Всё не серьёзно (СИ)
- Ты ахринел? Это действующий проезд. Если ты не можешь свою жопу донести от парковки, то нехер было покупать автомобиль, - распылялся водитель. Я тоже вылезла из авто, подходя ближе к своему мужчине, как раз вовремя – глаза налились кровью и если бы не сверток, то живым бы этот водятел остался вряд ли. Видимо он все-таки понял, что зря нарывается на скандал, перевел взгляд на плед. – Черт, прости. – посторонился он, - Вам быстрее в больницу надо. – Начал лепетать он, виновато поглядывая на Андрея, не проронившего ни слова. – Куда ты с ней за руль, вон бабе… то есть девушке отдай. Ты же ни рулить, ни думать не сможешь. Давай помогу.
Андрей бросил на меня быстрый взгляд, в котором была немая просьба. Следуя указкам мужика, я залезла на заднее сиденье, готовясь принять самый важный груз. Неуверенно, словно опасаясь, что я могу причинить вред, Андрей передал мне сверток и только наличие в моей жизни сына, который довольно часто падал и расшибался я смогла удержаться от вскрика. Девочка, а в том что это девочка сомнений не было, была в крови. Все лицо, светлые волосики, шея были покрыты кровавыми разводами. Андрей обошел машину, три секунды на вдох и три на выдох и вот он снова в машине включает зажигание.
Путь до больницы проходил в тишине. Я боялась даже пошевелиться, боялась случайно навредить. Андрей вел аккуратно. Никаких резких поворотов, никаких резких разворотов – только плавное скольжение автомобиля по дорогам города. Подъехав к приемному покою, Андрей вновь бросил автомобиль посреди дороги, забирая у меня свою драгоценную ношу.
- Если хочешь, - предложила я, - я перепаркую машину?
- Спасибо, - Андрей благодарно кивнул скрываясь с девочкой в приемнике.
Припарковав автомобиль, я выиграла себе время для размышлений. Слишком сложно, слишком страшно, но бросить его сейчас я не могла. Я не могла оставить его один на один с происходящим. Ему нужен человек. Человеку нужен человек.
Глава 8
В приемном покое я сразу увидела знакомую макушку, а рядом с ним врача, судя по всему. Разговор велся на повышенных тонах, но, что радовало, девочки на руках у Андрея уже не было.
- Я еще раз повторяю, что не имею отношения к произошедшему, - рыкнул Андрей поднимая тяжелый взгляд на врача.
- С этим разберется полиция, а пока что ведется следствие, пока что мне не скажут, что вы не виновны, допустить вас к девочке я не могу.
Андрей дернулся, будто получил пощёчину, но продолжил сверлить взглядом врача.
- Зачем же я тогда ее привез? – с шипящими нотками спросил мой мужчина.
- Всякое бывает, - как ни в ем не бывало пожал плечами врач. – А сейчас я должен пойти посмотреть, как ваш ребенок.
Андрей стоял молча, лишь сжимая-разжимая кулаки. Я подошла сзади, приобнимая за плечи, оказывая молчаливую поддержку. Подняв на меня вымученный взгляд, Андрей качнул головой, притягивая в свои объятия. Зарылся носом в волосы и долгое время молчал. Просто стоял рядом и молчал, а у меня разрывалось сердце.
- Девочка с травмой головы с кем приехала? – спустя примерно полтора часа к нам вышла медсестра, подзывая ближе к себе. – Отец? – уточнила она у Андрея. – С девочкой все будет в порядке. Черепно-мозговая травма, но сильных повреждений нет. Лишь сотрясение и нарушение кожного покрова и вывих руки, повторяю - опасности для жизни нет. Все заживет. Ее подлатали и теперь все будет хорошо.
- Спасибо, - Андрей улыбнулся, вновь притягивая меня в свои объятия.
Сразу за медсестрой к нам подошел следователь. Его настрой был написан на лице. Он брезгливо посмотрел сначала на меня, а потом на Андрея.
- Добрый день, капитан Руденко – представился он. – Вы с девочкой приехали?
- Да, - Андрей чуть завел меня за спину, оставаясь с капитаном один на один.
- Нам поступила телефонограмма, что в больницу поступила девочка в состоянии средней тяжести. Тупая травма головы, вывих локтевого сустава, а так же множественные синяки на теле. Вы можете объяснить, откуда на теле десятилетнего ребенка появились такие травмы?
- Нет, - ответил Андрей. – Лера живет со своей матерью. Со мной она видится только по выходным.
- Зачем вы приехали сегодня? – уточнил капитан, внося слова Андрея в блокнот.
- Мне позвонила соседка. Сказала, что слышала крик из квартиры бывшей супруги, грохот и плачь ребенка. Я приехал в течении десяти минут.
- Где в этот момент была ваша бывшая супруга?
- Не знаю, но дома ее точно не было. Лера была одна в пустой квартире. Без сознания. – Андрей сжал зубы с такой силой, что я явственно услышала их скрип. Он был зол. Нет, он был в ярости.
- Вы пытались связаться с матерью? Возможно ли, что девочка пострадала находясь дома одна? – продолжал допытывать капитан, но предвзято смотреть на Андрея он перестал.
- Вряд ли, - покачал головой мой мужчина. – В квартире был погром, к тому же синяки на теле Леры…
- Хорошо, - капитан все скрупулёзно записал. – Как только разберетесь с дочерью прошу вас подъехать в участок, чтобы заполнить все по правилам, с протоколом. Для этого нужны будут ваши документы и документы дочери. Конечно, было бы идеально, чтобы присутствовала и мать, но, судя по всему, мы займемся ее поисками.
Старательно внося адрес квартиры, данные соседки и контактные телефоны, капитан недовольно морщился.
- Будем искать мать. Всего доброго.
- Подождите, - Андрей в один шаг догнал капитана, перекрывая ему дорогу. – Я могу видеть дочь. Врач сказал, пока не будут ясны обстоятельства к дочери меня не пустят.
Капитан печально вздохнул разводя руками.
- Пока что нет, - Андрей сжал кулаки и с ненавистью смотрел на капитана. – Все что вы сказали, это только ваша версия. Нам надо встретится с матерью или, на крайний случай, со свидетелями, подтвердить, что к травмам дочери вы не имеете никакого отношения. Мы не можем допустить даже потенциального преступника к девочке. К тому же, - видимо сжалившись над отцом произнес капитан. – Сегодня она пробудет весь день без сознания, мы пока что доедем до вашей соседки и подтвердим факт, что она совершила вам звонок. Завтра с утра вы сможете увидеть девочку.
- Спасибо, - сквозь зубы прошипел Андрей.
- Привезите пока документы и вещи девочки. Пока и мать никто не пустит к ребенку.
Андрей отпустил капитана, понуро смотря в спину удаляющегося служителя порядка.
- Ты как? – я подошла со спины, не решаясь прикоснуться к мужчине.
- Никак, - честно произнес он. – Моя дочь в больнице, а я даже не могу ее увидеть.
Мы еще долгое время сидели в приемном покое в надежде, что кто-нибудь из врачей выйдет и расскажет что-нибудь о состоянии Лерочки, но никто так и не пришел.
- Ну что вы тут сидите? – старенькая медсестра вышла из-за стойки регистратуры, подходя к нам. – Никто вам уже ничего не скажет – ночь на дворе. Если врач не ушел, то ему точно не до страдающих родителей. У него там дети умирают. Он за их жизни борется. Лучше езжайте домой, приведите себя в порядок, чтобы к доченьке завтра прийти свежим и бодрым. Вещички соберите, а то она только в больничной робе, документы соберите, игрушечку какую новую купите, чтобы настроение поднять. А здесь сидеть смысла нет.
Андрей поднял голову с благодарностью принимая напутствие.
- Вы правы, спасибо. – Медсестра только покачала головой, возвращаясь на свой пост.
Покидали больницу мы рука об руку. Я хотела, чтобы он чувствовал мою поддержку, чтобы он понял, что я рядом, что ему не придется проходить это в одиночестве.
Сев в машину, Андрей некоторое время молча смотрел вперед, после чего завел мотор.
- Спасибо тебе, - неожиданно сказал он поворачиваясь всем корпусом. –Знаю, что на сегодняшний день у нас были другие планы…
- Помолчи лучше, - посоветовала я, чуть прикрыв глаза. – Это не те вещи, которые сейчас стоит обсуждать. Главное, чтобы с Лерочкой все было хорошо.