Моё (не)летучее счастье (СИ)

- Узнала, - удовлетворённо скрипнул дух дома. – Ну что, будешь его и дальше бояться али всё же попытаешься договориться? Уж можешь мне поверить, Арион драконами не питается, он к самоедству не склонен.
- Господи, какая же я дура, - простонала Риола и тут же подскочила, словно ей под хвост рдеющих углей насыпали. – Я сейчас, я быстро!
Девушка вылетела из комнаты с такой поспешностью, что не заметила проявившегося в зеркале призрака с пылающими мрачным огнём глазами и перекошенным от бешенства лицом. Олзерскан потрясал кулаками, с ненавистью глядя вслед драконессе:
- Проклятое порождение тьмы, решила сбить с пути истинного моего наследника? Не выйдет, я доберусь до тебя раньше, чем…
- Уймись, - пророкотал дух дома, но призрака было не остановить. Зеркало пошло мелкими трещинами и взорвалось, засыпав всё вокруг острым блестящим крошевом, а вырвавшийся на свободу Олзерскан вылетел следом за Риолой, на ходу бормоча заклятие, от которого плесень и паутина начинали ползти по стенам. Дух дома попытался было остановить беспокойного призрака, но оказался спутан тонкой ловчей сетью и втянут в стену, чтобы не мешался и не смел бунтовать против и при жизни-то не терпевшего возражений ала Олзерскана.
  
Глава 5
 
Риола, как и все представители драконьего племени, была импульсивна и обидчива, но при этом умела признавать собственные ошибки, а потому совершенно искренне намеревалась попросить прощения у Охотника за все те гадости, в которых его подозревала. Драконесса не привыкла откладывать задуманное, а потому, выскочив из комнаты, сразу же направилась к Ариону, в глубине души надеясь, что в кои-то веки раз застанет его одетым. В конце концов не ходит же он дома постоянно голышом!
«А это было бы неплохо, - плотоядно усмехнулась драконья сущность, заставив Риолу от неожиданности споткнуться и покраснеть так, что даже уши и шея запылали, - у него такое тело, м-м-м! Жаль, что он нелетучий, я бы не отказалась подняться с ним в небо».
- Перестань, - прошипела пунцовая, точно степной мак, Риола, сжимая кулачки.
Ну вот, докатилась, уже сама с собой разговаривает, более того, спорит! В памяти тут же всплыла рассказанная Розмарин шутка: «Говорила сама с собой, поссорились, молчим, дуемся друг на друга». Риола досадливо фыркнула, тряхнула головой, прогоняя размышления, для приличной драконессы неподобающие и даже небезопасные, и вознамерилась продолжить путь, как за спиной раздался полный ледяной злобы голос:
- Убирайся, порождение тьмы!
Девушка вздрогнула, испуганно оглянулась, но коридор был пуст, лишь между лопаток засвербело от чьего-то пристального безжалостного взгляда.
- Кто… - хрипло выдохнула драконесса и поморщилась, до того тонко и дрожаще прозвучал голос, тщательно откашлялась и спросила твёрже. – Кто здесь?
По совершенно пустому коридору прокатился глухой лающий смех, больше похожий на клёкот хищной птицы:
- Боишься меня, чешуйчатая мерзость? И правильно делаешь!
«При всём моём уважении к Ариону и его родителям, но Охотник из него так себе, - подумала Риола, тщательно подавляя нарастающую панику, - не смог почувствовать призрака, а ведь он есть. Более того, весьма агрессивен!»
Драконесса сглотнула горькую от страха слюну, опять откашлялась и спросила негромко, чтобы ненароком не сорваться на испуганный визг:
- Что вам от меня нужно?
По ногам девушки скользнул ледяной ветерок, невидимая холодная ладонь на миг коснулась щеки:
- Да как тебе сказать, дракониха… Мне нужно… твоё тело, чтобы я смог возродиться для новой жизни.
Риола вскрикнула и отпрянула в сторону, но ледяные руки призрака с силой сжались на её горле, перекрывая доступ воздуха. Драконесса захрипела, пытаясь частично трансформироваться, и тут же оказалась сдавлена, словно стальными кольцами, чужой магией, ядом разливающейся по жилам и подчиняющей чужой воле.
- Не брыкайся, девочка, - шипел над ухом призрак, - смирись, ты обречена.
Драконесса опять захрипела, чувствуя, что её куда-то тащат, и из последних сил пытаясь сопротивляться.
 
- Какая сильная дракониха, - в голосе призрака прозвучало что-то отдалённо похожее не восхищение, - это хорошо, мне будет уютно в твоём теле. Давай, шевели ногами, мы почти пришли.
Звон разбитого стекла смешался с грохотом крови в висках и яростным визгом неупокойника, резанувшим словно бритвой по ушам:
- Не-е-е-т!!!
Ледяная ладонь, сжимающая горло, исчезла, Риола кулем осела на пол, судорожно кашляя и пытаясь унять бегущие по щекам слёзы. На плечи драконессе опустилось что-то мягкое и тёплое, мягкая ладошка бережно отвела упавшие на лицо волосы, нежный девичий голосок успокаивающе проворковал:
- Не бойся, всё позади.
Риола вскинула глаза и сквозь радужную плёнку слёз разглядела худенькую темноволосую девушку. Поймав взгляд драконессы, девчушка широко улыбнулась и приветливо махнула рукой:
- Ну как ты?
Риола потёрла горло, ответила коротко и сипло, на пространные речи не было сил:
- Нормально.
- Самое главное – жива, всё остальное пройдёт со временем. - авторитетно заявила незнакомка, - Встать сможешь?
Драконесса вяло покачала головой.
- Ты права, зачем делать лишние телодвижения, если рядом есть большой и сильный мужчина, готовый взять на руки, - девушка повернулась и крикнула так, что у Риолы даже уши заложило, - Арион!
- Не ори, я здесь, - отозвался Охотник.
- Девочку нужно срочно в тепло, у неё шок, посмотри, как трясёт, - не терпящим возражений тоном приказала незнакомка.
Арион фыркнул:
- Мелкая, а ты не сильно обнаглела? У нас вообще-то рабство отменили.
- Кто бы говорил, - не осталась в долгу девчушка, - а то я не видела на груди у этой бедолаги знака подчинения Охотнику!
- Эта, как ты выразилась, бедолага постоянно вламывалась ко мне без стука, я даже штаны натягивать не успевал.
- Ма-а-аленькая, - сочувственно протянула незнакомка и погладила Риолу по плечу, - мало того, что призрак нападает, так ещё и братец тебя совсем не бережёт!
- Мелкая! – прицыкнул Арион, но девице его рычание было как троллю касание пушинок, даже бровью не повела, лишь повторила укоризненно:
- Девочку в тепло отнеси, видишь, её всю трясёт, бедолагу.
Риола хотела сказать, что всё хорошо, и она совершенно точно может ходить, но стоило Ариону подхватить её на руки, как вся напускная бравада выветрилась, точно и не было никогда. Драконесса всхлипнула и уткнулась парню в шею, наплевав на то, что гордые Дети неба не показывают своей слабости чужакам, тем более Охотникам, что слезами горю не поможешь, и прочие впитанные с материнским пламенем правила, сейчас кажущиеся бесполезными, словно сухая листва.
- Мрак, ну нашла время сырость разводить, - возмутился Охотник и, тем не менее, не бросил, прижал к себе, баюкая, точно маленькую девочку.
- Братец, я всегда знала, что ты прирождённый нянь, - съехидничала так и не соизволившая назвать себя незнакомка.
Предостерегающее рычание смутило Риолу, заставив вздрогнуть и отстраниться, чуть не свалившись с рук, но отнюдь не ту, на кого оно было направлено. Видимо, девушка относилась к особам, которые искренне считают себя абсолютно неуязвимыми для любых бедствий, какие бы ни происходили вокруг. И вообще, отношения Охотника и драконессы заставили Риолу в очередной раз усомниться в справедливости того, что ей внушали с младых чешуек. Мудрейшие говорили как? Что Охотник – машина для убийства, не знающая ни жалости, ни каких-либо иных чувств, что встретив дракона, а особенно драконессу, в нём пробуждается неукротимое желание убивать, и он не сойдёт со следа до тех пор, пока не омоет свои руки в крови жертвы. На практике же оказалось, что Охотники ещё как способны злиться, обижаться, они испытывают боль, и вообще те ещё ехидны, у них на языке самый настоящий осиный рой. И взаимоотношения с драконами у них не так просты… Или, может, всё дело в том, что Арион – Охотник лишь наполовину? Но о таким Мудрейшие вообще ни разу не упоминали… Не знали или специально не говорили, чтобы растравлять вражду? Но зачем им это?