Особенный наследник (СИ)

— Что-то случилось? — спросил я.
— Почему ты так решил? Всё хорошо.
— Как вчера прошло свидание?
— Хорошо… — Инесса как будто хотела сказать что-то ещё, но в это время мы свернули на стоянку. — Вот блин, опять моё место заняли.
Мы поехали между рядами дорогих машины, принадлежащих аристократическим отпрыскам. Сестра высматривала свободное место. Наконец, такое нашлось. Припарковавшись, Инесса заглушила мотор. Собралась выходить.
— Подожди, — остановил я её. — Скажи мне правду. Я же вижу, что у тебя проблемы.
— Да с чего ты взял? — отмахнулась она.
— По глазам вижу. Что-то стряслось, так?
Инесса улыбнулась:
— Смешной ты. Говорю же, ничего не случилось. Просто из-за этого свидания задание не сделала. Кажется, математичка сегодня надерёт мне задницу. Если, конечно, не успею у кого-нибудь списать.
— Тоже не дело, — упрекнул я её. — Учиться надо. Тем более у тебя последний класс гимназии, а ты по свиданиям шляешься.
— Ты что, братик, решил отцом побыть? — Инесса оскалила зубки в белоснежной улыбке. — Будешь меня наставлять?
— Ты — часть нашего рода и не должна его опозорить.
— Говоришь, как отец. Что с тобой произошло?
— Я просто хочу, чтобы у нас было всё хорошо. С Ириной я уже договорился, она не будет лезть в наши дела. Теперь вся ответственность на нас.
— Договорился с Ириной?! — Инесса кинула на меня скептический взгляд. — Не поняла. Это как?
— Неважно. Важно то, что теперь у нас всё будет по-другому. Ирина нам больше не указ. Но это не значит, что можно творить, что захотим. Мы в одной лодке. Понимаешь?
Сестра долго и внимательно смотрела на меня.
— Ну… ладно, — пожала она плечами. — А ты, кстати, не забыл, что у меня в пятницу состязания? Придёшь? — увидев непонимание в моих глазах, сестра добавила. — Я же в турнире участвую по вольному рукопашному бою. Тоже забыл? В прошлом году я заняла четвёртое место. Надеюсь, в этом займу первое. Очень хочу на клановые соревнования поехать.
— Да ты у меня чемпион, — улыбнулся я.
— Пока нет. Но я обязательно сделаю это. Наверное, поэтому у меня последние дни мандраж небольшой. Для меня состязания многое значат. Так ты придёшь?
— Обязательно. Как же я могу пропустить столь важное событие? — я взглянул на часы, до начала урока оставалось менее десяти минут. — Блин, кажется, опаздываем. Пошли быстрее.
Уроки тянулись скучной канителью. Только практика фибральных техник меня вырвала из унылой рутины. Это было действительно что-то новое, необычное. На занятиях мы учились укреплять собственное тело и управлять на расстоянии предметами. Особое место занимали медитация и выполнение различных форм, как в боевых искусствах.
Тренировал нас пожилой мастер Филипп Никанорович. Он не отличался деликатным обращением с учениками, шутил порой довольно жёстко, по-чёрному.
— Пуля в голову пошла тебе на пользу, — сказал он мне, увидев мои успехи. — Если в конце полугодия не покажешь высший класс, я тебе вторую пущу.
А видя, как один парень, которые не отличался особой усидчивостью, выполняет форму, сказал, что если ему сломать руки, то получится хотя бы смешно, а так — стыд и позор.
Своими манерами Филипп Никанорович напомнил прошлого моего замком взвода. Он в Ливии ослеп на один глаза и оглох на одно ухо — мина рядом упала.
После занятия я спросил у Артемия, не было ли случаев, когда Филипп Никанорович действительно кому-нибудь что-нибудь сломал. На что Артемий лишь рассмеялся:
— Да он добрейшей души человек. Муху не обидит. Но тренер строгий. Гоняет всех до седьмого пота. Ты и сам видел.
Мы сидели за одним из столиков в зоне отдыха. По соседству расположились Кирилл и пятеро парней. Остальные готовились к уроку и занимались другими делами. Последним уроком шла экономика, а значит, снова предстояла встреча с Никой Гордеевной.
— Артемий, — крикнул со своего места Кирилл. — Принеси мне чай.
— Эх, ну вот началось, — вздохнул Артемий, поднимаясь.
Предыдущие дни всё было относительно мирно. При мне никто не конфликтовал, княжеские отпрыски нашу компанию не тревожили. А тут началось. Разумеется, мне не понравилось, что Кирилл вклинивается в беседу и раздаёт команды.
 
— Да ты не обращай внимания, сядь, — велел я Артемию и повернулся к Кириллу. — Сам до буфета дошкандыбаешь. Не инвалид.
— Костя, а у тебя, смотрю, голос прорезался? — Кирилл выпучил на меня свои глаза навыкате. — Забыл, как общаться почтительно? Уже не первый раз грубишь. Я слабых не бью, но могу и исключение сделать.
— Ну так сделай. А в слуги к тебе тут никто не нанимался. Твои слуги у тебя дома, вот там и командуй. А у нас все равны.
Все парни, что сидели в классе, обернулись в нашу сторону и принялись внимательно следить за развитием событий.
— Я что-то не понял… Вызов мне хочешь бросить? Серьёзно? Ты — мне?
— А почему нет?
— Не, Костя, ты уже все границы перешёл. Или извинись, или… на ринг. Там и ответишь за свои слова.
— На ринг, так на ринг, — пожал я плечами.
По классу пронёсся удивлённый ропот. За Костей тянулась недобрая слава человека, боящегося драться. А тут, как я понял из рассказов ребят, с которыми общался, стычки были в порядке вещей. Местная молодёжь дралась постоянно: кто-то в шутку, кто-то — для решения разногласий. Поскольку все аристократы являлись клостами, до травм дело доходило редко, и директор не запрещал это «развлечение». Главное, чтобы поединки проходили на ринге или зале для тренировок.
— Э… Сам будешь драться или сестра за тебя выйдет? — поинтересовался Кирилл. Говорил он серьёзно без тени сарказма, но парни, что сидели рядом, стали ухмыляться.
— Сам, — коротко ответил я.
— Ну дело твоё. После уроков приходи в палестру.
Он отвернулся и принялся что-то обсуждать со своими приятелями.
После урока класс расходиться не торопился. Ника Гордеевна сидела, как обычно, за преподавательским столом, а к ней выстроилась очередь ребят, каждый со своими вопросами. Сегодня она была одета в длинную чёрную юбку с широким ремнём, подчёркивающим тонкую талию, и блузку изумрудного цвета с пышным жабо.
У меня вопросов к преподавательнице не было, разве что вопросы интимного характера, но они, кажется, были в данном случае неуместны. Поэтом, собрав вещи, направился к выходу. Артемий, Пётр и Филипп двинулись за мной. Все хотели посмотреть драку. Но вдруг Ника Гордеевна окликнула меня:
— Константин, подожди. Мне нужно проверить твои знания. Посиди немного. Сейчас отпущу ребят и с тобой займусь.
На меня снова все обернулись. Во взгляде парней читалась нескрываемая зависть.
— Придётся тебе подождать, — сказал я Кириллу, который тоже собирался уходить. — У меня, как видишь, дела.
— Ладно, везунчик, живи до понедельника, — ответил он. — Сегодня мне некогда тебя ждать, а завтра у девчонок соревнования. В понедельник после уроков решим наш спор.
Ника Гордеевна быстро отпустила ребят, и мы остались с ней наедине.
— Бери стул, присаживайся, — кивнула она на место рядом с собой.
Я сделал, как она и сказала. Уселся рядом за её столом — так близко, что чувствовал запах её духов, а наши колени чуть ли не соприкасались. Я положил учебник на стол:
— Я ещё не всё вспомнил из пройденного материала. Но стараюсь.
— Это хорошо, что стараешься, — проговорила Ника Гордеевна и отодвинула учебник. — Но сейчас речь пойдёт не о предмете.
  
Глава 8
 
Интерлюдия 2 (Андрей)
Огромные во всю стену окна гостиной выходил в садик с фонтаном. Евсевий сидел в плетёном кресле, а на стеклянном столике рядом стояла холодная бутыль с пивом. Андрей устроился по другую сторону столика, в руках он держал стакан минеральной воды.
Андрей редко употреблял алкоголь, тогда как Евсевий пил постоянно. Это началось давно, ещё после сиамской войны, и с каждым годом проблема только усугублялась. Андрей знал об этом, но ничего не говорил. Он всего лишь этайр, а Евсевий — князь. Каждый должен знать свой место. К тому же Евсевий настойчиво просил не предавать огласке его слабость. А советов он не терпел.