Ржавый-ржавый поезд (СИ)

На этажерке стояла огромная глиняная ваза, подарок драгоценной свекрови.
– Ай!
Стивен совершенно упустил момент, когда в доме у него оказались два чужака, один из которых, солнечно-рыжий и высокий, в последний момент выдернул Таррен из-под падающей этажерки, а второй – ловко подхватил злополучную вазу у самого паркета.
Джилл, побледневшая и испуганная, перевела дух.
– Не знаю, кто вы, ребята, но вы мне жизнь точно спасли… По крайней мере, ту её часть, которую могла бы потратить эта вреднючая лиса на нотации… ой, прости, Стив, то есть не вреднючая лиса, а милая матушка. Спасибо, – серьёзно проговорила она, и тут уж дураку стало бы ясно, что всякие там вазы ни при чём.
А дальше как-то само собой получилось, что пока Стивен вдвоём с седым пареньком ставил обратно этажерку и собирал с пола всякую дребедень, рыжий красавчик спелся с Джилл и даже успел помочь ей вымыть посуду.
Конечно, после этого они не могли не остаться на ночлег.
Лисья интуиция советовала расслабиться и как следует сунуть нос в настоящее волшебство, уж коли выпала такая возможность. Но всё равно Стив весь вечер ревниво следил за чужаками – и за ужином, и потом, когда пришло время показывать фокусы. С присутствием седого мальчишки он очень быстро смирился – тонкокостный, жилистый Кальвин с его серьёзным взглядом сразу вызвал симпатию. Стив даже вспомнил, что у него самого когда-то была такая же серая толстовка с капюшоном и похожая майка с мультяшными глазастыми самолётами.
А вот второй…
Нет, фокусы он показывал чудесные. Сложенные особым образом листы бумаги превращались в его руках в настоящих бабочек и голубей, картинки на игральных картах оживали, а заколдованный Кальвин воспарял в воздух словно и впрямь взаправду. Но, во-первых, рыжий был слишком красив, во-вторых, Джилл покраснела от его комплиментов целых четыре раза за вечер, а в-третьих… в третьих Стив заметил, что руки выше запястий у него сплошь испещрены уродливыми шрамами, похожими на плохо зажившие порезы и ожоги. И такие же шрамы были видны под вырезом рубашки…
Стиву как-то не верилось, что хороший парень может получить столько шрамов.
Рыжий долго терпел его испытующе-мрачные взгляды, а потом, улучив момент, подошёл и шепнул на ухо, окутывая запахами пороха, чабреца и опасности:
– Я знаю, о чём вы думаете. Но, честное слово, я с этим завязал.
– С чем? – пристыженно спросил Стив, думая, какая из неподобающих мыслей могла отразиться у него на лице.
– С убийствами, – без улыбки ответил рыжий и подмигнул. – Я теперь самый обычный волшебник.
Глаза у него были синие-синие – и лукавые.
– Эй, Клэр, хватит пугать хозяина дома! – Кальвин в шутку растрепал волосы приятеля, обнял его и тайком что-то шепнул ему, встав на цыпочки. Взгляд у рыжего стал мечтательным. – Покажи лучше свой коронный!
– С огромным удовольствием.
И не успел Стив толком испугаться, как рыжий Клэр выдернул из икебаны на комоде сухую розу, взмахнул ей, повёл рукой…
И роза расцвела.
– Мэм, это для вас, – галантно поклонился он Джилл, поцеловал ей руку и вручил цветок.
Джилл застенчиво покраснела в пятый раз за вечер и задержала пальцы рыжего в своей ладони чуть дольше, чем позволяли приличия.
После этого Стивен, конечно, не выдержал, страшно разгневался и разогнал всех спать, тем более что полночь большие часы отзвонили уже давным-давно. Наутро он собирался извиниться, но странная парочка исчезла. Потом, много позже, кто-то видел их на вокзале, кто-то – почти месяц спустя в другом городе, где они показывали умопомрачительные фокусы на главной площади.
Роза простояла в вазе до самого Самайна, медленно роняя огненно-рыжие лепестки, а затем пустила корни.
Джилл посадила её в саду.
END