КиберLove. Секрет звездного странника (СИ)

– У меня мама в вечных заложницах на курорте Эйдор–Эп. 
– Отличная возможность отдохнуть там всей семьей. 
– Тебе только кажется, что все так легко, – я с укором посмотрела на Матвея. – А как же дети? Наши дети? Они не могут расти среди кибернетов, иначе одичают и так и не узнают, что такое настоящие люди. И перевозить их с места на место тоже не дело. Однажды начнется школа, и они вынуждены будут покинуть нас. 
– Я знаю, чем займусь, пока ты будешь грызть гранит науки, – Матвей загадочно улыбнулся. 
– Чем? 
– Начну строить звездолет–город! – его глаза горели. – Со школами, музеями, зоопарками и… Мы вместе придумаем, чем еще будет богат наш город. Я уверен, отыщется немало семей, которые разделят нашу идею. У нас для всех найдется работа. 
Я в восхищении открыла рот. Этот мужчина сведет меня с ума. Он делает все, чтобы я была счастлива. 
– А если наши планы поменяются? – осторожно предположила я. – Вдруг мы захотим вести оседлый образ жизни? 
– Что нам стоит купить участок земли на любой из планет и поставить звездолет на прикол? Наш дом всегда будет с нами. 
Мечты мечтами, но полет «Звезды» подходил к концу, и я все чаще грустила. Меня страшило расставание, которое я сама придумала. Конечно же, мы будем видеться. Глупо думать, что мы разбежимся и встретимся только через три года. Как заявила Жейда, если любовь не подкармливать, она зачахнет. Просто каждый из нас будет занят своим делом, а увидеться получится только на каникулах. 
– Как ты думаешь, город на пятьдесят тысяч человек достаточно большой, чтобы наши дети не чувствовали себя одинокими? – спросил меня Матвей, отвлекаясь от сложных расчетов. Он теперь всюду таскал с собой огромный зумкомом. Говорил громко, поскольку постоянно находился в наушниках. Кто–то с другого конца звездной системы бесконечно консультировал его. 
– Мне трудно представить такой масштаб, – я побултыхала ногами в бассейне. Я видела перед собой человека, загоревшегося идеей, и от того еще больше казалась себе бездельницей. Матвея не переделать. Осуществит один проект, тут же возьмется за другой. Я должна буду привыкнуть к его неугомонной натуре. – Много это или мало?
– Где–то в три–четыре раза больше, чем пассажиров на «Звезде». 
– Получится такая же тихоходная черепаха? – я криво улыбнулась. – У нас полжизни уйдет на путешествие от планеты к планете. 
– Ты забыла, с кем связалась? – Странник отложил зумком. – У меня полно идей, как усовершенствовать наш дом. И большая часть из них уникальна. 
– Я не сомневалась, – я лениво пожала плечами. 
– Ну–ка, что за настроение? – Матвей вытащил наушники и опустился рядом. 
– Мне страшно. Послезавтра уже Липуту. А вдруг Лерих поймет, что его заманивают в ловушку, и все пойдет не так, как ты планируешь? 
– Думаешь, я стал бы рисковать тобой, если бы не рассчитал операцию до мелочей? 
– Я сейчас не о себе. Я боюсь за тебя. За папу, который тоже будет там. 
– Не бойся. Я всемогущий. 
– Хвастунишка. 
– Пусть хвастунишка, но все равно всемогущий. 
Матвей за подбородок повернул мое лицо к себе. Большим пальцем тронул нижнюю губу. Потом наклонился и поцеловал. 
– Я хочу тебя, – прошептала я ему в губы. 
– Здесь или на мягком? 
– Лучше на кровати. Я хочу, чтобы потом ты долго–долго меня обнимал. А то в последние дни ты обнимаешься только с зумкомом. 
Матвей рассмеялся. Поднялся сам, помог мне и, подхватив меня на руки, понес в спальню. 
В принципе, чему я удивляюсь? Так будет всегда. Звездный странник увлекающаяся натура, и мне придется напоминать о себе. 
Но вот наступил день Икс. В иллюминаторы уже был виден Липуту. Весь в огнях, он на черном небосклоне смотрелся так, словно в космосе висела не искусственная планета, а драгоценная шкатулка. 
– Надо купить еще пару чемоданов, – я стояла перед шкафом, который Матвей забил одеждой. Я не рассчитывала на такое количество нарядов. 
Со вздохом я перевела взгляд на скоромную сумку, с которой взошла на «Звезду». Рядом с огромными чемоданами она смотрелась, как беспородная шавка рядом с собаками–чемпионами. 
 
После покупки вещей для меня в свет мы выходили всего один раз, и то это был ночной клуб, где никто на нас не обращал внимания. Мы танцевали, целовались, потом занимались сексом на одном из диванчиков приватной зоны, потом опять танцевали и целовались. Я чувствовала себя развратной женщиной, поскольку по желанию Матвея не надела нижнего белья. Лишь тонкая ткань струящегося платья обтягивала мое тело. А теперь я смотрела на вешалки с великолепными нарядами и не понимала, с чего начать. 
– Не мучайся, – Матвей сидел на кровати абсолютно голый, но опять с зумкомом и в наушниках. Вокруг него валялись вещи, которые я уже вытащила из шкафа, но еще не рассовала по чемоданам. – Выбери то, в чем будешь чувствовать себя удобно, а остальное оставь профессионалам. Я вызвал двух горничных. 
– Скажи, тебе совсем не страшно? – я залезла на кровать и, вытащив зумком из рук Матвея, устроилась между его ногами. – А вдруг я Лериху не нужна живая? Сейчас он рассказывает одну историю, и кто знает, насколько сильно он переврал ее? А тут я со своей правдой. 
– Есть вероятность твоей гибели, но она настолько мизерная, что ее не следует брать в расчет. 
– Что?! – я обернулась на смеющегося Матвея. 
– Сама все скоро поймешь. 
– За мгновение до смерти? 
Мне не дали провалиться в панику. Оказывается, секс на разбросанных по кровати вещах имеет свою пикантную особенность – на моей заднице отпечаталась золотая брендовая этикетка. Мы едва успели одеться. В дверь постучались горничные. 
Нам не пришлось ждать, когда соберут и вынесут наши вещи. Сели в лифт и покатили вниз. Я волновалась, и Матвей взял меня за руку. На пятьдесят первом уровне кабинка остановилась. 
– Разве нам не пора на выход? – спросила я, понимая, что Матвей ведет меня на смотровую площадку. Ее опять выдвинули. И снова она была абсолютно пустая. Кто захочет глазеть на город с высоты, если полет подошел к концу? 
–  Подождем, когда немного схлынет толпа. 
Я перегнулась через перила. Открыли сразу несколько шлюзов. Автомобили и аэрокары, разбирая пассажиров, быстро покидали перрон. 
– Как бы тебе в такой толчее не упустить Лериха, – я напряженно всматривалась в стоящие внизу машины. 
– Пусть он переживает, как бы не упустить тебя. «Звезда» опустеет не скоро. Ему придется подождать. Пассажиры верхних уровней никогда не спускаются первыми. Пока они развлекаются и пьют шампанское на смотровой площадке, устроив себе прощальную вечеринку, освобождаются нижние уровни. 
Я посмотрела наверх. На площадке семидесятого уровня было многолюдно. Звучала музыка, доносились разговоры и смех. 
– А почему мы не пошли туда? 
– Хотела бы на прощание пощипать перышки своим курицам? 
Я на самом деле не отказалась бы блеснуть перед курицами в новом виде. Приглашенный стилист вернул мой природный цвет волос, а дорогая одежда снова превратила меня в девочку–люкс. Почему бы не утереть некоторым нос? 
– Нет иной причины нашего уединения? – я сощурила глаза на манер Жейды. 
С ней и Ригом мы попрощались еще вчера вечером. Синевласка даже поплакала на моем плече, но клятвенно пообещала созваниваться. Ее пути с Ригом расходились: он возвращался на Крагнатум, а семья Жейды отбывала с Липуту через два дня. Ее отца ждала работа на другом конце звездной системы, и он не рискнул отпустить свою несовершеннолетнюю дочь туда, где еще идет война. 
Спросив о нежелании присоединяться к гуляющим на семидесятом уровне, мне на минуту показалось, что Матвей не хочет афишировать наши отношения. Не потому, что я якобы из низшего класса – что это неправда знали мы оба, а потому, что меня могли принять за содержанку, что конечно же не прибавило бы Звездному страннику чести. 
– Отсюда нам лучше будет виден спектакль, – дал свое объяснение Матвей, подходя к одному из видеозумов. Пошарив объективом по стоящим на перроне людям, задрал зум куда–то в сторону и вверх.