Жизнь сначала
— Пообещала доделать документы, — ответила Кэтрин.
Мадлен уставилась на нее как на ненормальную.
— А это тебе надо? Зачем?
Теперь уже Кэтрин с удивлением посмотрела на свою напарницу.
— А тебя не учили в детстве, что людям надо помогать?
Мадлен лишь хмыкнула.
Ее ухмылка обидела Кэтрин. Наверное, Мадлен подумала, что Кэтрин захотела выслужиться перед хозяевами. А у нее и в мыслях такого не было. Просто не могла спокойно смотреть на мучения Натали.
Кэтрин хотела объяснить Мадлен свое решение, но тут в магазине появились покупатели, и стало не до этого.
За весь день они перекинулись лишь парой незначительных фраз и ни слова не сказали об утреннем инциденте. Мадлен не заговаривала на эту тему, а Кэтрин не лезла с объяснениями. Пусть думает что хочет. Кэтрин было все равно, она знала, что поступила правильно, и ждала окончания рабочего дня.
Мадлен убежала сразу же после закрытия магазина. У нее ожидалось очередное свидание.
Вчера, когда между ними еще не было недомолвок и глупых обид, Мадлен весь день рассказывала о новом знакомом — умном, красивом, ласковом, внимательном. Кэтрин, как обычно, слушала напарницу вполуха. Она уже привыкла к восторженности, нападавшей на Мадлен в первые дни знакомства с новым мужчиной. С каждым днем восторженность спадала и постепенно сходила на нет, чтобы через несколько дней взлететь на новую высоту. Уже от другого мужчины.
Кэтрин, проводив взглядом Мадлен, повесила табличку «Закрыто» и заперла дверь. Она оглядела опустевший магазин. Было непривычно тихо, даже шум улицы не проникал сквозь окна.
Кэтрин стало жутко. Все-таки в безлюдных помещениях, пусть и привычных, чувствуешь себя совершенно по-другому, чем в окружении людей. Кэтрин поспешила выйти из торгового зала, где, как ей казалось, за ней наблюдают сотнями глаз игрушки. Брр, жуть! Как в фильме ужасов.
В кабинете хозяев, небольшом и уютном, она почувствовала себя спокойнее.
Села за стол, включила компьютер. Пока он запускал программу, Кэтрин придвинула к себе панку с документами и раскрыла ее.
Сердце учащенно забилось, когда она увидела бухгалтерскую ведомость, заполненную цифрами. Как же она, оказывается, соскучилась за это время по числам, проводкам, дебетам и кредитам, по подведению баланса и вычислению сальдо!
Кэтрин вспомнила, что давно, в прошлой ее жизни, Лизи постоянно недоумевала, что ей нравится возиться с сухими цифрами. Кэтрин словно наяву услышала голос Лизи:
— У тебя самая дурацкая работа в мире. И как ты можешь подобным заниматься? Я бы с ума сошла, если бы у меня перед глазами постоянно мельтешили цифры. Целый день одни цифры…
А Кэтрин действительно нравилось. Удачно выполненную проводку она воспринимала как красиво сложенную песню и старалась объяснить это непонимающей подруге. А та закрывала уши руками, не желая слушать.
Лизи работала репортером в небольшой газетенке, и весь ее день был заполнен беготней, общением с людьми и придумыванием новых сюжетов. Поэтому размеренная жизнь Кэтрин, проводимая за столом среди цифр и документов, казалась Лизи невероятно скучной.
Воспоминания о Лизи навеяли грусть. Они столько лет дружили… Кэтрин всегда думала, что они понимают и любят друг друга. А вон как все обернулось… Хотя… хотя, может, и вправду Лизи хотела сделать как лучше, заботилась о ней?
Глупости! Если бы Лизи ее действительно любила и уважала, то никогда бы не направила к этому отвратительному Висту. Она должна была знать, как Кэтрин воспримет его предложение.
При воспоминании о собеседовании в номере отеля Кэтрин передернуло. Нет, она нисколько не жалела, что отказалась от предложения сексуально озабоченного мистера Виста.
Программа наконец-то открылась, и Кэтрин отбросила посторонние мысли. Бухгалтерская работа требовала полного сосредоточения.
Глава 6
Когда Кэтрин закончила работу, за окнами уже стемнело. Она взглянула на часы и вздрогнула. Было без четверти десять. Однако долго же она провозилась.
А Кэтрин казалось, что она только что села за стол, а смотри-ка сколько времени прошло…
Кэтрин запустила принтер, придвинула к себе телефон и набрала номер Стрейзов.
— Алло, — услышала она голос Натали. Голос Натали звучал вполне спокойно, даже весело, и у Кэтрин отлегло от сердца. Значит, с Полем все в порядке.
— Это я, Кэтрин Нил, — кашлянув, сказала она.
— О, Кэтрин! — обрадовалась Натали. — А мы с Полем только что говорили о вас. Я рвалась позвонить, но Поль просил не мешать.
— Я только что закончила, — сообщила Кэтрин и поинтересовалась: — Как Поль себя чувствует?
— Отлично! От ночного приступа не осталось и следа. Ну, а вы каких страстей нарыли в нашей бухгалтерии?
— Никаких. Ну, почти… Я исправила пару проводок, переместила несколько цифр в другую статью. А так все в порядке.
— Фу! — с облегчением выдохнула Натали. — Двойная проверка — надежная проверка. Вы же сами знаете этих финансистов, к любой мелочи готовы придраться.
— Думаю, что теперь никаких проблем не возникнет, — уверила ее Кэтрин. — Я сейчас занесу вам распечатку, и вы ее просмотрите еще раз.
— Кэтрин, я не знаю, как вас и отблагодарить… — Голос Натали дрогнул.
У Кэтрин невольно промелькнула мысль: может, и Натали думает о ней, как Мадлен, считает, что она хочет выслужиться?
— Не надо, Натали, вы меня обижаете.
— Да-да, конечно, не буду, — тут же осеклась Натали.
Кэтрин никогда не была у Стрейзов, но где находится дом, знала. Как-то раз они проходили мимо него с Мадлен.
— Вот тут живут Стрейзы. — Мадлен кивнула на дом.
Дом находился недалеко от магазина, и Кэтрин нашла его без проблем. Тем более что не заметить его было невозможно. Торцевая стена дома была разукрашена граффити в ярко-красных тонах. Еще когда они с Мадлен проходили мимо него, Кэтрин пыталась разобрать, что там изображено, но ничего не поняла. Сегодня она тоже рассматривала рисунок несколько минут, склоняя голову то влево, то вправо. Но и эти уловки не помогли.
— Да, фантазия человеческая безгранична, — сказала она и направилась к входу.
Кэтрин нажала на кнопку домофона и тут же услышала несколько искаженный голос Натали:
— Проходите, Кэтрин.
Лифт поднял ее на верхний, четвертый этаж. Натали ждала ее у открытых дверей. Кэтрин протянула документы.
— Вот спасибо! — воскликнула Натали, принимая папку. — Вы даже не представляете, как выручили меня! Я же вообще утром соображать не могла.
Она уже перелистывала распечатки, и с каждой просмотренной страницей лицо ее все больше расплывалось в улыбке.
— Это же просто замечательно! — Натали захлопнула папку, потом вновь ее открыла, перевернула несколько страниц. — А я не додумалась до такого. Так все намного лучше. — Натали ткнула пальцем в одну из строчек.
— А я всегда так делаю, — сказала Кэтрин, заглянув в документы. Но тут же осеклась и добавила: — Вернее делала.
Натали быстро взглянула на нее, но ничего не сказала.
— Я пойду, уже поздно. — Кэтрин отступила к лифту. — До завтра!
— Ну, уж нет, — остановила ее Натали. — Вы так просто не уйдете. Мы обязаны угостить вас чаем. Так что прошу. — Натали распахнула дверь и отступила в сторону.
— Нет, спасибо, уже поздно. — Кэтрин сделала еще один шаг к лифту. — Да и Полю, я думаю, не до гостей.
Натали схватила Кэтрин за руку и потащила за собой.
— Я вас не отпущу без угощения. — Заметив протестующий жест Кэтрин, она строго добавила: — И никаких отказов. Я же ради вас черничный пирог испекла. А это, знаете ли, геройство для такой хозяйки, как я. Ну что, зайдете?
Натали просительно заглянула в глаза Кэтрин, и та не смогла отказать.
— Зайду, но только ненадолго.
— Конечно, ненадолго. Выпьем чаю, съедим пирог и все. — Натали пропустила Кэтрин в квартиру.
Кэтрин сразу поняла, что ее ждали.
Стол был накрыт. В центре красовался пирог, поджаристый, с аппетитной корочкой, и от него исходил такой аромат, что Кэтрин, стоящая у дверей, почувствовала его. И сразу же вспомнила, что последний раз ела в обед, много часов назад. Желудок от этого воспоминания сжался, рот наполнился слюной. Надо же, так увлеклась работой, что даже не заметила, что голодна.