебе недорого! Пару мух и забудешь о кутикулах!
 
Малыш пискнул, прижимаясь ближе к шее. Подбородком почувствовал его мягкий мех.
— Ути, мой маленький! — погладил его кончиками пальцев. Он был теплым и подрагивал.
Спустился на первый. Еле разминулся с парочкой колонн.