Трофейная жена для лорда-дракона (СИ)

– Эти идиоты, какие-то шишки, да?
Девчонка широко раскрыла свои кристально яркие глаза и озадаченно похлопала длинными кукольными ресницами. Юноша измученно вздохнул.
“Вот поэтому никто и не любит возиться с мелкими. Они слишком недалёкие, чтобы даже простую беседу поддержать”.
– Я про тех гадов, которые тебя в амбаре скрутили.
– А… вот какие шишки! Теперь поняла.
– Ну, так и зачем мы оттуда убегали?
Девчонка бросила на него хмурый взгляд и подтянув к себе коленки, одиноко обняла их, заставив Арвольда почувствовать какое-то острое, почти непреодолимое желание погладить её по спине и сказать, что всё непременно будет хорошо.
– Это сыновья Грэйнов. Знаешь таких?
Арвольд медленно закрыл глаза и тихо выругался, заставив девчонку покраснеть и возмущённо закрыть уши руками.
– Прости, мелкая. Вырвалось.
– Я не мелкая! – обиженно рыкнула на него девчонка.
Разумеется, он знал Грэйнов. Именно по приглашению лорда Маркуса Грэйна они с сэром Ремальдом проехали через всю страну, чтобы рыцарь стал судьёй на турнире, посвящённом дню рождения леди Ирмы. Пожалуй, с места драки он сбежал совсем не зря… Вот только каково ему теперь будет прятаться от взглядов озлобившихся на него наследников могущественного лорда?
– Эвлин – старший, Таэль – средний, ну и Румо. Тот, губастый, он самый противный. Тебе бы им больше не попадаться, они очень злопамятные и просто так точно тебя в покое не оставят. Спасибо, конечно, что вступился… но я бы и сама справилась. – Гордо добавила девчонка, дрогнувшим от неуверенности голосом.
Арвольд усмехнулся, но комментировать её способности к самозащите не стал.
– Брошь хоть при тебе осталась?
Спросил он не столько из интереса, сколько для того, чтобы сменить тему, а девчонка вдруг потупила взгляд и отчаянно покраснела.
– Нет. Отобрали. Но… но она не моя была. Я её и правда украла.
Юноша растерянно посмотрел на девочку, упорно сверлившую взглядом свои острые коленки. Такого неожиданного признания он от этого с виду чистого, непорочного создания, никак не ожидал. Если и правда украла, могла бы в самом деле промолчать. Зачем теперь признаваться? Он всё равно наверняка видел её в первый и последний раз в жизни.
– Зачем?
Девчонка прикусила губу, но, помолчав немного, всё же ответила.
– Я сирота. И у меня ничего не осталось… даже от мамы. На память, знаешь. Вот я и решила, что возьму ту брошь и буду думать, что она ее. Понимаешь?
Большие серые глаза посмотрели на него с надеждой и Арвольд, сдержанно кивнул, хотя и совершенно не собирался.
– Там, где взяла, ещё много всяких украшений было… я думала, что никто не заметит. Да и не заметили… только Румо увидел, что я что-то прячу. И отобрал. Они всё ещё злятся на меня, за то, что я, мол, их кухарке сдала, когда они херес на кухне воровать стали. Вот только я не сдавала. Да, я знала, что они воруют, но кухарка сама их за руку поймала, когда в очередной раз в кладовую полезли… а я всё равно крайняя осталась. Просто потому, что не нравлюсь им. Теперь они и на тебя зуб точить будут… лучше тебе им на глаза не попадаться, уж я-то знаю.
– Да? – Фыркнул Арвольд, неожиданно даже для себя оскорбившись тому, что эта мелкая может считать его недостаточно сильным, чтобы за себя постоять перед тройкой белобрысых увальней. – И что же они мне сделают? Слезами зальют или соплями забрызгают?
– Отцу пожалуются. – Одним махом срезала всю его напускную браваду девочка. – Если ты не знал, Маркус Грэйн – один из советников короля. Что ты сделаешь, если ему вздумается руки тебе отрубить? Слезами его зальёшь и соплями забрызгаешь?
Юноша недовольно поджал губы и, переложив ножны с мечом себе на колени, принялся нервно щёлкать пальцем по навершию.
Девчонка устало вздохнула.
– В общем, спасибо тебе, что помог. Но не стоило.
Внезапно и потому совершенно для Арвольда неожиданно, она подтянулась к нему и громко чмокнула в щеку, оставив на ней не беспечный детский поцелуй, а самый настоящий ожог. Скорее от испуга, чем осознанно, он схватил её за левую руку и крепко сжал, заставив девчонку громко взвизгнуть.
 
– Ай! Ай-яй! Что ты сделал?!
Юноша тут же разжал пальцы и с ужасом уставился на девочку, испуганно прижавшую к себе запястье. На нём, повторяя рисунок её тонких вен вверх, под кожей, зазмеилось золотистое сияние.
Девчонка вскочила на ноги, смотря на свою руку с таким ужасом, словно её туда только что цапнула самая ядовитая в мире змея. Но вот сияние погасло и на хрупком запястье девочки, тлея, словно уголь до утра доживший в костровище, осталась едва заметная отметина. Словно выцветшая татуировка или странное, почти бесцветное родимое пятно.
– Что случилось? – Дрожа и голосом, и телом, переспросил Арвольд. – Дай посмотреть…
Девчонка же отшатнулась от него, как от открытого пламени.
– Нет! Это ты мне скажи, что это было?!
– Я не… да не знаю я!
Юноша нахмурился, почувствовав особенно острый прилив раздражения из-за её упрямства. Ну как он мог понять, что сделал, если она даже отказывается показать ему руку!
– А-ну иди сюда…
Он, сделав резкий выпад, приобнял её за шею, взяв по-сути в самый простой захват, и заставил показать отметину. Разумеется, девчонка не пожелала просто так смириться с поражением – тут же начала вырываться и царапаться.
– Отстань! Отстань, говорю! Я кричать буду!
Тогда юноша сжал свою руку на ее шее чуть сильнее, словно угрожая придушить.
– Да хватит уже, я просто посмотрю!
И только после этого девчонка, наконец, притихла. Свирепо сопя ему в сгиб локтя, она недовольно поинтересовалась.
– Ну? И на что похоже?
– Понятия не имею…
В тон ей пробурчал Арвольд, пытаясь разглядеть пятно на её руке, вертя ту и так и сяк, а у самого аж дыхание перехватило от чудного запаха, исходившего от её волос. Кажется, тёмные шелковые локоны пахли ирисами… а может быть и ландышами… кто ж знает, сколько в мире ещё цветов с похожими ароматами! В цветах он совершенно не разбирался…
– А я имею понятие! Очень похоже на то, что ты только что пытался меня убить. Стой, а если так… – Она чуть развернула своё запястье, заставив рисунок обрести смутно, но узнаваемые очертания. – Наверно похоже на след от лапы какого-то животного. Медведя?
Арвольд отрицательно фыркнул, продолжая прижимать к себе девчонку, хоть в том и не было уже никакой необходимости.
– У медведя пять пальцев… а здесь три и один противостоящий. Да и форма какая-то странная, когти длинные, подушечки вытянутые. Не знаю, что за зверь оставляет такие следы.
– Но ты должен знать!
Возмутилась она и закрутилась в его руках, заставив парня нехотя выпустить её на свободу. Встав напротив, вредная девчонка наморщила нос и строго, даже требовательно посмотрела на него снизу вверх.
– Это же ты сделал… ты что, какой-то колдун?
Юноша криво усмехнулся и сложил руки на груди. Пожалуй, в чём в чём, а в колдовстве его точно ещё никогда не обвиняли.
– Мелкая, глупости не говори.
– Ну а что я должна думать? И как мне это теперь убрать? Если кто увидит… мало ли что подумают.
Девчонка разом как-то совсем сникла. Плечи её опустились, а взгляд стал совсем грустным, заставив юношу почувствовать острый укол совести.
– Слушай, – примирительно буркнул он, положив ей руку на хрупкое плечико, но та недовольно отмахнулась, – Ладно… я не знаю, что это, но я знаю у кого спросить. Там, где я остановился, в соседнем квартале целая улица лекарей и всяких кудесников. Уж кто-нибудь из них должен что-то знать о таком.Только… только мне нужно время, понимаешь? Давай встретимся здесь завтра? Например, после полудня.
Девочка подняла на него свой искристый взгляд и Арвольд почувствовал, как его холодом прошибло оттого, что глаза были у неё, что называется, на мокром месте. Отчего-то ему сразу стало так отвратительно, слякотно внутри, что захотелось побежать в горы, сбивать себе кулаки в кровь об камни или вернуться в амбар к тем белобрысым идиотам, чтобы ещё раз отходить каждого по бокам, за то, что тоже когда-то были причиной её слёз. Ведь точно же были! С таких гадов станется…