Война племен (СИ)

Даниэль Зеа Рэй
Терра
Часть II. Война племен
«В мире, где идет война, не бывает хороших и плохих, есть только свои и чужие».
Даниэль Зеа Рэй
Пролог
Колония Пеленея. Район Гапи-Сити. 3260 год по земному летоисчислению.
Катарина пробиралась по туннелям в одиночку. Ее ячейку накрыли сутки назад. Три оборотня и две автономные системы типа «андроид» уничтожили почти сотню человек, среди которых было всего четыре рекомбинанта. Она уцелела лишь потому, что давно не регистрировалась в системе и осталась неучтенной: пятый рекомбинант или «призрак», как называли подобных ей. Катарина слышала о других «призраках» - рекомбинантах, которые вообще отказывались синхронизироваться с чем бы то ни было и давно не загружали обновления программных обеспечений из сети. Не прошел еженедельную регистрацию – система посчитала тебя мертвым. Мертвые не получают еды и воды. Все просто. Сопротивлению плевать на желания таких как она. Не нравятся правила игры – проваливай на сторону правительства. Там тебе найдут применение, ради которого создали.
Катарина стала призраком полгода назад. Кто-то делился с ней водой. Кто-то приносил еду. А иногда она охотилась на грызунов… Она работала, как и все другие. Рейды за оружием, операции по освобождению новых территорий, перевязка раненых, похороны убитых. Рекомбинанты считали, что у нее поехала крыша. Люди полагали, что крышу у нее снесло еще во время инициации.
Что-то хрустнуло под ногой. Катарина закатила глаза и поправила респиратор на лице. Вонь, что стояла в этих туннелях, не вообразить! Трупы людей, рекомбинантов, оборотней будут лежать здесь и гнить неделями, пока сопротивление или правительство, в зависимости от того, кому подконтрольна территория, не примут меры и не зачистят здесь все. Идти по трупам – не лучшая из ее идей, но не по поверхности же ей топать в поисках ячеек сопротивления, к которым она сможет примкнуть? Вновь хруст. Нога провалилась в чье-то тело, и Катарина поморщилась. Стон. Катарина замерла, прислушиваясь к звукам вокруг. Вода капает с потолка. Копошение крыс где-то позади. Ее дыхание в респираторной маске. Вновь стон.
- Кто здесь? – прошептала она, активируя плазмар и освещая фонарем трупы впереди.
Рука шевельнулась. Стон. Выживший!
Катарина бросилась к нему и, ухватившись за протянутую ладонь, попыталась вытянуть его. Черта с два! Он по пояс был завален трупами.
- Эй, ты! Слышишь меня? – она осветила фонарем лицо мужчины, которому принадлежала рука.
Тот простонал в ответ.
- Сейчас вытащу тебя, подожди.
Она стащила несколько трупов с его тела и присела, чтобы осмотреть раны. Два плазменных ранения в бедро, одно в грудь. Повезло ему, что все еще жив.
- Ну что, дружок, - улыбнулась Катарина. – Пить будешь?
Стон.
- Полагаю, это значит «да».
Она достала бутыль и вымыла незнакомцу лицо. Еще хлебнет трупного яда вместе с водой – тогда точно конец. Дав выпить несколько глотков, Катарина, под невнятные стоны, спрятала бутылку.
- Сразу много нельзя. Потом еще попьешь. Ну что, давно здесь тухнешь? Несколько дней – так точно. Твою ячейку зачистили, как мою? Ладно, с кем я говорю? Ты же все равно, только мычать можешь.
Катарина схватила мужчину за обе руки и потянула за собой. Дело это оказалось нелегким. Кажется, он весил целую тонну! Здоровый, зараза. Катарина поднапряглась и сдвинула его тело с места. Крик боли, и мужчина потерял сознание. Что ж, оно и к лучшему. Судя по карте, тянуть его придется несколько километров, а там – привал.
***
Три дня спустя.
- Привет, Лавджой! – радостно произнесла она, протягивая новому знакомому кружку с водой.
Мужчина взирал на нее с опаской, но кружку из рук принял. Мудрое решение.
- Ты три дня в отключке был. Раны твои я перевязала, но умирал ты от заражения. Пришлось за антибиотиками ходку сделать. Спасибо потом мне скажешь. Ну как, напился?
Он молча протянул ей пустую кружку.
- Сегодня на обед – жареные крысы! – с воодушевлением сообщила она. – Впрочем, как и в предыдущие три дня. Ну что, Лавджой, есть будешь?
 
- Ре… - промычал мужчина. – Ре…
– Имеешь что-то против рекомбинантов?
Молчание.
- Нет? – она наигранно улыбнулась, - вот и славненько. Вы, люди, иногда дурака валяете, но все же с рекомбинантами лучше, чем с оборотнями, не так ли? – она засмеялась и протянула бедолаге кусок жареной крысы. – Ешь. Тебе белок необходим.
- Где… Где мы…
- Заброшенный коллектор. Кажется, здесь до нас кто-то жил. Есть очистная станция воды, самодельные печи, посуда и остатки пожитков. Задержаться здесь – не лучшая моя идея, но, Лавджой, ты весишь слишком много, чтобы тащить тебя дальше. Я устала, понимаешь? – она вновь засмеялась и хлопнула его ладонью по здоровой ноге.
- Лав… ждой? – повторил мужчина.
- Извини, имени твоего я не знала, потому назвала тебя Лавджоем. Старомодно, конечно, но знаешь, есть в этом имени что-то… - Катарина перевела взгляд куда-то вдаль и стала прикусывать нижнюю губу, будто бы замечталась о чем-то. – Одной тяжело, - наконец, ответила она и взглянула на него, на этот раз с неким сочувствием. - Ты единственный мужик, которые третьи сутки подряд терпит мой треп. Так что, быть тебе Лавджоем! – она засмеялась и легонько похлопала его по плечу.
- Твое… имя…
- Катарина. А твое?
Он медлил с ответом. Не то вспомнить пытался, не то решал, каким именем себя назвать.
- Лав… джой, - он натянуто ей улыбнулся и закашлялся.
- Н-да, - протянула Катарина. – Тебя по голове ударили. Там рана. Что, память напрочь отшибло или есть, что скрывать?
- Не… пом…ню…
- Тогда, план такой: кантуемся здесь еще дня три, затем идем дальше. Сопротивление отступало на Восток. Мы направимся туда же.
- Со..против…
Катарина рывком достала плазмар и направила его незнакомцу в лоб.
- Ты же из сопротивления, не так ли? – произнесла она.
- Да…
- Откуда знаешь, если даже имени своего не помнишь?
- О…дежда…
- Правительство кротов не в парадной униформе к нам засылает! – парировала Катарина.
Лавджой протянул руку и прижал ладонь к дулу плазмара.
- Я на тво…ей… сто…роне.
- Верить в это хочется, - вздохнула Катарина и спрятала оружие.
- Сеть… Выйди… в сеть…
- Э, не… - она угрожающе помахала пальцем у его носа. – Извини, конечно, но я больше не синхронизируюсь.
- При…зрак…
- Полгода как, - улыбнулась она. – Знаешь, впервые за жизнь, которую помню, чувствую себя человеком. Вряд ли ты поймешь, конечно, но когда убиваешь или, скажем, хоронишь тех, кого знала несколько лет, а внутри ничего не происходит, пустота одна внутри, четко понимаешь, что с тобой что-то не так… Мир вокруг сошел с ума. Пусть я и рекомбинант, но сеть делает из меня машину, а я так не хочу. Не хочу быть машиной.
- Сколько… тебе лет…
- А на сколько выгляжу?
- Двадцать… …три…
- Врать умеешь, - рассмеялась она. – Тридцатник мне. С хвостиком, - добавила она. - А тебе сколько?
Он пожал плечами в ответ.
- Я бы под сорокет дала. Хотя, ты болен, так что… Тридцать шесть – семь… Ладно, спи. Я ходку на поверхность сделаю и вернусь.
- Не… ходи…
- Все в порядке. Не впервой. Антибиотики еще нужны. Да и крысы поднадоели. Может, найду что еще съестное?
- Опасно…
- Если не вернусь – выбирайся сам. Приятно было познакомиться, Лавджой, - она погладила его по волосам и встала с колен. - Пожалуй, оставлю тебе один плазмар. Мало ли, кто сюда заявится?
Она вложила ему в ладонь оружие и грациозно разогнулась, поправляя лиф костюма.
- Не скучай! Даст Бог, еще свидимся.
***
Она вернулась сутки спустя. Раненая в плечо с переломанными ребрами, она едва дышала, протягивая ему ампулы с антибиотиками и обезболивающим.
- Что случилось? – спросил он, отползая в сторону, чтобы достать инъектор, лежащий неподалеку.