Начало (СИ)

– Веромир. – Я пожал ему руку.
– А ты из какого рода?
Я только сейчас заметил, что мой собеседник даже и не пытался обращаться ко мне на «вы», да и, на мой взгляд, вел себя очень фамильярно. Но я тоже парень демократичный, поэтому в отличие от некоторых чванливых аристократов не обращаю внимания на такие мелочи.
– Бельский, – не стал скрывать свою принадлежность к столь печально известному роду.
– Как интересно! – с любопытством посмотрел на меня парнишка.
– Ничего интересного. А ты из какого рода?
– Я? – подвис парнишка.
– Забыл, что ли? – рассмеялся я.
– Нет, не забыл. Из Шуйских я. Иван Шуйский.
Я внимательно посмотрел на него. Мне было известно только одно: род Шуйских был очень близок к правящим Рюриковичам. Даже ближе, чем Годуновы.
– Бельский… Бельский… – тем временем вспоминал парнишка. – А, война между Бельскими и Годуновыми была! Но вроде весь род уничтожили.
– Я пока жив. – Тон мой был ехидным и издевательским. – Или ты тут зомби где-то видишь?
– Нет, не вижу, – покачал он головой. – Ты извини, если обидел.
Ого, он извиняться умеет! Очень редкое качество для нынешней аристократии!
– Да ладно, чего там! – махнул я рукой.
Мы разговорились. На самом деле Ваня мне понравился – открытый простой парень. Нет, он, конечно, мог его только изображать, но мне почему-то казалось, что парень не играл, а был искренен. Если бы все такие аристократы были! Встреть я его на улице, не сказал бы никогда, что он принадлежит к одному из десяти самых знатных родов России. А когда выяснилось, что он еще и играет в «Мифы и легенды»…
– Месяц уже играю! – похвастался он. – Седьмой уровень сейчас. А ты сколько играешь?
– Полторы недели, – признался я.
– И какой уровень?
– Девятый.
– За полторы недели?! Девятый уровень?! – Парень, открыв рот, уставился на меня. – Ну ты и даешь! Это очень круто! А ты где в игре находишься? В какой области?
– На Крите вроде… – Названия деревни я решил не озвучивать. Все-таки единственный сейчас там девятый уровень среди игроков – я. Сразу вычислить можно. – Ой, я там же появлялся! А я сейчас в Кноссе. А перебирайся ко мне, вместе зажигать будем!
М-да… странно. Почему это он практически с первым встречным так общается?
– Я, в принципе, собирался, – тем не менее осторожно сообщил ему свои уже практически оформившиеся планы в игре, – так что, да, возможно приду.
– У тебя какой ник? У меня – Геракл. Я себе его специально бронировал до начала игры.
– Ого! – Я уважительно посмотрел на собеседника. – А так можно?
– Можно, если знать, к кому обращаться.
– Логично.
Интересно, сколько же надо заплатить, чтобы такое имя забронировать?
– А тебя-то как в игре зовут?
– Подожди. – До меня наконец дошло. – А чего ты так своим ником разбрасываешься? – Теперь я уже включил свою паранойю на полную, вспомнив рассказ Стока. – Насколько я понимаю, вообще народ старается не афишировать реальных людей, стоящих за никами. Особенно в Дворянской академии…
– Ты вот о чем! – улыбнулся мой собеседник. – Это, наверно, правильно для кого-то, но не для меня. Скрывать свое имя я не привык.
– Хм… – Я с интересом посмотрел на него. Какой-то неаристократический аристократ этот Шуйский!
– В общем, меня в игре зовут Гераклом, как ты уже знаешь. Приходи в Кносс. Захочешь – найди меня. По крайней мере, тайну твоего имени в игре я не выдам. – Он вдруг как-то странно посмотрел на меня. – А хочешь, поклянусь, что не выдам? Магической клятвой? Вон у тебя перстень есть.
Вот тут я реально подвис. Мне было прекрасно известно, что такое магическая клятва. Определённый, очень простой магический ритуал, который создавал связь между тем, кто давал клятву, и тем, кому ее приносили. Он совершался при помощи родового перстня главы клана, и нарушить его было весьма чревато… Особенно если клятва формулировалась конкретно касаемо какого-то события… Не знаю, как там все работало, но можно было получить родовое проклятие, снять которое потом было невозможно. Поэтому такими вещами обычно пользовались в серьезных случаях. Но давать подобную клятву просто, чтобы узнать мое имя…
 
– И ты готов принести подобную клятву, только чтобы узнать мое имя в игре?
– Да! – твердо ответил парень.
М-да… Я, наверно, чего-то не понимаю. Вроде Шуйские – род, за которым экстравагантных поступков его членов не наблюдалось. Тут и у меня взыграло любопытство. А я-то чего теряю? Если хочет, пусть принесет!
– Хорошо, приноси клятву! – ответил я.
– Отлично! – Он не моргнул глазом.
– Я, Иван Шуйский, клянусь Веромиру Бельскому в том, что никто не узнает его имени в игре «Мифы и легенды» без его на то позволения.
Он протянул мне руку, и я ее пожал. Перстень нагрелся, и около наших ладоней появилось легкое прозрачное облако, и я почувствовал слабое покалывание. После этого все исчезло. Все правильно…
– Ну вот… так как тебя в игре-то кличут?
– Вергилий, – ответил я.
– Теперь в игре спишемся. Просто через игровую почту отправь письмо мне.
– Хорошо… но зачем? Зачем клятва, зачем тебе я в игре? – вырвалось у меня.
– Люблю адекватных людей, – улыбнулся мой собеседник. – В игре их очень мало.
– То есть ты меня считаешь адекватным? Веромира Бельского? – скептически уточнил я.
– Да, считаю адекватным Веромира Бельского, единственного наследника этого рода! – заявил он, не сводя с меня глаз.
– Да… удивил… Но я рад, что среди аристократов такие, как ты, попадаются, – признался я.
– Я сам этому рад! – фыркнул парень.
Тут у него завибрировал телефон.
– Да. Ага. Идем.
– Пошли, там опять Адашев появился.
Мы вернулись на площадь и в этот раз попали во второй список. Кстати, те, кто прошел первыми, назад на площадь не вернулись, видимо, их отправили через другой вход, чтобы не мешали. Когда наша толпа зашла в корпус, то нас сразу провели по широким коридорам в небольшой зал-аудиторию, где рассадили за столы, расположенные полукругом перед небольшой кафедрой, на которой в массивной подставке стоял некрупный прозрачной кристалл шаровидной формы.
Мы с Иваном, не сговариваясь, сели вместе за этими импровизированными партами. А в центре стояла кафедра. Адашев передал списки высокой, худой, как жердь, коротко подстриженной блондинке средних лет, одетой в брючный костюм. Она положила их на стол, стоявший рядом с кафедрой, и, пригладив короткие волосы, пристально посмотрела на нас сквозь очки в толстой роговой оправе.
– Меня зовут Марфа Ивановна Татищева. Я – преподаватель обшей магии. Сейчас мы определим ваши магические способности. Тот, чью фамилию я назову, должен спуститься ко мне и положить руку на кристалл. Итак, начнем.
Она начала по очереди вызывать будущих студентов, и те, спускаясь, клали руку на кристалл. Ничего не происходило, кристалл лишь светлел, и после этого преподаватель отмечала что-то на планшете. Все шло довольно быстро, но вот когда вызвали моего соседа, и он спустился вниз, положив руку на кристалл, мне вдруг показалось, что Марфа Ивановна… как-то напряглась, что ли. Странно. Сам Иван спокойно подержал руку положенное время и, дождавшись разрешения преподавательницы, вернулся на место. Показалось, наверно.
– Веромир Бельский!
Я встал и спустился вниз к кристаллу, игнорируя любопытные взгляды. Да уж, чувствую, внимание ко мне будет явно повышено. Эх, мама, мама! Ты этого хотела?
Я подошёл к кристаллу и положил на него руку. Легкое покалывание – вот и все, что я ощутил. Но, посмотрев на преподавателя, удивился. На ее лице появилось удивление. Правда, это длилось недолго, практически сразу ее лицо вновь стало спокойным, но по аудитории пробежали шепотки. Интересно!
– Можете идти, – сообщила мне женщина, и я вернулся на свое место. Теперь любопытных взглядов стало куда больше.
– Ух, ты! – шепнул мне Шуйский, когда я сел рядом с ним. – Чем это ты так Железную Марфу удивил?