Подземелье Кадхаса (СИ)

— Что произошло? — Я пристально вгляделся в глаза Влада. Сделав затяжку, он отвёл трубку от лица и выпустил густое кольцо дыма в воздух. Оно взлетело высоко к потолку и разбилось об висящую наверху люстру.
— Ты стал новым Творцом. — Спокойно ответил старик. — Предвидя твой вопрос, отвечу сразу — да, это я помог тебе овладеть силой. Если ты хочешь узнать как, то тебе нужно выслушать мою историю. Простым ответ не будет.
— Пожалуйста, расскажите. — Мне было до жути интересно узнать, и я с нетерпением ждал начала истории.
— Кх… — Старичок кашлянул, потянулся к ящику тумбочки и, открыв его, достал оттуда пепельницу. Поставив стекляшку на стол, он вытряс в неё сгоревший табак из трубки и тут же потянулся к кульку за новой порцией. Я смиренно ждал, пока Влад забьёт трубку табаком. Меня распирало от любопытства, но я не решался торопить старца. — Извини за задержку. В моей старости всего два развлечения. Табак да книги.
Влад кивнул на книжку, лежащую между нами. Её переплёт выглядел старым, корешок был потёртым, а листов в ней было столько, что и не сосчитать.
— Что это за книга? — Я всё же поспешил с вопросом, но мужчину это никак не смутило.
— Пускай ты и получил силу Творца, но всё равно остался таким же беспечным и нетерпеливым. — Он искоса посмотрел на меня и улыбнулся. — Я рад, что ты остался именно таким, каким я тебя задумал.
Я непонимающе вздёрнул бровью.
— Вот именно из-за такой реакции, я и сказал, что сначала тебе нужно услышать всю историю. От начала и до конца. Лишь только потом ты поймёшь смысл моих ответов на твои вопросы.
— Хорошо. — Я кивнул. — Я готов слушать.
Старик кивнул и вновь затянувшись, принялся рассказывать свою историю.
— Началось всё давным-давно. Тогда я ещё был мальчишкой, лет двадцати пяти. Без нормальной работы, но с желанием написать интересную книгу, которая западёт многим в душу. Скажем так — это было моя мечта. Я долгое время не решался начать её писать. То сомнения одолевали, то страх быть отвергнутым. Так или иначе, в один день я переступил через эти страхи и начал писать. У меня не было чёткой идеи, была лишь надежда, что она сама придёт мне в моменте, когда я буду писать эту книгу. И она пришла. Я решил написать фантастическую книгу с экстраординарным главным героем, прообразом для которого послужит мой питомец.
Старец тяжко вздохнул:
— Когда мне было семь лет, у меня появился пёс. Палевый лабрадор по имени Том. Как сейчас помню тот день, когда я впервые его встретил. Родители подарили мне его на первое сентября, когда я впервые пошёл в школу, в первый класс. Вернувшись домой, я встретил его на пороге. Он был озорной, совсем неуправляемый, но я влюбился в него с первого взгляда. По сей день, я помню то, с каким усердием он шевелил своим хвостом, всякий раз, как я обращал на него своё внимание. Жизнерадостный и неугомонный пёс. Я любил называть его Тошка. Когда он у меня появился, мы с родителями ютились в небольшой однокомнатной квартире. Само собой, когда Том подрос, места ему было мало. Он сдирал обои, грыз мебель и пол. — Старик по-тёплому рассмеялся. — Его было не остановить. Если он на что-то нацелился, с этим уже можно было попрощаться. Не знаю, послужило ли именно это причиной нашего переезда, но мы перебрались в другую квартиру, которая была раза в три большей предыдущей. Всё шло своим чередом, мы с матерью, отцом и Тошкой жили душа в душу. Я ходил в школу, а мой верный пёс всякий раз встречал меня у меня порога, когда я возвращался домой. С возрастом он совсем не менялся, был таким же озорным и жизнерадостным. Иногда он даже ходил под себя, когда его эмоции переливались через края. В то время я был по-настоящему счастлив и любил его всей душой и сердцем.
Старик замолчал и сделал паузу, закурив трубку. С его глаза потекла слеза, едва заметная. Она лишь на мгновение блеснула на его щеке и после ушла куда-то вниз, быстро скатившись по морщине. Перебивать старика я не решился. Мне было не ясно, к чему он клонит, но я хотел услышать историю до конца. Чем-то она меня зацепила. И вот, он, наконец продолжил:
 
— Всё поменялось в тот день, когда погиб мой отец. Точной причины его смерти я тогда не знал. Мне было всего двенадцать, когда это произошло, и тогда я находился у бабушки. Мои родные не говорили мне, что именно произошло с отцом. Вероятнее всего, чтобы не травмировать меня. Лишь с возрастом я узнал, что причиной всему стало внутреннее кровотечение и ошибка врачей, неправильно поставивших диагноз. Спустя где-то полтора года после этого инцидента, мы с матерью переехали в частный дом, предварительно взяв кота. Мы назвали его Баги и он очень хорошо сдружился с моим псом. Дом находился в городе и место это мне, если честно, совсем не нравилось. Я прикипел к той квартире, и она запала мне в душу. Что-то связывало меня с ней, но я не знал, что именно. Том поменялся после смерти отца и лишь тесная близость с нашим новым питомцем всё ещё как-то держала его навеселе. Когда-то я читал, что собаки сами выбирают себе хозяев, и я уверен, что мой пёс выбрал хозяином не меня, а моего отца. Я любил Тома и уверен, он любил меня так же сильно, но был верен только моему отцу. Он слушался лишь его и на прогулках вёл себя спокойно лишь с ним. Со мной он всегда бесился, срывался с поводка и убегал. Всякий раз, когда это происходило, мы находили его и возвращали домой, а потому я совсем не переживал, когда в один из дней он снова сбежал.
Старик всхлипнул:
— В моём доме был гараж, находившийся на цокольном этаже. Обычно, мой дядя всегда мыл там свою машину. Из гаража можно спокойно было попасть и в дом, но всякий раз, дверь в дом закрывали, чтобы Том не выбежал. Особенно тщательно мы следили за этим, после случая, когда Баги не вернулся домой. Мы предположили, что его задрали собаки. Такое часто случалось с котами на нашем районе, и мы старались не выпускать Баги из дома, но он всегда находил лазейки и ускользал. С тех пор, как Баги не стало, Том всегда ходил понурый, и былой прыти в нём уже не было. Не знаю, была ли это ошибка моего дяди, не закрывшего дверь, или Том сам нашёл способ выйти в гараж, но факт в том, что Том сбежал. Когда я проснулся, Тома дома уже не было. Особого значения я этому не предал, ведь посчитал, что он сам вернётся. Он любил иногда уходить, а потом возвращаться через пару часов и я считал, что смысла искать его нет, и он вернётся сам, но это был иной случай. К тому моменту, мы жили в доме уже пару лет, и Тому исполнилось десять. Я только-только перешёл в десятый класс и как это всегда бывает с подростками, я забивал свою голову чем угодно, но не тем, чем надо. — Старик с придыханием произнёс имя своего пса и улыбнулся. — Когда я вечером спросил у мамы, вернулся ли Том, она ответила мне, что не видела его с самого утра. С тех пор и я больше его никогда не видел. После этого я старался его искать, хоть и понимал, что он не вернётся. Всякий раз, отправляясь на учёбу, я рыскал глазами и старался увидеть знакомую фигуру рядом с какой-нибудь мусоркой или в каком-нибудь дворе. Я надеялся, что он просто потерялся и сидит где-то, ожидая помощи. Пару раз он мне даже мерещился. Я срывался с места, выбегал из автобуса и сломя голову бежал в то место, где видел похожий силуэт, но никого не находил. Лишь через полгода я смирился с тем, что Том ушёл навсегда. Моя мать всё время успокаивала меня, рассказывая басни о том, что собаки часто так поступают. Просто уходят, когда считают нужным, чтобы умереть в одиночестве. И пускай я слабо в это верил, но допускал подобный исход и мог его понять. Он потерял своего хозяина, друга в лице нашего кота, а я не мог дать ему ту любовь, которую давал в раннем возрасте. Я был занят своими делами и всегда забивал голову ерундой, совсем не обращая внимания на своего любимого пса. Первые пару лет я винил в произошедшем своего дядю, но со временем стал понимать, что это лишь моя вина. Это я его не уберёг, не дал ему любви и развлекался, пока он страдал и грустил. Да, я уделял ему время, гулял с ним, продолжал любить, но этого было недостаточно, чтобы уберечь его от столь горькой судьбы. Он был моим лучшим другом, а я потерял его навсегда из-за своей собственной глупости.