Страстный. Плохой. Опасный (СИ)

Во время интервью я всегда подходила к вопросам и ответам серьезно, и было неприемлемо вести себя беззаботно и рубить мои вопросы на корню, переводя тему. А вопрос был не самым безобидным — я могла бы скомпрометировать его в будущем на камеру, узнай его места отдыха… Отличный бонус к интервью.
Гордеев был чистым листом, незапятнанным. Для меня, как для журналиста, это самый сладкий запретный плод, который хочется укусить и подпортить. Я не собираюсь никого обманывать, и даже у меня имеется парочка грехов перед начальством… Это естественно, по-человечески, что ли. Но грехи таких Господинов, как Гордеев куда более интересны и далеко не так безобидны, как мои.
— Максим, у нас, наверное, возникло недопонимание. Я хочу взять у вас интервью, о вашей жизни, карьере, хочу узнать автобиографию с новой стороны. Давайте говорить откровенно, вы же мужчина своего слова. Отвечайте на мои вопросы прямо и по факту, — прошу я, отчасти подстрекая. Тут же словила его внимательный взгляд, настороженный.
Он выдохнул, видимо, понял, что я все-таки журналистка, а не шарлатанка, у которой чешется язык.
— Я много работаю и редко отдыхаю — это правда. Любые мероприятия проходят в закрытом режиме, нас никто не беспокоит из репортеров или журналистов. Без тотального контроля — опасно для жизни. У меня нет выходных, я отдыхаю, когда заключаю контракт. Меня едва не каждую ночь вытряхивают из постели, и разные виды ЧП не обходятся без моего вмешательства. Вы правы, я не сплю в офисе, но могу там находиться до глубокой ночи. Мне приятна моя постель.
— Какие места предпочитаете для мероприятий? — мое любопытство и наглость для компрометирующего материала не знает границ.
— Это второй вопрос, Ярослава. Причем такого рода информация не разглашается во избежание моих личных неприятностей, — пожал плечами Гордеев, мазнув взглядом по моей коленке, которую я закинула на ногу. — Поддержите меня, Ярослава, — сказал он, кивнув на бокал вина. — Я разрешаю вам выпить этот потрясающий напиток, и даже настаиваю, — усмехнулся мужчина. Подал мне бокал, буквально заставив сделать несколько глотков потрясающего вина своим настойчивым взглядом. — Теперь мой черед задавать вопрос, Ярослава. Зачем же вам перцовый баллончик в сумке? Как я заметил, их даже несколько.
— Разве не очевидно? Криминальная столица, я не могу ходить без защиты. У меня нет таких бдительных телохранителей как у вас, Максим, — усмехнулась я, пробуя вино еще одним глотком.
Вино охлаждает и успокаивает.
— Вы не договариваете. Расскажите мне подробней.
— Я известный журналист и провокатор. Многим, кого я разоблачила не нравятся мои статьи и правда. Да, иногда я прибегаю к радикальным методам, но никогда не нарушаю закон и личное пространство без разрешения! Мне не единожды угрожали, разбивали стекла моей машины и преследовали. Покушались на жизнь, пытались научить держать язык за зубами… К тому же я работаю не только со знатью, но и с дипломатами, говорю с ними о социальном положении в мире. Некоторым мои вопросы очень портят настроение, — продолжила я, дав открытый ответ. — Правда бывает очень горькой, но это моя работа. Любимая работа, которой я отдаюсь с головой.
Я поджала губы, но отнеслась к его интересу равнодушно. Многие раньше считали меня развязной языкатой журналисткой, неспособной раскрыть осторожных известных людей… Но это дело техники и практики. Наверное, это все у меня в крови.
— Вам совсем скоро тридцать пять лет, где ваша спутница жизни? Вы завидный холостяк… И в своем недавнем интервью с Алисой Гарник вы ответили на этот вопрос так: меня тяжело зацепить обычной прохожей, есть много факторов, по которым я ищу идеальную женщину, способную затмить мой рассудок и занять сердце. Но я не расстраиваюсь перспективам холостяка, и могу проводить время с любой женщиной за завтраком, обедом и ужином, даря знаки внимания, — иду по списку вопросов, снова цитируя мужчину. — Расскажите мне о факторах, по которым вы выбираете себе женщин.
— Сейчас я поглощен в бизнесе с головой, у меня нет времени на личную жизнь. Я обедаю вместе со своим генеральным директором, которая заправляет агрессивной продажей новых зарубежных гаджетов. Хорошая женщина, готова выслушать мои недовольства относительно работы и дать дельные советы… Или остудить мою вспыльчивость, если вы понимаете о чем я, — он не отвечает прямо, снова сменяя тему.
 
— Она, гендиректор, играет роль вашей постоянной женщины? — не верю, и даже скептически еще раз осмотрела Гордеева. Такой мужчина не может быть без женщины, это просто неестественно. И непохож он на ловеласа, сменяющий женщин на тот же завтрак, обед и ужин.
— Нет, она не моя женщина. Совсем недавно разорвал отношения со своей прекрасной половинкой. Как оказалось, я влюблен в свой бизнес и не готов разрываться между женщиной и работой. Пока что, — без энтузиазма рассказал мужчина. Это был заученный текст, но вот женщину-генерального-директора-по-продажам я записала, может удастся ее найти и поговорить с ней о Господине Гордееве.
Нужно идти на хитрость, или Гордеев так и продолжит скупо отвечать своими и без того заезженными фразочками. Этого слишком мало, чтобы я взялась за статью.
— И кто же она? Ваша бывшая, — я даже затаила дыхание, прислушиваясь к Гордееву. Его женщин никто и никогда не видел. Это очень пикантная тема, оттого и востребованная читателями. Иногда разные личности светились с ним на различных светских вечерах, но они были лишь спутницами, не больше.
— Вы не думаете, что это уже слишком личный вопрос? — он приподнял брови, вновь заострив свое внимание на моей вздернутой коленке.
Я моментально почувствовала, как жар прошелся по шее и щекам, но не сдвинулась с места, не выдавая своего смущения. Я знаю, что не оставляю мужчин равнодушными, и для меня привычно такое внимание. Но внимание мужчин и внимание Господина Гордеева очень и очень разные параллельные вселенные.
— Нет, я так не думаю, — провоцирую его, а Максим лишь улыбается, хитренько так, словно уже что-то задумал, а я верно шагаю по его плану.
— Это информация не разглашается, Ярослава. Увы.
— Хорошо… А есть ли у вас сейчас постоянная женщина в постели? Очевидно, что вы не можете вести холостяцкий образ жизни по всем фронтам, — встрепенулась я, заинтересовавшись его подозрительным одиночеством. Мне нужно было его внимание, оттого я опустила ногу на пол, чуть расправив плечи, и закинула коленку уже на другую ногу. Он проследил за подобной махинацией, и с неким укором поднял свой взгляд на мое лицо.
— Меня устраивает быть холостяком, и я постоянен только с возлюбленной женщиной, — он похолодел в ответе. Не нравятся вопросы, не нравится моя настойчивость и выбранная мной тема. Значит, что-то скрывает.
Что же это может быть?
— Значит, вы спите с проститутками, — подтвердила я свои догадки в голос, отчего Гордеев насторожился и даже несколько приподнялся, гордо вскинув подбородок.
— Интересное утверждение. Почему так предположили?
— Вы здоровый мужчина, и не всегда можете справиться со стрессом, каким бы кремнем вы ни выглядели. Мужчина нуждается в снятии стресса половым путем, это физиология, — я говорила четко, но уже не смотрела на него. Откровенные вопросы впервые в жизни давались мне с трудом, особенно под взглядом пронизывающих глаз, отчего внизу живота завязывался тугой узел. — Я точно знаю, что вы не обходитесь без женщины, если только не решили сменить ориентацию. А это уже невероятно маленький процент, учитывая ваш взгляд на мои ноги.
— Вы просто пытливый монстр, а не журналист, Ярослава, — задумался он, оторвав свой любопытный взгляд от моей коленки, тяжело выдохнув. — Признаю, я сплю с женщинами без обязательств, но это не проститутки, такими я брезгую. Этот вопрос хотелось бы считать закрытым…
— Вот и первый цепкий аргумент, что не все так просто. Значит, не проститутки… Все-таки содержанки? Чей же вы покровитель? — неумышленно перебила я Гордеева, отмечая у себя в блокноте галочку возле вопроса и накидав еще парочку озвученных вариантов рядом. Он пораженно улыбнулся и покачал головой, двусмысленно хмыкнув.