Страстный. Плохой. Опасный (СИ)

— Мелкая? — послышалось от брата, но я не смогла отвести взгляда от мужчины, который подошел ко мне сам, пока я молчаливо разглядываю его сдержанность и черный костюм. — Ярослава!
— А, да, — встревожено подала я голос, когда Андрей прокричал мне в ухо. Игнат стал напротив меня. Выглядит подобная сцена жутковато. — Кажется, я задержусь, — неуверенно прошептала я, понимая, что охранник Максима Викторовича стоит тут неспроста.
Ладно машину я узнала еще когда выходила из офиса, но кажется, я разочаровалась, когда не увидела Гордеева. Этому мужчине, у которого денег до не хочу и больше, никогда не станет сторожить мою машину лишь для мимолетного скандала или замечания по поводу статьи. А еще это злит, ведь Гордеев не удосужился поднять свою подтянутую задницу и встретить лично, если ему так хотелось меня увидеть. Не спроста же Игнат тут меня караулит.
Или… Гордеев не хочет марать руки?
— Куда ты собралась, черт возьми? Ты видела время? — брат злится.
— Накорми хомяка, Андрей. Я не знаю, когда буду, — спокойно произношу я, и, не слушая следующих громких ругательств своего брата — отключаю свой телефон, спрятав в карман сумки.
— Ярослава Игоревна, рад вас видеть. Снова, — раздражение и язвительность буквально сочилось из этого человека. Он ясно дал понять, что чертовски не рад меня дожидаться этим уже прохладным июльским вечером.
— Не скажу, что взаимно. Чем обязана таким недельным событием? — что-то во мне безжалостно затянуло там… В низу живота. Интересно, Гордеев все-таки послал за мной своего верного телохранителя для убийства или все-таки для приглашения на встречу?
В голове никак не утихали воспоминания той ночи. Жаркой и дикой ночи с Гордеевым. Черт. Эти мысли никак не хотят покидать мою здравую голову!
— Господин Гордеев велел немедленно привести вас к нему, — как по инструкции отчеканил мужчина.
— Вы же видите, который сейчас час, Игнат. Господин Гордеев точно уже не будет принимать гостей, — нахмурилась я. Ведь правда, уже почти полночь, и вряд ли это разумно встречаться ночью с Максимом.
— Господин Гордеев ждет вас. Сейчас же, — сдержанно повторил Игнат.
— Мне нужно домой, — покачала я головой, попытавшись обойти Игната.
— Я так не думаю. Вы же понимаете, что никакие приказы Господина Гордеева не оспариваются? Хотите помимо своей выходки получить соответствующее наказание еще и за сопротивление? — Игнат преградил мне путь, не стараясь поднять руки и схватить меня, но его грозный голос и большое тело встревожили. Я осторожно огляделась вокруг.
Какая я дура… Какого черта меня дернуло сидеть так долго за работой?
— Плевать мне на вашего Господина Гордеева М.В, — презренно сократила его имя, закатывая глаза. Если Максим хочет высказать свое недовольство, а он это точно хочет сделать, пусть высказывает, лично и желательно где побольше людей. — Мне нужно домой, ясно? Любые встречи он может назначить в любое удобное для него дневное время, и я обязательно приму это приглашение, — удивленный охранник приподнял свои брови, недоумевающее отшатнувшись.
— Ярослава Игоревна, — настойчиво произнес он, и обхватил мой локоть для убедительности. — Вы должны проехать со мной. И желательно добровольно.
— Не то что? — подала я вызов. Пусть Гордеев сам выкроит для меня свое драгоценное время, я ценю настойчивость, а не навязчивость его охраны.
Это забавляло, отчасти. Но не следующие слова Игната:
— Не то у меня в кармане есть клофелин, чем я могу воспользоваться, и вы даже пикнуть не успеете, как уснете и окажитесь у Господина Гордеева. Еще есть наручники и оружие. Я никак не обещал Господину Гордееву вашу доставку без увечий.
Он говорил так грозно, что я невольно поверила в каждое его словечко и побледнела. Это была настоящая угроза? Или, мне все же послышалось? День был изрядно долгим и выматывающим, возможно я не увидела иронии в его словах и жестах.
Игнат невозмутимо достал из-за пояса, который прикрывал пиджак, наручники. Я удивленно выдохнула, расширив глаза, увидев еще и пистолет. Ни черта не было той самой иронии! Он не шутил! Ох, черт, тянет же мою задницу в одни неприятности…
 
— Ладно! Ладно. Это было лишним! — почти вскрикнула я, когда он глянул на меня с готовностью пристегнуть. Выставив руки вперед, я безоружно сдавалась. В любом случае мне не хочется, чтобы сам Максим Викторович увидел мою беспомощность, к тому же для меня было не перспективно оказаться закованной, особенно в день выпуска журнала.
Игнат машет в сторону своей машины. Из нее выходит еще один мужчина.
— Он отгонит вашу машину туда, куда скажите.
Черт…
  
Часть 2.2
 
Всю дорогу я упорно молчала, смотря в окошко, сжимая ручки сумки. Мы не ехали в сторону уже известной мне гостиницы. Мы ехали совсем в другую сторону.
— Я надеюсь, вы не вывезете меня из города, чтобы убить? — тихо проговорила я, пытаясь выдать страх за насмешку, но получилось как волнующий и не дающий мне покоя вопрос.
— Думаю, это решать не мне, а Максиму Викторовичу.
Он не отрицает того, что я окажусь убитой за городом? О-о-очень оживляющая беседа. И так, нужно продумать план, ведь я была почти в ловушке… Но! Но у меня был набор экстренного случая — набор брата.
Рассуждая то, что к Гордееву меня не впустят с сумкой, я достаю телефон из кармана, найдя в сообщениях номер Андрея.
«Позвони мне через час, если не возьму — начинай волноваться»
Отправляю сообщение, поглядывая в сторону смирно сидящего Игната, который спокойно вел машину по дороге.
— Значит, Максим Викторович прочитал мою статью? — я решила заговорить сама, стараясь не акцентировать его внимание на моем телефоне, на всякий случай. Вдруг все-таки нельзя?
— Он меня послал сегодня утром за новым номером журнала. И да, он прочитал… Был в ярости, — проговорил охранник, мельком глянув на меня. — Вам стоило думать ветреной головой прежде, чем сотворить нечто подобное. Если вы решили его заинтересовать, лучше бы вам одуматься… Потом будет слишком поздно, Ярослава Игоревна.
Я не знала, что ответить. Что будет слишком поздно? Я не собиралась заинтересовывать Гордеева, я делала свою работу. И почему это моя голова ветреная?
Тишину перебило входящее сообщение от моего брата.
«Если ты мне не ответишь — я выкину твоего хомяка через форточку, мелкая. Только попробуй посадить свою задницу не в то место — и я сам тебя прикончу ко всем чертям!»
Что и следовало ожидать. Никто не любит моего Яшу — рыжего хомячка.
— А вы читали статью? — спрашиваю я, внимательно посмотрев на мужчину за рулем.
— Читал. И я вам не завидую, Ярослава Игоревна. Вы совершили глупую ошибку, связываясь с этим… Мужчиной. Господин Гордеев не прощает таких комплиментов в прессе, — монотонно проговорил Игнат, а я удивленно выдохнула. — И, как мне казалось, считаясь его новой любовницей, вы и подавно не имели права так… Нахально и нецензурно обращаться в адрес Господина Гордеева.
Какая глупая преданность своему Господину! И… Что? Любовница?! Увольте!
— Я не его любовница и никогда ей не стану, Игнат. Эта роль не для меня, — угрюмо сказала я, а охранник недоуменно покосился на меня.
— Вас об этом спрашивать не будут, Ярослава, — прошелестел мужчина. Я повернулась к нему, изучая напряженный профиль мужчины. Что за ерунду он говорит?
— Я с вами не буду обсуждать мои отношения с Гордеевым, Игнат, — я отвернулась к окошку.
— Мой вам совет, который очень пригодится — будьте мягкой и покорной. День сегодня у Господина Гордеева не легкий.
— Я не собираюсь быть притворной. Все равно уже ничего не изменить, — равнодушно пожала я плечами.
Игнат несколько раз повернулся ко мне, удивленно изогнув брови. Но замолчал, и мне стало легче. Не очень хочется обсуждать что-либо с Игнатом, с этим прихвостнем Гордеева, угрожающий мне наручниками.
Я оглядела район и поняла, что мы приехали к жилой высотке. Значит, Господин Гордеев ждет меня у себя дома? Вот тут смелости поубавилось в разы.