Ассистентка для похитителя мыслей (СИ)

Он подался вперед, и зарычал, показав великолепные белоснежные зубы. А потом очаровательно рассмеялся.
— Но человеку добросовестному, исполнительному, со мной будет легко сработаться. Я обходителен с теми, кого принимаю в свою команду.
Ох, ядовитые грибы, кажется, я начинаю терять бдительность.
— Разумеется, Мередит, перед тем, как пригласить вас на работу, мы навели о вас справки. Я знаю, что ваш родственник… скажем, не такой уж и близкий, хоть и брат, сейчас находится под следствием. И вы потеряли из-за этого работу.
В глазах Андреаса появился намек на сочувствие.
— Возможно, вы сюда как раз из-за этого и пришли? — вкрадчиво спросил он.
И я напряглась.
  
2.4
 
Вот сейчас он меня раскусит. Залезет мне в голову и скажет, что я пришла сюда найти тех, кто обдурил брата… вон у него какой пронзительный взгляд. Я только сейчас заметила, что глаза не улыбаются, пусть вокруг них и собираются едва приметные лучики морщинок, показывающие, что лицо принадлежит жизнерадостному человеку. Но из глубины идет холод, словно под этой приятной оболочкой изысканного красавца прячется кто-то опасный.
Директор корпорации миролюбиво продолжал:
— Я читал в газетах, что у господина Белоследа частичная потеря памяти. Возможно, вы хотели бы вернуть его воспоминания и попытаться его обелить?
Я судорожно кивнула. Пусть так думает.
— Что ж, должен вас разочаровать. Работа с каждым клиентом — это ресурс. Люди склонны думать, что менталисты только и делают, что забираются в сознание всем подряд и читают мысли. Совершенно дикие предположения, надо сказать. Ведь это требует затрат магии и личной энергии даже от профессионала высокого уровня. И просматривать всех подряд слишком расточительно, поскольку очень истощает. Так что если у вас был страх, будто я накинусь вас считывать, можете успокоиться. Мне это невыгодно.
Тут я слегка успокоилась. Еще бы, Андреас сегодня был таким располагающим к себе!
— К тому же, из главного управления безопасности не поступало запросов на обследование вашего брата. Согласно их версии — Тиберий Белослед просто путает показания, чтобы избежать расплаты. Что ж, такое тоже случается. А вот так взять и предложить свои услуги следствию я тоже не могу. Только если не настоит его адвокат. И, разумеется, это будет стоить денег.
— Но определитель правдивости показал, что Тиберий ничего не помнит! — вскинулась я.
— Это вам матушка сказала? — прищурился Андреас.
Я растерянно кивнула.
— А вот у меня есть другая информация. Из источников, близких к управлению. И поверьте, не все так просто.
Он задумчиво посмотрел на меня.
— Вы необычная девушка, Мередит. На собеседовании у нас с вами возникли некоторые… разногласия.
Да уж, разногласия. Я отказалась убивать ради тебя.
— На самом деле это была проверка вашего уровня внушаемости. Вы ее прошли. Но да, мне хотелось бы видеть наивысшую степень преданности от своих ближайших сотрудников. Люблю чувствовать себя в безопасности.
И он снова мило улыбнулся.
— Не хотите ли кофе, Мередит?
— Я бы с радостью, но подозреваю, что делать и приносить его — моя обязанность. А я не знаю что тут где брать.
— Чудесная готовность к работе! — Андреас поднял вверх большой палец. — Сегодня я сам вам всё покажу. А за чашечкой благородного напитка мы обсудим, как будет строиться ваша работа. И вы подпишете кое-какие документы.
Мы с ним вышли в приемную, где оказалась неприметная дверца в чистенькое небольшое помещение, в котором было все необходимое для того, чтобы сделать чай, кофе и даже приготовить обед при желании. И все было оформлено в том же стиле, что и владения директора. Высокий шкаф, похожий на раздутый пенал школьника, упирался чуть ли не в потолок. Открыв его, я увидела кучу полочек с разными продуктами, печеньем, сахаром, сиропчиками. Ассортимент огромный. Судя по тому, какой свежестью повеяло с полок, шкаф охлаждался.
На небольшом столике уместились крохотная плиточка, чайник, кофейный горшочек и даже вафельница.
 
— Вот здесь все, что нам потребуется для поддержания сил в течение дня. Иногда и на обед в кафе времени не остается. Да это еще и так неэкономно.
Второй раз слышу от него о расточительстве ресурсов. Кажется, Андреас Угрюмош тот еще скряга, пусть и обаятельный.
— Андреас! — раздался удивленный и отдаленно знакомый голос. Оглянувшись, я увидела «жреца». — Ты снова сам себе готовишь?
— Задаю верный курс новой сотруднице, — пожал плечами директор, — ты будешь?
— Не откажусь, — оживился «жрец», и наконец представился, — я — Юджин Филин, первый заместитель господина Угрюмоша.
— Пройдемте в кабинет, — велел нам директор, раздавая чашечки с ароматным напитком, — Юджин, возьми мой кофе. Я прихвачу закуски.
Как мило! Эти двое будто на дружескую встречу меня позвали, а не документы подписывать.
Но когда вернулись в кабинет, Андреас стал серьезным.
— Итак, прекрасно, что вы оба здесь. Если я о чем-то забуду, Юджин подскажет. Прежде, чем окончательно соглашаться работать на меня, вам, Мередит, придется подписать документ о неразглашении информации. А господин Филин его заверит магической печатью.
— А какой именно информации? — осторожно поинтересовалась я.
— Всей! — хищно ответил Юджин. — Вообще любой, включая сведения о расположении запасов кофе.
— Это, кстати, самое ценное, — подтвердил Андреас, — растаскивают, стоит проболтаться, что он есть.
— Но хватит шутить, — директор отпил кофе, зажмурился от удовольствия, — мне нужна была не просто ассистентка, но еще и умелая травница. Я не стал писать это в требованиях к кандидаткам. Просто потому что тогда ушлые дамы принялись бы в своих резюме раздувать именно эту способность. Даже если они просто хорошо заваривают чай. Поэтому скажу лишь, что главное, из-за чего вас позвали — владение магией травников. А дальше — или вы подписываете документ и я продолжаю. Или мы прощаемся.
Я чуть оцепенела, держась за чашку. Чтоб не упасть, вероятно.
— Дорогая Мередит, продолжение — после подписки… то есть подписи в договоре.
— А прочитать я его могу сначала? — разморозилась я.
— Пожалуйста, — разрешил Филин, но вид у него был недовольный. Мне протянули договор на двух плотных листах бумаги. Я внимательно его изучила.
В нем значилось, что я не имею права распространять никакие сведения о том, что происходит в Корпорации Ментального здоровья, вести публичных бесед с журналистами и рассказывать о сути своих должностных обязанностей даже близким родственникам. И данное соглашение распространяется не только на период, пока я тут работаю, но и еще два года после. А если я нарушу эти условия, то Корпорация выберет «меру взыскания» на свое усмотрение.
Вот это выглядело особенно жутко.
Заметив мои колебания, Андреас вкрадчиво спросил:
— Так что вы выбираете, Мередит? Вернуться домой, к безработице, без надежд на успешное будущее, продолжать плясать под дудку вашей матушки… или принять отличное предложение? И иметь возможность не рассказывать даже о том, сколько вы зарабатываете, скрываясь за нашим соглашением?
— А какие меры взыскания может «усмотреть» Корпорация? — задала я наиболее волнующий меня вопрос.
— Любые, Мередит, лучше вам этого не знать, — сказал Андреас, и в его глазах мелькнул черный огонь, — уверен, болтать просто не захочется. И… вы же понимаете, что уже сейчас, если вдруг решите отказаться, ваша жизнь не будет прежней.
Это угроза? Что ж, мне действительно некуда сейчас податься. И к говорящим щукам не хочется тоже.
— Перо дадите? — спросила я, стараясь улыбнуться как можно приветливее.
  
ГЛАВА 3. Трудовые обязанности
 
Обязанности мои оказались не только секретарскими. Поэтому меня и величали ассистенткой. Я должна буду ассистировать Андреасу на приемах, которые проводит именно он. Директор не только руководит и бумажки подписывает, он сам прекрасный специалист. В Бертарии не так много менталистов. Это очень редкий дар. На самом деле, возможно, он распространен больше, чем все думают. Но некоторые просто боятся открывать его в себе или другим. Поскольку отношение к ментальной магии всегда было сложным. Даже близкие относятся с подозрением и часто избегают общения.