Драконы любят погорячее (СИ)
С безмолвным упреком взираю на крупного мужчину с поникшими плечами, у которого от былой наглости не осталось и следа. Он опустил глаза и пристыженно молчит. Сжимает-разжимает огромные кулаки-кувалды. Не надо долго гадать, кого он мечтает придушить своими пальцами.
- Раны Арианы достаточно зажили, чтобы ты уехал, - вдруг произносит Харальд. - Сам видишь. Другого выхода нет. Когда будешь готовиться, бери самое необходимое. На сборы даю тебе время до рассвета.
Младший Вейзер молчит, только пару раз поднимает глаза и с мрачной ненавистью буравит брата. Наконец, говорит:
- Ана поедет со мной. Не думай, что сможешь так просто нас разлучить!
Хочется замотать головой и закричать во весь голос: «Хватит говорить обо мне в третьем лице, будто я вещь! Спроси меня, наконец, брутал чертов, чего я хочу!»
Всеми нервными окончаниями ощущаю, как зашкаливает напряжение. Каждый из мужчин будто тротилом набит под завязку. Если сдетонирую неверным словом, то будет взрыв.
Поэтому я молчу, доверяя инстинктам.
- Ариана не поедет в Межгорию, - тихо, почти ласково говорит Харальд. - И ты знаешь, по какой причине.
- Так и ты знаешь, - нагло хмыкает Младший, - что я в состоянии устранить эту причину. Дело двух секунд.
- Попробуй, - напряжения в голосе Харальда становится еще больше, - и ты не проживешь после этого дольше секунды.
Я не понимаю, о чем они говорят. Голова идет кругом от предположений.
Может, в этой Межгории есть курорт или лагерь, куда принимают только одиночек или семейные пары после консумации брака? Может, Ринхар эту причину хотел устранить? А Харальд видит, что я не готова, и поэтому угрожает?
Но разве мог муженек называть первую близость со мной делом двух секунд? Он ведь строит из себя донжуана, мачо, а тут «дело двух секунд»?!
И Харальд отнюдь не шутил, когда говорил, что через секунду убьет Ринхара, если тот осмелится на «дело двух секунд».
Сама себе мотаю головой.
Что-то не сходится в этих трех секундах.
Как бы то ни было, я готова выпрыгнуть из чертовой кареты и идти всю дорогу до замка пешком. И плевать на медведей гризли, и на оборотней универсалов! Лишь бы не ехать с этими двумя в замкнутом пространстве. Лишь бы перестали решать мою судьбу, моим мнением не интересуясь!
У меня все-таки не получается удержать еле слышный стон.
Будь моя воля, умчалась бы от этих Вейзеров на другой конец света и жила бы там до конца своих дней.
После сурового братского диалога оба собеседника молчат, лишь время от времени отстреливая друг друга глазами. Так что дальнейшую часть дороги мы проводим в молчании. Мужчины словно негласно договорились отложить выяснение отношений до возвращения в замок.
Пусть выясняют.
Главное, от меня подальше!
Глава 44
Выскочив из кареты, я взлетаю по ступенькам и на своем пролете замираю, а вот Харальд, судя по звучанию его шагов, отправляется в комнату Ринхара, чтобы закончить начатый разговор.
Не успеваю даже дойти до кровати, как раздается стук. Жалко, в этом мире не встраивают в дверь глазки, а спрашивать: «Кто там?» почему-то считается невежливым. Если это Ринхар, я бы не хотела его впускать, пока не разгадана тайна двух секунд...
- Госпожа! - вслед за очередным стуком слышится жизнерадостный голос Тины. - Открывайте скорей!
Голос девушки меня успокаивает, и я широко распахиваю дверь. Улыбчивая щебетунья приглашает меня поужинать в кухне. Говорит, блюд сегодня много, а моих предпочтений она не знает. Лучше мне самой подойти, чтобы выбрать на свое усмотрение.
Я ужасно голодна, но обещаю служанке спуститься чуть позже, когда немного отдохну. Про то, как именно собираюсь отдыхать, умалчиваю.
После ее ухода, вынимаю из вещмешка слухач, вставляю в ухо. Приземляюсь на шкуру и, как только настраиваю артефакт на комнату этажом ниже, мне в ухо бросается чуть ли сто децибел вибрирующим голосом Харальда:
- ...она могла погибнуть, Ринх. Все. Доигрался! Ты пересек точку невозврата.
- Винишь меня, что оставил ее с немощным стариком, а сам взял ее на встречу с универсалом! Она была на волосок от смерти. Ты тогда думал об Ане хоть чуть-чуть или вообще на нее было плевать?
От подобных слов внутри поднимается буря протеста. Эгоист чертов! Он хоть когда-нибудь берет ответственность за свои ошибки? Или только отмахивается от последствий и переводит стрелки?
- В тот раз я должен был защитить людей, за которых в ответе, - чеканит Харальд. - А ты решил отомстить за свое покоцанное эго, когда запер ее наедине с похотливым саурийцем!
- Говори, что хочешь, - бурчит Ринхар. - Я не оставлю свою пару! Если ей грозит что-то, то не от меня! Во время поездки я ощутил враждебные вибрации от другого...
- Ты забываешься, Младший.
- Думаешь, я не догадываюсь о твоих планах? Считаешь, ее можно у меня отобрать, что я позволю? - интонации набухают злостью также стремительно, как спорткар набирает скорость.
- Остановись, - в голове Харальда звенит сталь, но Остапа, похоже, понесло.
- Ты отобрал у меня замок, статус лорда. Даже людской почет забрал себе. А теперь хочешь отнять жену…
- Заткнись, олух, пока у тебя не отняли право выбора, - рычит старший Вейзер.
- …Или Ана поедет со мной, и ты знаешь, что я для этого сделаю! Или я…
На слове «я» фраза вдруг прерывается, и наступает тишина. Хотя тишиной это рваное, хриплое дыхание нельзя не назвать при всем желании.
Мамочки, что там творится?!
Вот бы хоть одним глазком туда сунуться!
- Ты уезжаешь завтра. На рассвете, - выговаривает старший Вейзер, в то время, как младший оглушительно молчит. - Прощаться не приду. Буду отслеживать твои успехи через Вальдемара. Завалишь хоть одно испытание за два года — Арианы тебе не видать. По большому счету ты ее не заслужил, дурень дубоголовый, но если добьешься успеха в Межгории, у тебя будет шанс попытать с ней счастье. Дело за тобой.
Напрасно стараюсь подавить подступающее к горлу возмущение. Я думала, что уже приняла, пережила, и забыла, а все равно «щедрость» Харальда, когда он «уступает» меня брату, каждый раз будто ножом по сердцу полосует...
Хотя в данный момент меня злят оба Вейзера, из головы никак не выходит странность. Драки не было. Почему Ринхар замолчал на самом пике конфликта?
Будто ему рот залепили.
Слышится хлопок закрываемой двери. Затем удар, словно на пол шмякнулось что-то тяжелое. Усиленно вслушиваюсь в происходящее, но никаких звуков больше не раздается, будто человек упал замертво на пол и застыл.
Я уверена, что младший Вейзер жив, не стал бы Харальд убивать брата, и тем более разговаривать с трупом. Но почему тогда наглец молчит и не двигается? Может, старшему известно какое-то парализующее заклинание?
Чем больше думаю, тем сильнее в этом убеждаюсь.
Ринхар бы никогда не замолчал на полуслове. Не такой он человек, чтобы умолкнуть, когда внутри все кипит.
Я всегда была любознательной от природы, а сейчас меня аж в узел скручивает от желания разобраться! Ведь речь идет о моем муже! Если его можно парализовать или загипнотизировать каким-то заклинанием, то я просто обязана узнать подробности!
Конечно, вряд ли опекунская печать мне позволит сильно вредить мужу, но чем черт не шутит… Вдруг получится найти рычажок воздействия?
У меня опять бурлит в животе от голода, но вместо того, чтобы ринуться на кухню, я направляюсь в комнату этажом ниже. Скорее всего, Харальд не закрыл дверь, - не слышала, чтобы он поворачивал ключ — а значит, я смогу зайти внутрь и проверить, в каком состоянии находится муженек.
Если он вдруг не валяется на полу, а вполне себе жизнеспособен, то изображу дурочку. Скажу, что искала Тину и перепутала коридор.
Спускаюсь на один пролет. Не успеваю дойти на цыпочках до нужной комнаты, как за моей спиной раздается шорох и сразу же звучит голос сегодняшнего возницы:
- Госпожа Охотница!