Особенный наследник (СИ)

— Ай, мля! — вскрикнул дружинник. — В ногу, в ногу, сука!
— Дядь Андрей, там снайпер! — крикнул я, оттаскивая раненого вглубь помещения. — Усиленными бьёт!
Грохнул ещё один выстрел. Пуля ударила по железному корпусу «Гектора».
Вытащив из аптечки Леонтия перевязочный пакет, я наложил на рану. Та сильно кровоточила, китель вокруг промок. Ноге повезло больше. Пуля не пробила кожу, но в голени то ли трещина образовалась, то ли перелом, поскольку дружинник от боли не мог пошевелить ступнёй.
Четвёртый выстрел. Судя по звуку, снайпер работал со стороны, откуда мы приехали. Пули были усиленные. Нападавшие знали, против кого воюют, и хорошо подготовились.
Пятый хлопок. Андрей и Арсений друг за другом влетели в дом. Едва они оказались в помещении, как на улице раздался мощный взрыв, и на асфальт упала автомобильная дверь. «Гектор» горел с развороченным боком, его окутывал густой дым.
— Да что ж это такое-то! — возмутился Андрей. — Нас прижали. Со всех сторон бьют. Ты как? — он посмотрел на Леонтия.
— Жить буду, — тот поднял вверх указательный палец. — Только идти, кажется, пока не получится.
— Видел, откуда снайпер работает? — спросил я дядю.
— Нет. Но там пятиэтажный дом на возвышенности рядом с трубой. Если бы я искал удобное место, расположился бы там.
Я подошёл к двери и осторожно выглянул. Действительно, метрах в двухстах-трёхстах от нас на пригорке возвышалась заводская труба, а рядом находилось пятиэтажное здание. Я быстро убрал голову, и в следующий миг стену рядом раскрошило мощной пулей.
— Итак, — объявил дядя Андрей, собрав всех. — Я передал нашим в зоне «Д», что мы попали под обстрел и что работает снайпер. Они сюда не поедут, нам придётся отойти в безопасное место. Попробуем пробраться дворами.
— Где они нас встретят? — спросил я.
— Скорее всего, на пятнадцатом проезде.
— Далеко, — заметила Елена. — Нам с раненым непросто будет. И что со снайпером делать?
Положение наше были незавидное. Мы остались без связи. Рация и мобильник Андрея находились в машине, которая теперь горела под окнами дома. Чтобы выбраться отсюда, требовалось идти задворками, да ещё и тащить раненного. А улицы тут были запутанными и частично простреливались с пригорка. Местные здешний район знали лучше нас, а мы хоть и являлись клостами, но бессмертными не были. Об этом красноречиво говорила рана в плече Леонтия.
— У меня идея, — сказал я. — Вы оставайтесь здесь, а я подберусь к снайперу и устраню его.
— С ума сошёл? — дядя Андрей угрюмо взглянул на меня. — Ты знаешь, сколько их там? Как ты к нему подберёшься?
— Дворами. Слушай, мне в голову уже стреляли усиленной пулей. В упор стреляли. Выжил. И теперь не пропаду.
Дядя Андрей не сразу, но согласился, что высоту, с которой простреливаются все окрестности, надо зачистить. Однако одного меня не отпустил. Приказала Елене и Арсению отвлекать противника, а сам отправился со мной.
Ушли дворами подальше от дома, там перебежали злополучную улицу и углубились в кварталы, стараясь держаться возле стен и заборов так, чтобы оставаться невидимыми для того, кто мог сидеть в здании на холме.
Улица была узкой, извилистой. Мы свернули в проход между домами, где даже машине не проехать и выбрались на ещё одну улицу, что вела в гору. Андрей двигался первым, я — за ним, контролируя тыл. То и дело позади нас раздавалась пальба — дружинники с кем-то перестреливались. Слышали мы и снайпера. Звук долетал как раз со стороны пятиэтажки, и это ещё больше убеждало меня, что мы движемся в правильном направлении.
Впереди загудел мотор. Мы остановились и прижались к стене. Машины тут ездили редко, а народ и вовсе не попадался на улицах. Людей здесь проживало мало, да и те, кто были, заслышав стрельбу, наверняка попрятались по домам.
Из-за поворота выехал пикап с вооружёнными мужчинами в кузове.
— Огонь! — скомандовал Андрей.
Вскинув автоматы, мы почти одновременно дали очередь. Стекло пикапа превратилось в решето. Машина не останавливалась, и мы продолжали высаживать в неё боекомплект. Кто-то вылез на ходу из кузова и кубарем покатился вниз. Пикап врезался в стену. В кузове были двое раненых. Смуглый мужчина в военных штанах и оранжевой майке принялся стрелять по нам. Я уложил его несколькими одиночными. Дядя в это время добил парня, который выпрыгнул ранее. Дверь пикапа приоткрылась, я выпустил в неё остаток магазина, перезарядился.
 
Проверил машину — все мертвы. Побежал за Андреем. Тот осматривал распластавшийся на дороге труп. Покойник имел непропорционально широкое тело и уродливую обезьянью рожу с очень низким лбом и массивными надбровными дугами.
— Тавр, — сказал Андрей. — Они часто в банды идут.
Бандиты имели такое же вооружение, как у нас — те же ГОФ-24, только более старых моделей, поэтому нам удалось разжиться запасными магазинами. Впрочем, долго задерживаться не стали. Пятиэтажка была уже близко, и я не хотел, чтобы снайпер сменил позицию или спрятался, прежде чем мы подберёмся к нему.
Территория, на которой находилось нужное здание, притаилась среди крошечных каменных лачуг. Судя по всему, тут было какое-то предприятие, но оно уже давно не работало, а его деревянный забор кое-где завалился.
Мы с Андреем оказались возле самых закрытых ворот. По нам никто не стрелял, но с территории доносились голоса. Местность была труднопроходимая, но мы всё же пробрались до ближайшей бреши и заглянули во двор. Помимо кирпичной пятиэтажки тут находились длинный заброшенный цех и что-то вроде котельной, из которой росла труба.
— Никого, — тихо проговорил Андрей, сосредоточенно вглядываясь в мутные, частично побитые окна пятиэтажного строения. — Но голоса мы слышали. Они где-то тут.
— Надо пробраться ко входу, — я указал на приоткрытую дверь, — и прочесать здание. Там точно кто-то есть.
— Возможно, снайпер не ушёл. Давно его не было слышно.
— Ага, — я пригнулся. Мне почудилось движение в одном из окон на втором этаже. — Я побегу к тому ржавому грузовику, а потом — к двери. А ты прикрывай меня, ладно?
Дядя подумал и кивнул:
— Хорошо. Но смотри у меня, под пули не лезь. Если скажу «назад», сразу возвращайся.
Я забежал на территорию и помчал к грузовику. Из здания донеслись голоса. Потом загремели выстрелы. Кто-то стрелял из пятиэтажки и со стороны котельной. Дядя стал отвечать короткими очередями. Я прислонился к ржавой кабине старой машины и замер.
Грохнул мощный одиночный выстрел. Автомат дяди смолк. Я даже подумал, что в Андрея попали.
Всё смолкло, и вдруг в тишине раздался крик Андрея:
— Он на пятом!
Свои слова дядя подкрепил двумя короткими очередями.
Я ринулся к двери.
Влетев внутрь, я оказался в пустом помещении с обшарпанными стенами. Судя по тому, сколько людей стреляло из окон, тут прятались три-четыре противника. Но главная моя цель находился на последнем этаже.
Тихо ступая по бетонному полу и вертя головой по сторонам, я осторожно двинулся к лестнице, которая, кажется, была тут одна. Остановился, прислушался. В здании всё затихло. Только на улице ещё продолжалась стрельба.
Держа под прицелом лестницу, я медленно пошёл наверх.
Второй этаж, третий… Я окидывал взглядом коридоры и, убедившись, что там никого нет, двигался дальше. Противники попрятались и затаились, не рискуя нападать на меня в замкнутом пространстве.
На улице тем временем стрельба тоже смолкла, а внизу скрипнула уличная дверь. Дядя добрался-таки до здания.
Четвёртый этаж, пятый… Я замер, прислушиваясь. Несколько секунд — мёртвая тишина, а потом внизу опять загрохотали автоматы. Похоже, работал дядя Андрей, зачищая помещения.
Я подкрался к углу, надел свой берет на ствол штурмовой винтовки и высунул его. Меня оглушил мощный хлопок. Сбитый пулей берет отлетел в сторону. Я дал очередь. Выстрел. Угол стены разнесло на кусочки. До моих всё ещё забитых ватой ушей донёсся щелчок затвора. Я выглянул. Тесный, узкий коридор был пуст. Вдруг из дверного проёма высунулся мужик с массивной винтовкой. Я выпустил очередь и убрал голову. Выстрел.