Королевство Бездуш. Lastfata
Эш смотрел на меня, когда говорил все это. Я сглотнула, пытаясь увлажнить пересохшее горло. То, о чем я даже думать боялась, прозвучало. Мой скачущий потенциал, странные совпадения, то, что Вандерфилд не смог стереть мои воспоминания, и одна на двоих тайная аудитория… Я ведь ощущала связь между нами. И он тоже.
– То есть я даже не случайник? Ко мне просто каким-то образом перетекает твой потенциал. Ведь так? – потерянно произнесла я. Святой Фердион! А ведь я уже нафантазировала неизвестного мне предка-заклинателя! И почти поверила в свою фантазию. Хотя здравый смысл подсказывал: окажись в родословной Аддерли такой человек, разве не передавали бы память о нем как драгоценность? В мире, где чары – основа всего, никто не забывает заклинателей.
Я не избранная. Я все-таки пустышка.
– Давно ты поняла?
– Я не была уверена, – тихо ответила я. – Но мой уровень несколько раз менялся, а это ведь невозможно. Я искала сведения о случайниках и… обнаружила кое-что о копье судьбы. А дальше… сопоставила факты.
Я решила умолчать, что о lastfata изначально просто подслушала. Пожалуй, этого преподавателям знать не стоит.
– Но сведений об этом явлении практически нет.
Вандерфилд рядом со мной недовольно ударил ладонью по подлокотнику кресла.
– Вы знали! Знали и молчали!
– Эш, все не так просто, – вздохнула Аделия.
– Мне плевать на причины! Как остановить эту проклятую передачу чар?
– Никак.
В наступившей тишине слово прозвучало как удар хлыста.
Я не смела посмотреть на Эша. Ни на кого. Потому что ощущала себя воровкой. Словно взяла чужое. То, что мне не принадлежит.
– Если есть какой-то способ, я готова, – с преувеличенным интересом рассматривая свои ладони, пробормотала я. – Мне чужое не нужно.
– К сожалению, мы не знаем, как это остановить, – Аодхэн поднялся и отошел к окну. – Случаев подобной передачи слишком мало. Кто столкнулся с таким явлением, предпочитал молчать. Копье всегда связывает заклинателя с высоким потенциалом и лицо чаро-не-одаренное. Проще говоря, пустышку. О копье нет записей или сведений. И мы с госпожой Аделией знаем о lastfata лишь по той причине, что видели его проявление своими глазами.
– Камелия Янсон, – процедил Эш.
Я кивнула. Похоже, мы с Вандерфилдом шли по одному пути. Каждый сам, но к выводам пришли почти одинаковым.
– Да, – бесцветно произнес Аодхэн. – Мы учились на последнем курсе Академии, когда это случилось. Случай похож на ваш. Парень спас девушку.
– И заодно поделился своим ресурсом, – процедил Эш. – Вы знаете, из-за чего происходят скачки?
Аделия развела руками.
– Из-за всего, Эш. Любое ваше взаимодействие приводит к изменению баланса. При более… близком контакте скачки становятся интенсивнее. Проще говоря, когда вы лишь думаете друг о друге, потенциал меняется незначительно. Но если дотронетесь, то чары в вашей крови могут измениться кардинально. И никто не знает, в какую сторону. В этом и состоит опасность lastfata. Копье действует непредсказуемо.
– Святые праведники, – прошептала я, хватаясь за голову. – Но я не хочу… так! Я не хочу!
Вандерфилд молчал. На его бледном лице застыло отрешенное и сосредоточенное выражение.
– Единственный вариант для вас – не взаимодействовать, – повернулся к нам Аодхэн. – Насколько я вижу, ваш уровень сейчас примерно равен, но давайте проверим.
Он вытащил из ящика стола два чаронометра.
– Сложность в том, что ваши потенциалы могут измениться в одно мгновение. Любая эмоция, направленная друг на друга, качает маятник, понимаете? Поэтому точно установить наличие копья возможно лишь при одновременном измерении ваших потенциалов. Промедление даже в несколько секунд способно изменить результат. Закатайте рукава, пожалуйста.
Мы подчинились, не глядя друг на друга.
– У тебя, Эш, было 99 единиц.
Сколько? Я изумленно моргнула. Боги… Да он не просто черный сектор! У парня был максимально возможный резерв! Он был лучшим! Что же я наделала…
– Снова изменение, – тихо произнес Аодхэн, глянув на меня. – Приложите измерители к руке.
Серебристый кругляш неприятно охладил кожу. Черная стрелка дрогнула и перепрыгнула с нуля на цифру 52. Я открыла рот.
– Сколько? Вот это да…
– У Тины 52, у Эша 47. В сумме 99 единиц.
Вандерфилд скрипнул зубами, и я сникла. Это не мои единицы. Это все его. А я просто воровка, вытягивающая из него потенциал.
От горечи стало нечем дышать. А ведь я так хотела учиться! Так радовалась поступлению в ВСА! Планировала будущее, в котором стану уважаемой заклинательницей, заработаю синов и обеспечу тете и дяде достойную жизнь.
А все оказалось обманом.
Я даже не случайник. Я пустой сосуд, в который перетекает чужая магия. И нет здесь моего достижения. Даже предка заклинателя нет. Род Аддерли всегда был самым обычным, и не было в нем никаких чар. Мы жили в Котловине из поколения в поколение и не имели никакого отношения к заклинателям. Я зря поверила в чудо.
– Мне жаль, – ни на кого не глядя, произнесла я. Потом подняла голову, посмотрела на Эша. – Мне очень жаль.
– Помолчи, – сквозь зубы произнес он. Потер переносицу, словно у него нестерпимо болела голова. Потом выпрямился и повернулся к притихшим преподавателям. – До каких значений может колебаться потенциал? Сейчас пополам… Это худший вариант?
– Нет, – сухо уронил Аодхэн.
– То есть… у меня может оказаться желтый сектор?
– У тебя может оказаться ноль, Эш, – с жалостью ответила Аделия. – Прости, я знаю, что это звучит ужасно.
– Я имею все основания считать, что при достижении одним сосудом, то есть одним из вас, нуля, передача остановится, – бесстрастно объявил профессор разрушения. – Ноль стабилизирует тело, и lastfata исчезнет.
Я опустила голову. То есть стоит одному из нас стать пустышкой, и все закончится, lastfata испарится. И такой скачок потенциала может случиться от любого прикосновения или поцелуя. Я-то не боюсь снова стать обычной девчонкой с окраины, а вот Эш… Для него это будет равносильно падению в бездну. И, увы, никто не способен предсказать, к кому из нас перетекут чары.
Эш сжал подлокотник кресла до белизны в костяшках. Я не смотрела ему в лицо, но вот это движение красноречиво поведало о том, что сейчас чувствует наследник Вандерфилдов.
– Есть еще кое-что, – осторожно сказала Аделия. – Есть основание полагать… Ну, то есть… Мы думаем, что носители копья судьбы сильно отличаются от обычных заклинателей. И то, что сегодня произошло с загоревшейся бумагой, скорее всего, тоже дело рук одного из вас. Вероятно, это действительно сделала Тина.
– Но как?
– Мы не знаем, как это происходит, – недовольно произнес Аодхэн. – Я уже говорил, что действие копья непредсказуемо! Оно меняет носителей и обладает неизученными свойствами создания и разрушения. Увы, у нас слишком мало данных. Но с этого дня вы оба под моим личным контролем. Держите язык за зубами, а о каждом странном или просто непонятном случае сообщайте незамедлительно. Ясно?
Я неуверенно кивнула.
Эш откинулся на спинку стула, его лицо ничего не выражало, словно здесь обсуждалось не самое главное в его жизни, а нечто обыденное. И я даже восхитилась его выдержкой. Потому что сама то краснела, то бледнела, не зная, куда деть руки и взгляд. Было горько. Хотелось расплакаться, хотя я никогда не отличалась плаксивостью.
И еще мне необходимо было остаться одной. Хоть на пару минут! Поднялась, стараясь выглядеть достойно.
– Простите… мне надо выйти.
В тишине прошагала к двери и вылетела в коридор.
Меня никто не остановил. Тяжело дыша, я прислонилась к створке. Несколько раз зажмурилась до белых мушек в глазах. Выдохнула.
И услышала, как в кабинете ректора прозвучал бесстрастный голос Эша.
– Что еще вы знаете?
– Общие чары позволят вам всегда находить друг друга. Вы словно связаны одной нитью. Возможно, появится желание трогать вещи своего… м-м… партнера или находиться рядом. Как ты понимаешь, этого стоит избегать.