Страстный. Плохой. Опасный (СИ)
— Ярослава, не преувеличивай, я не веду себя как юноша уже больше десятка лет. Я взрослый мужчина, и если я захочу оборвать наши отношения, мы это обговорим в ресторане за бокалом вина и спокойно разойдемся. Без последствий, это я тебе обещаю, — заверил меня Гордеев. Он опустился немного ниже и снова поцеловал мою грудь, ловко оставляя кровавый засос, отчего я жалостливо простонала.
— Максим…
— Не нервничай, детка, я помогу тебе расслабиться, — его бесстыжая рука скользнула мне меж ног, когда я попыталась отстраниться, ведь знала, какая реакция моего тела была на этого наглого, дерзкого, беспринципного… Идеального, потрясающего, желанного мужчину, которого я мысленно вожделела. И не только мысленно. — Зачем же так рьяно скрывать свое возбуждение? Мы хотим одного и того же… Тебе же нравится, когда ты моя, верно?
— Пож-а-алуйста… — взмолилась я, когда пальцы прикоснулись к моему нижнему белью, отодвигая его в сторону. Я запуталась даже в ответе, и не знала, чего уже просила больше: остановиться или продолжать.
— Моя маленькая негодяйка, тебе ведь все нравится. Видишь, как отвечает твое тело? Ты чувствуешь, как желаешь меня вновь, — Гордеев уже не на шутку разошелся, когда он заиграл своими пальцами внутри меня. Узлы томления обвили низ живота, глаза закрылись, а губы приоткрылись в беззвучном стоне.
Щеки обожгло пламя, пульсация от желания внизу живота в разы увеличилась. Казалось, что я нуждаюсь в мужчине больше, чем неделю назад. Сейчас хотелось его, всего и полностью. Как можно глубже, как можно больше…
— Моя непослушная девочка, ну так что?
Я лишь протестующее закачала головой, уже плохо соображая, не сразу понимая, о чем он спрашивал. Сладкая пытка мне нравилась до помрачения рассудка.
— Тогда у меня есть другой способ, чтобы принудить тебя к ответу, который бы нас удовлетворил, — дьявольски улыбнувшись, Максим Викторович потянул с меня кружевную ткань, а та от жесткости и грубости — порвалась еще до моих колен. Я бы возмутилась, но рассудок был весьма затуманен, вырвав из моего горла стон. Страсть поглощала меня больше и сильнее. Только от мысли, что он может грубо схватить мои запястья и смело шлепать по бедрам, проталкивая в меня свой член, я уже схожу с ума. Задыхаюсь в сумасшедшем захлестывающем возбуждении.
Попытавшись свести ноги, я не смогла воплотить свое желание, когда обе руки Гордеева широко их развели, а он опустился вниз, опасно улыбнувшись мне в ответ. И я в одно мгновенье поняла, о чем задумал мужчина, решивший довести меня до точки кипения.
О нет, только не это. Я не выдержу эту пытку!
— Это очень плохая идея, — сипло сказала я, но он, не слушая меня, коснулся своим горячим языком моей внутренней части бедра, от чего мой приглушенный крик вырвался наружу, но я намеренно закрыла рот ладонями, приподнимаясь грудью вперед. Его шершавый и гибкий язык просто вонзился в чувственную кожу, зубы мягко покусывали, а затем непростительно жестко втягивали меня внутрь его рта. О, Господь всемогущий! Нет, нет… Господь тут не причем, когда рядом со мной сам Дьявол, желающий утопить меня в жаре кипятка от порочного желания.
Вау! Господи! Вау!
Нас обоих сбил звук рингтона телефона, буквально перебил меня на чувственно-эмоциональной высокой ноте… Я, еще не до конца понимая, что звонит, почувствовала вибрацию у себя под боком.
Доставая телефон из кармана пиджака, мне приходится пару секунд прищуриться, чтобы понять, кто звонил. Это был Андрей. Да чтоб тебя!
— Одну минуту. Дай мне минуту, Максим, я прошу тебя. Минуту, — перебила я его, когда он недовольно поглядел на меня, оставив в покое мое подрагивающие тело.
— Это может подождать, а я не стану, — фыркнул он, и было видно, что моя просьба его яростно взбесила. Но я ответила на звонок, пытаясь привести дыхание в норму, приставив свою ладошку к его влажным губам, умоляюще глядя на мужчину.
— Да, Андрюша. Я в порядке…
— Конечно в порядке, иначе пришлось бы тебе объясняться. Где ты? — я нервно выдохнула на язвительную речь брата, а Максим нежно целует меня в живот, сжимая грудь.
— Знаешь, так сложилось… Что я поехала к Артему, и думаю, я у него заночую, — как только мои слова услышал Гордеев, то крепче сжал мои ноги, и тут же опустился к самому чувствительному месту, намеренно делая все в дикой формой обращения, царапая зубами, заставляя привстать от ощущений. Всего секунды, а меня подкинуло на кровати, выгибая позвоночник, в то время, как я пытаюсь отползти от очень ранимого Господина Гордеева в постели.
Я непроизвольно вскрикнула, когда мужчина прикусил своими зубами напряженную и возбужденную плоть. Андрей невольно выдохнул мне в трубку, возможно даже испуганно. Все заполыхало с новой силой и стоило усилий, чтобы не застонать в телефон брату на ухо. Черт!
— Ты что там, черт возьми, делаешь?
— Смотрю ужасы по телевизору, — выпаливаю настоящую ерунду, ведь на стоящем ответе сосредоточиться просто невозможно.
— Тогда почему я не слышу звуков телевизора?
— Андрей…
— Признай, Морозов, наконец-то затащил тебя в постель.
— Я не… Да, да Андрей, ты нам мешаешь. Правда, давай потом все объясню, — я покосилась на Гордеева, который прорычал, крепко сжав мою грудь, больно щипнув сосок. Какой обидчивый!
— Сестренка, и когда я забыл следить за тем, кто появляется в твоей постели?
— Андрей! — вскрикнула я в ответ, вздрагивая, когда Максим Викторович ввел в меня свои пальцы, дополняя все своим языком. Ощущения переполнили меня до верху. — Я позвоню… Потом. Андрей, пожалуйста…
— Ладно, мелкая, но если этот придурок не удовлетворит тебя, я вызову киллера. Ясно?
— Ясно.
Я отключаю телефон, и только готова была выгнуться на встречу, как Гордеев отстранился от меня. Я измученно выдержала напор того, чтобы не заныть, как положено не удовлетворенной женщине. Но слабость не показала, нахмурившись.
— Ты что себе позволяешь в моей постели? — возмутился мужчина с видом разъяренного зверя.
— А что мне по-твоему надо было сказать? Андрей, прости, не могу говорить, меня трахает ртом Максим Гордеев. Да, ты правильно расслышал — тот самый Гордеев? Он бы с ума сошел от злости и негодования!
Гордеев тяжело выдохнул.
— Пока я с тобой в спальне, я не желаю знать о твоих бывших или будущих мужчин. И если я узнаю, что к тебе кто-то пытается залезть под юбку, пока там нахожусь я — получите вдвоем. Накажу.
— Завтра об этом поговорим. А сейчас стоит продолжить, пока мой запал не погас в ненужной болтовне. Возьми меня, Господин Гордеев, — почти прорычала я, улыбнувшись тому, как вдохновился Максим, услышав мою мольбу.
Я позволила себе расслабиться и смириться с моим положением. Дала самой себе слабинку и окунулась в океан эйфории, отдаваясь в умелые и обученные руки сексуальному Дьяволу — Господину Гордееву. Я уже поняла, что ничего не могло быть лучше, чем его сильные руки, бархатные настойчивые губы и непрерывные ласки, доводящие меня до сумасшествия…
Часть 3. Сладенькая
Когда я проснулась, солнце уже освещало комнату яркими лучами, создавая душную обстановку в спальне Господина Гордеева. В мгновение сев на кровати, чуть перекривившись от ощущений крепатуры, я осматриваюсь. В спальне ничего не поменялось, кроме того, что я осталась одна. Вторая половина кровати пустая, но я четко слышу шум на кухне, и как по телевизору включена каждодневная программа новостей главного канала с монотонным голосом ведущего.
Безусловно, Гордеев находился дома. И я напряглась. Уйти тихо не выйдет, как после той ночи в номере шикарной гостиницы. Максим обнажил всю мою душу и желания этой долгой ночью, и теперь хотелось закрыться, попросту сбежать. Он очень странно на меня влияет. Никогда не думала, что могу быть до того раскрепощенной. Впервые чувствую такой стыд, который приятно стекает в низ живота, заставляя закусывать губу от сладкой тяжести.
Гордеев хорош в постели, прямо-таки настоящий ураган, заставляющий меня расплыться в лужицу. Какое-то непонятное притяжение каждый раз сталкивает меня с таким великолепным мужчиной, оставляя острые чувства опасности и похотливые желания. Только, как бы ни было мне хорошо, понимаю, что я птица не его полета, мы слишком разные по статусу.