Я у мамы зельевар. Книга 1

Слов для ответа не нашлось. Я снова взяла кружку. В конце концов, мужское плечо (ну и остальные части тела) – вещь в хозяйстве крайне полезная. Другое дело, что нужно выбирать с умом. А учитывая, что ассортимент оставляет желать лучшего… уж лучше куплю новый казанок! В нём, по крайней мере, можно сварить что-то вкусное, а с неподходящим мужчиной что сделаешь? Вот-вот.
– Слушай, Ядвига, – внезапно протянул Муррис, – а если Орбас того… отправился в Потусторонь? Ведь мы знаем, что листики не могут туда пробиться.
Потусторонь – мир, куда отправляются души умерших. После того как истёк земной срок, к каждому из нас приходит белая проводница, берёт душу за руку и уводит в место, куда живым не пройти. Как и их посланиям. Исключения – некроманты, способные достучаться до душ за гранью Потусторони.
– Всё может быть, – пробормотала я, понимая, что если это действительно так, то того и гляди нарисуются наследники.
Или пан Дудоля подсуетится. И что-то картина совсем грустная. Неужели надо на всякий случай присматривать новое место?
Этого совершенно не хотелось, но парить в мечтах, что все проблемы рассосутся сами собой, не позволяла собственная практичность. Зато сидр определённо натолкнул на несколько дельных мыслей.
Вытерев руки салфеткой, я посмотрела на Мурриса.
– Предлагаешь действовать прямо сейчас?
– Потеря лавки – потеря денег, – резонно заметил он. – Когда видишь деньги – не теряй время.
Спасибо, Златовласая, что послала мне такого мудрого кота!
– Хорошо! – хлопнула я ладонью по столу. – Тогда нам нужен хороший некромант.
Муррис покосился на меня:
– Ядвига, где мы его возьмём в такое время?
– Ну… есть один на примете.
* * *
Каменный забор величественно возвышался над нами, уходя прямо в чёрный бархат неба, показывая только крышу дома и флюгер с котиком. Луна вошла в полную силу и освещала всё вокруг мягким сиянием. Громко трещали сверчки. Ветерок шевелил выбившиеся из моей косы рыжие прядки.
Красота. Романтика. Покой.
Только…
– Кажется, никого нет дома, – вздохнул Муррис. – Мы третий раз стучим, но никто не открывает.
Я чуть прищурилась, глядя на кованые ворота, на которых сейчас серебрились фигуры летучих мышей – первых помощников некромантов. Ну нет, я что, зря шла сюда целый час?
– Запомни, Муррис. У нас не говорят: «Никого нет дома». У нас говорят: «Забор надо перелезть».
И, резко развернувшись, быстро зашагала вдоль стены. Кот подпрыгнул на месте и кинулся следом.
– Ядвига, подожди!
Дом некроманта – это неприступная крепость. Хотя бы потому, что человек, решивший связать свою жизнь с погребальными ритуалами и Потусторонью, по определению не очень любит живых. А мёртвые – не те гости, которых ждёшь незваными. Поэтому и защита некромантского жилища всегда на порядок лучше других.
Но вы пробовали остановить ведьму, которая уже всё решила? А ведьму из рода Торба?!
Семейное предание гласит, что давным-давно у нас была совершенно другая фамилия – воздушная, нежная и невинная. То ли Цветочек, то ли Бабочка, то ли Цветочная Бабочка – история умалчивает. Но однажды мою прапрапрапра… бабку довёл какой-то колдун. Да так, что она отложила в сторону вышивку, которой полагается заниматься воспитанной панне во время досуга, и произнесла:
– Тебе торба.
После чего сшила огромную сумку – не сумку, целый мешок! – поймала туда колдуна, закинула на хрупкие девичьи плечи, дошла до песчаного берега и выбросила в Дзинтарово море! А затем отряхнула руки и пошла домой. С тех пор Цветочная Бабочка стала панной Торбой – и весь её род тоже.
Фамилией я гордилась. Прапрапрапра… бабкой тоже. Все панночки из нашей семьи умели постоять за себя и никогда ничего обидчикам не спускали.
Воодушевлённая примером прародительницы и немного парами сидра, я обошла по периметру забор и нашла слабое место. Отлично, вот здесь есть дерево, вот здесь кладка достаточно рыхлая, если что – можно ухватиться и вскарабкаться.
Насколько я помню, сторожевых собак внутри нет, значит, можно обойтись без приключений. А если там кто и есть, то кину в него Муррисом – он чудесно царапается и матерится. Психологическая атака пройдёт на оценку «пять с плюсом».
 
Я посмотрела на чернеющую крону дерева. Ну, Златовласая, не оставь!
– Ядвига, ты уверена, что сейчас стоит это делать? – с сомнением спросил Муррис, явно не одобряя мой план.
По деревьям он, конечно, лазал во много раз лучше, но вид лихой и неразумный в нашем дуэте сейчас однозначно у меня. Кот подошёл к дереву и шустро взобрался наверх. Сомнение с его морды так и не исчезло, однако и попыток отговорить больше не последовало.
– Когда, если не сейчас? – выдохнула я и поставила ногу на камень, чтобы ухватиться за ветку и подтянуться.
Бялтова юбка! Нет, определённо, любовь к такой длине меня до добра не довёдет. Не зря матушка говорит, что где-то по нашей родословной прокочевали смуглые, звенящие золотыми серёжками и браслетами ромралы, оставив после себя любовь к ярким нарядам и украшениям.
С тихой руганью я влезла на ветку, которая тут же угрожающе затрещала. Муррис пробежал к самому краю и спрыгнул на забор.
– Тут всё чисто. Если только не накинуто всеуничтожающее заклятие.
Я фыркнула. Даже если и накинуто, то меня не тронет. Но до заклятья ещё надо добраться. Сейчас надо осторожненько встать, та-а-ак… сделать шажок, ещё шажок… А-а-а! Стоять!
Я взмахнула руками, как перепуганная птица – крыльями. Сердце заколотилось, готовое выскочить из груди. Ладони повлажнели от напряжения. Вернуть равновесие, подобрать юбку, чтобы не запутаться, и бочком-бочком, аккуратно, осторожно, несём себя, как королева, и…
Ветка с оглушительным треском надломилась, и я с визгом полетела прямо на ухоженные кусты.
* * *
– Так-так, стоило только уважаемому некроманту лечь спать, как в его дом пытаются проникнуть всякие подозрительные личности, – сквозь туман в голове пробился ехидный голос.
Безусловно, красивый голос, низкий, с обворожительной хрипотцой и чарующими нотками, слыша которые все поважные панны и пани, как говорят на родине моей матушки, мечтательно возводят глаза к небу.
– Уважаемый некромант мог открыть дверь, – проворчала я, перехватывая из его рук ледяную банку с каким-то эликсиром и прижимая её к шишке на затылке.
Это сейчас уже мы находимся в хорошенькой гостиной, где переливаются мягким светом магические лампы под потолком. Шкафы с книгами, диван, карта на стене, скелет в уголке. Всё, что нужно для работы и приятного досуга.
– Ядвига, в гости по ночам не ходят, – сообщил некромант и тут же уточнил: – Нормальные люди.
Я невинно захлопала глазами.
– Айварас, неужели обязательно быть таким занудой, когда прекрасная панна страдает от шишки на голове?
– Да? – Светлая бровь изумлённо заломилась. – А я думал – от отсутствия мозгов в этой самой голове!
Я швырнула в него первой попавшейся под руку вышитой подушкой. Одна из зазнобушек делала. Не знала, бедная, что с такими, как он, лучше не связываться.
Айварас ловко перехватил подушку и погрозил пальцем.
– Прекрати, а то вызову стражей порядка.
Ну да, ну да, и они тогда меня поставят в угол за плохое поведение. Это явно было написано на моём лице, потому что Айварас всё понял и только фыркнул, отбросив на спину платиновые волосы.
Да, красив, что тут скажешь. Рост, размах плеч, телосложение – хоть сейчас на обложку любовного романа пани Ёршис, которая, говорят, сумела привлечь в клуб своих поклонниц саму дочку короля.
Красивые черты лица, синие, как латрийское небо весной, глаза, прямой нос, мужественный подбородок. Длинные волосы, по цвету способные поспорить с лунным светом. Узкие ладони, изящные пальцы, на которых надеты некромантские перстни. И крестообразный шрам на шее – цапнуло умертвие во время одного из налётов на город.
Из одежды только чёрные брюки, поэтому можно в деталях рассмотреть обнаженный торс с хорошо развитой мускулатурой и пресловутыми кубиками на прессе.