Безупречная помощница для злодея (СИ)

– Юлиана, так что тут произошло? Если кратко.
– Это ужас. Пришла такая девица красивая. Коляску бросила, ворвалась к начальнику, дверь плохо закрыла, да и орала она, конечно, громко. Это ребенок Владислава Сергеевича, представляете? Я и не знала, что у него он есть. Я так поняла из перепалки, что девочка жила с матерью, а он их обеспечивал, никак не касаясь воспитания, но сейчас эта мамаша нашла себе мужа, уезжает с ним куда-то, а девочка не нужна ни ему, ни ей. Владиславу Сергеевичу, я так поняла, она тоже не нужна. Требовал ее забрать, а мамка эта ни в какую. Кричала на него, что он скрывался специально, адрес поменял, из-за этого ей пришлось на работу к нам ребенка везти. 
Да уж, весело. Точнее, совсем не весело. 
Смотрю на малышку. Такая хорошенькая. Очаровательная милашка с маленьким носом-кнопочкой. Насупилось серьезно, ручки с карандашами внимательно перебирает. 
– Жалко ее, – озвучила мои мысли Юлиана. – Такая малышка, а уже не нужна ни папе, ни маме. 
– Ерунда. Если сейчас с папой останется, то наверняка его сердце быстро завоюет такая лапочка. 
– Да, она хорошенькая, – хмыкнула Юлиана.
Но надолго лапочку ручками занять не удалось. Освоившись, она стала носиться по приемной, заглядывать во все углы, норовя где-нибудь расшибиться. Мы с Юлианой только и успевали ее тормозить, бегая по приемной, словно две взволнованные курочки, а Каверин, гад такой, все не спешит возвращаться.
Настал момент, когда девочка снова занервничала и начала хныкать. Как только мы с Юлианой ее ни веселили. 
– А может, она там дела свои сделала? В подгузник? – секретарь выпучила на меня испуганные глаза. 
Стало смешно. 
– Вроде ничем не пахнет. 
– А должно?
– Не знаю. Может, она есть хочет? Или пить? 
Порылась в переноске коляски и нашла бутылочку. Бинго! Отдала бутылочку девочке, и та с радостью активно начала пить. Смотрю на малышку и недоумеваю. Судя по ее примерному возрасту, зачал ребенка Владислав еще будучи в браке с любимой женой. Как так? Хотя, может, ничего удивительного, когда дело касается мужчин.
  
Глава 20 
 
Решили с Юлианото ребенок одной водой вряд ли будет сыт, так что я отправила секретаря на всякий случай в ближайший супермаркет за детской едой и парочкой каких-нибудь игрушек. А то снова разбушуется чадо, а нам и утешить нечем. Даже если родители явятся раньше, ничего страшного – будет фирменный подарок. 
Секретарь с явным облегчением ушла, а я, взяв малышку на руки, попробовала ее укачать, ведь спящий ребенок – тихий ребенок. На удивление, стало получаться. Малышка сладко зевнула под мое воркование и невнятные напевы и доверчиво уложила голову мне на плечо. В этот момент у меня сердце сжалось, а затем быстро-быстро затрепетало. 
Прижала к себе девочку крепче. Такие маленькие милые ручки, наивные глаза, пухлые щечки. У меня все внутри просто тает от нежности. Когда-нибудь у меня тоже обязательно будет такая милая девочка. Я все для этого сделаю. Украдкой вытираю слезы и стараюсь не шмыгать носом, чтобы не разбудить уснувшую прямо на моем плече малышку. 
Щелкнул замок. Быстро Юлиана. Может, что-то забыла? Хотя мне не до Юлианы. Я наслаждаюсь и вообще застыла, чтобы случайным движением не разбудить только уснувшую кроху, которая так мило сопит мне в ухо, трогательно обнимает ручками и пахнет молоком. Кайф. Прямо таю от нежности. 
Меня аккуратно тронули за руку. Поднимаю глаза на… шефа. Знаком он показывает мне пересадить девочку в коляску. Саму коляску Влад подвозит ко мне и откидывает ее спинку в почти горизонтальное положение. Крайне аккуратно перекладываю девочку, хотя я бы еще немного с удовольствием ее подержала. Коляску с ребенком начальник перевозит в свой кабинет и осторожно закрывает за собой дверь. В приемной мы с шефом остаемся одни. 
– Надо же, Забава, а мне казалось, что вы во всех отношениях железная леди, а оказывается, что нет, – первое, что сказал Влад, подсаживаясь ко мне на диван. Мужчина откинулся на спинку и смотрит на меня задумчиво.
 
– Не понимаю, о чем вы.
– За время нашего знакомства у меня создалось впечатление, что вы ни к кому и ни к чему кроме работы не имеете сильных чувств или привязанностей. Сильная духом, уравновешенная, спокойная, практически безэмоциональная. А сейчас мне показалось, что вы любите детей. 
Фыркнула. 
– Владислав Сергеевич, вы даже не представляете, сколько у меня слабостей и какие сильные эмоции меня порой одолевают, но я не считаю нужным это кому-то показывать. Что с девочкой? 
Начальник заметно помрачнел. 
– Не знаю, что с ней делать. 
– Расскажете, откуда у вас дочь?
Владислав морщится. 
– Вы, возможно, в курсе, что у меня была жена – она умерла от болезни. Когда нам сообщили диагноз и сколько ей осталось, я через некоторое время сорвался и напился в компании приятелей. Напился, как никогда в жизни ни до, ни после. Особо и не помню ту ночь. А потом уже, прямо на похороны, пришла мать Милы с животом и «обрадовала» новостью, потребовав на ней жениться, ведь она носит моего ребенка. Жениться я не стал, хотя там осада была мощная с ее стороны и родственников. После рождения девочки откупился деньгами с условием, что меня ее жизнь никак касаться не будет и видеть я их тоже не буду.
– Неужели не интересно было увидеть свою дочь?
– Я тогда был сильно взбешен по поводу всей этой ситуации и попыток навязать новую жену и ребенка, я знал, что со стороны этой мадам был только расчет, желание денег и попытка хорошо устроиться.
– Эм, то есть свою дочь в первый раз вы увидели… сегодня?
– Да.
Повисла пауза.
– И что, деньги маме Милы больше не нужны?
– Нет. Нашла себе мужа за рубежом. Иностранец. Ее деньгами заваливает, она к нему переезжает. А вот девочку не принимают. Скинула мне. Пытался ее сейчас остановить, уговорить – ни в какую. 
М-да. Единственное, что хочется еще спросить – а папа Сережа-то в курсе, что у него есть внучка?  
– И-и… что вы планируете делать?
Каверин устало потер глаза.
– Не знаю, Варя. Условий для содержания ребенка у меня сейчас нет. Дом продал, снимаю квартиру и уезжать с нее я не хочу, но там ребенку не место. Да и не хочу я заниматься девочкой, а уж ей тем более не нужен такой отец, как я.
Ну, думаю, ее сейчас любой папа устроит.
– А ваш отец, может быть, сможет предложить какие-то варианты?
Начальник взглянул на меня с подозрением, поэтому я уточнила:
– Все знают, кто ваш отец.
– Он скоро уезжает из страны, ему Мила тоже не интересна.
– Почему? Это ведь, я так понимаю, его единственная внучка?
– Был бы внук, тогда да, а так нет. 
М-да. М-да.     
– Что, Забава, осуждаете меня? – хмыкнул Каверин. – Вы-то безупречны, а я в ваших глазах и так стоял не особо высоко, а теперь и вовсе полное ничтожество, верно? Так все, собственно, и есть.
Удивленно приподняла брови.
– Во-первых, кто я такая, чтобы вас в чем-то осуждать? Судьей я не подрабатываю. Во-вторых, ваша личная жизнь и решения – это только ваше дело, если, конечно, вы не совершаете что-то преступное. Ну и, как бы там ни было, ребенка и его мать вы обеспечивали. 
На самом деле, начальнику сейчас не позавидуешь. На голову свалился ребенок, что с ним делать, не ясно. Но на самом деле я все равно жутко завидую шефу. Я бы от такого подарка судьбы точно не отказалась.
Владислав посмотрел на меня с каким-то странным интересом, словно по-новому, но теперь сидит явно в тяжелых раздумьях о судьбе девочки. 
– Владислав Сергеевич, время идет. Рано или поздно Мила проснется. Возможно, стоит ее вывезти из здания, пока она еще тихонько спит? Чтобы не привлекать особого внимания? 
 
– Да, но куда ее везти?
– Мне кажется, что можно пока отвезти ее к себе домой. Купите все необходимое ребенку, наймите срочно няню, а там дальше решите, как поступить.