Никто не вечен (СИ)

— На ней метка. А на двери я установил магический периметр. Если она выйдет из номера, мне сразу станет об том известно. Собственно, я рассчитывал, что этот тип пойдёт к Софии. Возможно, попытается её увести. Даже велел ей заказать таблетку. Она ему открыла бы, если б он подкупил администратора на ресепшене и узнал о её звонке. Но, кажется, игра пошла по другим правилам.
— Будешь звонить? — нервничая, спросил Гермес.
— Думаю, стоит. Послушаем, что скажут.
Нажав кнопку, я прижал трубку к уху. Один гудок, второй, третий… Щелчок.
— Господин Оболонский? — голос мужской, низкий, но как будто слегка надтреснутый.
— Он самый. С кем имею честь?
— В отличие от вашего босса, я не питаю склонности к Древней Греции. Так что называйте меня Маркиз.
— Чем могу помочь, Ваше Сиятельство?
— У вас есть то, что мне очень нужно. А вот вам уже не особо. Комитет уничтожен, ваш начальник мёртв, что делать с девушкой, вы не знаете. Но извлечь для себя из сложившейся ситуации пользу вы всё ещё можете. Насколько я понимаю, для вас это главное. Предлагаю сделку.
— Слушаю.
— Вы отдаёте нам девушку, а я плачу вам сумму, которую вы сочтёте эквивалентной своим усилиям.
Ого! Похоже, появился шанс решить проблему с оплатой Дюрану. Очень своевременный звонок.
— Миллиард, — ответил я. — И не рублём меньше. Причём обеспеченных золотом.
Если ключ стоит сто мультов, то ярд — минимальная цена за Спящего.
— Это очень большие деньги, господин Оболонский.
— Ну, так вы сами сказали, что девушка вам очень нужна. И мне нужна предоплата. Хотя бы аванс. Чтобы я убедился, что вы не собираетесь меня развести.
— Сколько вы хотите получить?
— Триста миллионов.
— Двести. Чтобы вы начали мне доверять, этого вполне достаточно.
— Когда вы сможете перевести мне деньги?
— В течение трёх часов. Может, чуть больше. На такие суммы требуется время. Думаю, вы сами знаете.
— Хорошо. Записывайте номер счёта.
Я продиктовал ряд цифр.
— Позвоните, когда придут деньги, — сказал Маркиз. — И, господин Оболонский, — пауза. — Не пытайтесь меня обмануть. И вы, и девушка далеко не бессмертны. Если ваша спутница не достанется мне, я позабочусь, чтобы она не досталась никому.
В трубке раздались короткие гудки.
— Ну, что? — спросил Гермес.
— Кажется, сто миллионов у нас будут.
— Значит, можно выпить?
— Вроде того.
Мы чокнулись. Гермес опрокинул в себя свой виски, я же сделал из своего стакана небольшой глоток.
— Как ты это пьёшь? — спросил я. — Чистая ж отрава!
— Не волнуйся. Это всё, что я себе позволю за сегодня. Вечером буду, как стекло. Так расскажи, что и кто тебе сказал.
Я вкратце предал наш разговор с Маркизом.
— Думаешь, этот парень из альянса? — выслушав, спросил Гермес.
— Наверняка.
— Ладно, что ты собираешься делать? Мы ведь не отдадим ему девчонку?
— Зачем тогда я покупал бы у Дюрана ключ?
Связной улыбнулся и кивнул.
— Хорошо. Значит, берём у альянса бабки, покупаем ключ, и вы валите обратно в Россию?
— В целом, да, план таков. Не думаю, что у них есть здесь свои люди, кроме урода за стойкой. Но он не проблема. Так что избавимся от него и вылетим так же, как сюда попали. Если, конечно, ты сможешь раздобыть Маску Лицедея со сроком действия на шесть часов.
— В Макао есть всё, — отозвался Гермес. — Дай мне денег, и я достану.
— Тогда до связи. Не забудь: встреча с Дюраном в девять.
Связной залпом допил бурбон, поморщился и кивнул, слезая со стула.
— Замётано, братан. Ты услышишь меня, когда придёт время.
Он направился к выходу. Следящий за мной агент проводил его взглядом, но не двинулся с места. Я положил в карман телефон, который он мне передал, посидел ещё минут двадцать, попивая коктейль, а затем оставил на стойке банкноту и пошёл в номер. У моей спутницы как раз должен был начаться откат после приёма зелёной таблетки, так что надо было её проведать.
  
Глава 9
 
Поднявшись на этаж, я постучал в номер. Спустя пару минут из-за двери раздался знакомый настороженный голос:
 
— Кто там?
— Это я, Владимир.
Щёлкнул замок, и я увидел лицо Софии. Именно её, а не той женщины, по чьим документам она прилетела в Макао.
— Слава богу! — проговорила она. — Мне нехорошо. Наверное, откат, про который ты говорил.
— Он и есть, — кивнул я, входя. — Тебе лучше прилечь. Таблетку приносили?
— Да, но я не стала принимать. Не была уверена, что это поможет.
— Не поможет. Должно пройти время. Всё будет в порядке. Я пользовался Маской Лицедея не раз, так что знаю, о чём говорю.
София прошла к кровати и легла.
— Тошнит, — пожаловалась она. — И голова кружится. Кстати, я тут, пока валялась, подумала: могут ведь заметить, что твоя спутница вдруг стала выглядеть иначе. Вернее, что в нашем номере живёт другая женщина.
— Никто ничего не заметит, — ответил я. — Документы у тебя проверили при регистрации, портье, приносивший таблетку, видел тебя уже в нормальном обличье. Ведь так?
— Да. Я вызвала его, когда эффект уже прекратился. Похоже, ты всё точно рассчитал.
— Само собой. Так что беспокоиться не о чем.
— Как у тебя прошло? Встретился, с кем хотел?
— Да. Сейчас ты должна отдохнуть и прийти в себя. Затем мы сходим поужинать, а после отправимся в казино. Там будет продавец.
— Что ты у него покупаешь?
— Тебе это знать пока не обязательно.
— Ты мне не доверяешь?
— Я никому не доверяю. Постарайся поспать. Это помогает лучше всего.
— Ладно, попробую.
София задремала спустя полчаса. Я же сидел в ожидании звонка от Маркиза. Пару раз проверил свой счёт, но он был пуст. Наконец, около шести часов пришло уведомление о зачислении средств. Полная сумма, как мы и договаривались. Отлично! Теперь есть, чем расплатиться с Дюраном. Как только я проверил состояние счёта, раздался телефонный звонок с единственного записанного в переданный мне мобильник номера.
— Да? — ответил я, приняв вызов. — Деньги получены.
— Рад слышать, господин Оболонский, — раздался в динамике уже знакомый надтреснутый голос. — Теперь передайте девушку нашему человеку. Вы его уже видели. После этого получите остальную сумму.
— Это исключено, — ответил я.
— В каком смысле? Мы ведь заключили сделку. И вы удостоверились в моих добрых намерениях.
Пришло время для блефа.
— Всё верно, только она будет сопротивляться. А это может привести к преждевременной инициации. Сами понимаете, чем это чревато. Я, во всяком случае, оказаться с ней рядом в этот момент не хочу.
— Ну, так успокойте её. Скажите, что она должна пойти с нашим человеком.
— Она не дура. Нет, ваш план никуда не годится.
— У вас есть получше? — спросил после паузы Маркиз.
— Естественно. Я доставлю ею обратно в Россию, и там можете её забирать и делать, что хотите. Когда я окажусь в безопасности.
— Мне не нравится, что вы меняете условия сделки, господин Оболонский. Имейте в виду, что вам не будет уплачена оставшаяся сумма, пока девушка не окажется у нас в руках. Так что больше никаких фокусов. И вот ещё, что: после того, как вы получили от нас деньги, вы скомпрометированы, так что хранить верность Комитету просто нет смысла. Вам там уже никогда не будут доверять, как бы ни повернулись обстоятельства. К тому же, вы и сами понимаете, что ваших прежних хозяев больше нет. Если кому и удалось спастись, Комитетом их уже не назовёшь. Вам было бы лучше перейти на нашу сторону. Подумайте об этом. Отдайте девушку, и мы подыщем вам работу, которая придётся по душе специалисту вашего класса.
Ого, угрозы, шантаж и вербовка разом! Неплохо, совсем неплохо. Другой на моём месте, наверное, даже всерьёз задумался бы о таком предложении.
— Я понимаю, Ваше Сиятельство. И поразмыслю над вашими словами. У меня пока есть на это время.
— Пока — да. Всего доброго, господин Оболонский.