Консультант (СИ)

Лана, не отводя взгляда от дефилирующих моделей, недвусмысленно качнула головой – раз, и ещё раз. Произнесла несколько слов, почти не разжимая губ и не удостаивая невесть откуда взявшегося кавалера даже толикой внимания. Дальнейшее произошло почти одновременно.
Мужская пятерня облапила обтянутую штанами попку, локоть левой руки Ланы врезался в солнечное сплетение стоящего сбоку ловеласа, кулак – в пах. Нога девушки ловко подцепила щиколотку приставучего господина, обе руки взлетели к плечам, и перед валяющейся тушкой и парой телохранителей, бросившихся на выручку к нанимателю, возникли два клинка. И, для комплекта, два пистолета – Рис совершенно не собирался оставаться в стороне.
И, уж конечно, не далее, как через пять минут все участники стычки оказались в полицейском участке. Переход через окно Лоэнгрин был безнадёжно упущен.
Человечество уже давно не нуждалось в очках как инструменте коррекции зрения. Те, кто побогаче, исправляли возможные недостатки зрения детей ещё в утробе матери. Те, кто победнее, просто прибегали к оперативному вмешательству, стоившему сущие гроши и входившему в минимальный соцпакет практически на всех планетах.
Однако очки не исчезли из обихода даже после того, как повсеместно распространились офтальмологические импланты. Находилось немало людей, которые использовали очки как аксессуар. К их числу, в частности, относился Морис Финч. Правда, в его случае очки были, скорее, элементом психологического давления на оппонента, и пользовался им известный адвокат на полную катушку.
Сейчас, однако, он отдавал себе отчёт в том, что ни холодный взгляд поверх стекол, ни прикушенная дужка не сработают. Даже с полицейскими. Что же до клиента… нет, ну с какими же идиотами приходится работать! Уму непостижимо!
И ведь вроде бы серьезный человек, судя по общедоступному досье и состоянию счёта… почему, ну почему он до сих пор не знает, что в сложной ситуации НЕЛЬЗЯ говорить без адвоката? Хотя… что бы ему, интересно, дало молчание? При том, что все без изъятия туристы перед спуском на второй уровень лично подтверждали прохождение инструктажа по технике безопасности и правилам поведения?
Должность ведущего адвоката «Галактического круиза» обязывала Мориса Финча в любых обстоятельствах защищать клиента компании. Однако, как житель Большого Шанхая, он всецело был на стороне нападавшей. Этот тупица прошёл инструктаж? Прошёл. Даже расписался. Собственноручно. Так какие вообще претензии могут быть к миз Галлахер?
Финчу не было необходимости сверяться с текстом «Инструкции по выживанию на Большом Шанхае». Потому, хотя бы, что текст этот, от первого до последнего слова, когда-то написал он сам. Написал, ещё будучи студентом-старшекурсником, меньше чем за час, просто на спор. Кто ж знал (тогда!), что подсевший в баре разбитной незнакомец окажется хедхантером, и уже через неделю «Галактический круиз» пригласит мистера Финча на собеседование по поводу занятия должности с умопомрачительным окладом!
Да, так оставив воспоминания и вернувшись к текущей ситуации… к миз Галлахер не было бы никаких вопросов, даже окажись она проституткой на временном контракте. Но, к несчастью мистера Воленко (и к несчастью его адвоката), проституткой с рабочей визой она не была. «Житель» – полбеды. Но «житель» ранга «плюс три соло»…
Упомянутый ранг означал, что Катрина Галлахер имеет право родить на Большом Шанхае троих детей, не заморачиваясь такими пустяками, как пусть даже сугубо формальное наличие мужа или постоянного партнера. Одно это многое говорило об общественном и финансовом положении означенной молодой особы. Так что не было ничего удивительного в том, что подоспевшие патрульные и дежуривший в участке лейтенант сначала взяли под козырёк, а потом расстелились ковриками.
А уж если обратиться – как и следовало изначально – к упомянутой инструкции… её зачем писали? Для собственного удовольствия автора? Ну, допустим, изначально – да, а всё-таки? «Будьте предельно вежливы, предлагая встреченной даме кратковременный контракт по оказанию услуг интимного характера». «Открытое ношение оружия означает способность и право носящего воспользоваться им в любой момент». «Не пытайтесь навязать своё общество кому-либо вне зависимости от его или её пола, возраста и видимого общественного статуса».
 
Все эти пункты инструктажа заносчивый господин нарушил. Последовательно и параллельно. И, кстати, отделался на редкость дёшево. Потому что в соответствии с обычаями Большого Шанхая, заменявшими законы в подавляющем большинстве случаев, миз Галлахер имела полное право убить его на месте.
Тем более что, по её же собственным словам, «девушка должна заботиться о своей репутации». Ну, ещё бы! Глава одного из небольших, но весьма известных консалтинговых агентств. Да к тому же и «активный консультант»: невинный шанхайский эвфемизм, в просторечии означавший ни много, ни мало – киллера. В лучшем случае. Активный консалтинг предполагал (при необходимости) готовность и способность развязать даже межпланетную войну. Мистеру Воленко не выпустили кишки потому лишь, что оформление протоколов по случаю его смерти заняло бы довольно много времени. А миз Галлахер только что вернулась из утомительной поездки, и хотела как можно скорее отдохнуть. Окно Лоэнгрин она пропустила, не хватало ещё опоздать на Форсайт!
Именно это и пытался втолковать Финч своему трижды проклятому клиенту. Безрезультатно. Дело закончилось тем, что, после выписки штрафа в пятьсот галэнов, подвыпившему скандалисту категорически порекомендовали вернуться на корабль и не покидать его до окончания пребывания круизника на Большом Шанхае. И правильно. Нам тут своих беспредельщиков хватает, ещё чужих терпеть?
Окно Форсайт Лана не любила. Точка прибытия в этом случае располагалась в не самом удобном для её целей месте, да и сама по себе терраса Форсайт была местечком довольно поганым. Даже по меркам Большого Шанхая, что само по себе значило немало.
Тем не менее, дожидаться Чингисхана или, сломя голову, мчаться через половину второго уровня, чтобы успеть проскочить через Цельсий, Лана не хотела. Ну их, эти приключения. Кто знает, что или кто ещё вклинится между ней и домом? Потому что за четыре года Большой Шанхай действительно стал домом. Домом, в который хотелось вернуться. Так что пусть будет Форсайт.
Перед уходом миз Галлахер пожертвовала причитающуюся ей часть штрафа в фонд помощи вдовам и сиротам полицейских, погибших при исполнении служебного долга. Приятно удивлённый лейтенант посчитал, что слова благодарности стоят дёшево, а потому решил действовать и предоставил ей и её гостям сопровождение до окна.
Бравые парни в форме двигались сквозь толпу, как горячий нож сквозь кусок подтаявшего масла, и всё же Лана со спутниками чуть не опоздали к лифтовой капсуле. Более того, сначала ей показалось, что даже своевременное прибытие ничего им не даст, поскольку капсула уже практически заполнилась. Но старший из патрульных так грозно навис над диспетчером, что двенадцать мест немедленно нашлись. Недовольным пассажирам, выдворенным из капсулы, Лана тут же приобрела билеты для окна Чингисхан, и вопрос закрылся. Чему немало способствовала пригоршня чипов, призванная скрасить ожидание.
А ещё минуту спустя погас последний красный сигнал не застёгнутого страховочного ремня, створки гигантского шара сомкнулись, и капсула отправилась в двухкилометровое путешествие сквозь оранжерейный слой до террасы Форсайт.
Шарообразная конструкция лифтовых капсул, немало удивлявшая людей несведущих, имела самый, что ни на есть, практический смысл. Потому что как броневой слой проворачивался относительно второго уровня, так и второй уровень проворачивался относительно внутреннего пространства и оранжерей. Но если по поверхности брони, второму уровню или оранжереям можно было ходить пешком, в каждый момент времени представляя собой перпендикуляр к центру шара, то внутри планетоида такой фокус не проходил.