Милехин, вон из кабинета! (СИ)
И вот, нам обоим исполнилось двадцать девять, а все, что появилось нового в наших отношениях за эти годы, – это только скандалы на тему «ты меня не понимаешь».
А я действительно перестала понимать! Я все эти годы носилась по жизни как ужаленная, строила карьеру, узнавала что-то новое, училась. И с высоты этих достижений я и правда перестала понимать своего неоцененного творца.
Меня стало раздражать вечное лежание на диване, вечный срач, который, черт возьми, он не мог к моему приходу с работы убрать, те копейки, которые он зарабатывает написанием поздравлений на заказ. Меня раздражала неопределенность в наших отношениях! Я хотела семью и детей, Олег хотел творить.
Так и закончилась наша любовь. Не сразу. Через скандалы, истерики, слезы, надежду на то, что все поймет и образумится.
Сколько раз мой поэт приползал ко мне на коленях, сколько вымаливал прощения и обещал образумиться – найти нормальную работу, сводить меня в ЗАГС. Вот только все в пустоту.
Так прошла еще пара лет наших отношений – ссорились и мирились, мирились и снова ссорились.
И только совсем недавно я решила, что с меня хватит.
Выставила Олега в очередной раз из своей квартиры, уволилась с работы и рванула сюда – в маленький, уютный городок у моря, преподавать в Техническом Институте основы культурологии и залечивать свои душевные раны. Очень перспективные занятия, да-да.
Я надеялась, что на новом месте я смогу отпустить стары, больные отношения, смогу начать все заново и построить нормальную жизнь с надежным, любящим мужчиной.
Вот только найти бы его для начала…
Я бродила по квартире из комнаты в комнату, вспоминая прошлое и за одно пыталась понять с чего бы начать. Окна чистые, пол тоже, минимум мебели здесь есть. Одежду бы по своим местам разложить, а то буду завтра утром снова носиться как во все места ужаленная и искать относительно опрятную блузку.
Без особого энтузиазма расстегиваю сумку и вываливаю ее содержимое на кровать.
-Катись от сюда! – раздается с лестничной клетки гневный женский голос. – И чтоб ноги твоей здесь не было, подлец!
Ну вот, проблемы-то, оказывается, у всех одинаковые.
-Пошел вон!!! – не унимается барышня. – Женись на своей лохудре, а у меня показываться не смей!
Вот это поворот! Не сумев справиться с любопытством, подхожу к двери и пристраиваюсь у глазка. На лестничной клетке брюнетка в коротеньком халате лупит по чем зря мужика букетом и кричит так, что слышно на втором этаже.
-Любовницей меня сделать хотел? Да за кого ты меня принимаешь, урод?! Да я тебе сейчас все мозги выколочу!
Мужчина поспешно ретируется, а девушка вдруг внезапно замолкает и оседает по стеночке, громко рыдая.
Больше смотреть на это не могу. Вылетаю из квартиры и опускаюсь рядом с несчастной.
-Хватит голосить, все соседи в курсе твоей личной жизни! – говорю ей строго. – Вставай, пойдем скорее.
-Не хочу! – рыдает соседка. – Сердце разрывается, ничего не хочу!
Ну, это мы проходили! Забегаю на мгновение домой и возвращаюсь с кружкой воды. Ледяной душ не одну горячую голову остудил, проверенный метод!
-Ты совсем больная? – девушка резко успокаивается и смотрит на меня огромными глазищами цвета чернослива.
-Нет, - пожимаю плечами, - меня врач даже к детям работать допустил.
Девчонка замирает на мгновение, потом не выдерживает и хохочет. Я с облегчением присоединяюсь к ней.
Смех выходит больше истерический, я не удерживаюсь на ногах и приседаю прямо рядом с соседкой.
-Ты дура больная! – сквозь хохот бормочет она. - Ну какой нормальный человек так утешает?
-На себя посмотри, - отвечаю беззлобно, - орешь, словно умалишенная, потом рыдаешь на весь подъезд. Соседи либо дурку, либо милицию вызовут, при чем сейчас нам обеим.
От этого заявления становится еще смешнее.
-Слушай, - вдруг почти спокойно предлагает соседка, - у меня дома классный коньяк есть, пойдем выпьем. Меня Рая, кстати, зовут.
-А, пойдем! – легко соглашаюсь я. Действительно, что б не выпить? – Я – Полина.
Дома у Раи настоящий кавардак, даже похлеще, чем у меня. Правда здесь это кавардак уютный, обжитой. Везде валяются наряды, косметика, какие-то листы с неровными строчками текста, на стенах висят афиши.
-Я – актриса, – поясняет новая знакома, расставляя на столе рюмки и блюдце с лимоном. – Не хочу хвастаться, но востребованная. Смотри, видишь афиши? Я везде в главной роли!
Афиш действительно очень много, и я на какое-то время залипаю на них. Тут и Мольер, и Шоу, и постановки современных авторов.
-Хочешь, биллеты тебе на свой спектакль достану? – предлагает Рая. – На хорошие места.
-Хочу, – соглашаюсь, – я театр очень люблю.
Ну а что, о здешней труппе я слышала много всего хорошего, так что знакомство вышло удачным.
-Полька, отлипай от стены и иди пьянствовать! – зовет меня соседка. – Будем оплакивать мою тяжелую, бабью долю!
-Из какой пьесы реплику взяла? – легко догадываюсь о том, что слова не свои.
-А, это мы Шолохова ставим, - машет рукой Райка, - там нахваталась. Иди давай.
Плюхаюсь рядом с новой знакомой прямо на пол и берусь за рюмку.
-Ну, за то, чтоб у него ниже пояса все отсохло! – провозглашает тост Раиса и я с радостью поддерживаю. Ее обидчика я не знаю, но, судя по долетевшим до меня с лестницы фразам, урод он еще тот.
Давно я не чувствовала себя такой легкой, свободной и бесшабашной, наверное, со времен студенчества. И дело даже не в ответственности, которую накладывает статус преподавателя, а в том, что компании подходящей не было. Все мои подруги, с которыми мы куролесили, стали серьезными, взрослыми женщинами и я потянулась за ними. А вот теперь понимаю, как же мне все эти годы не хватало отрыва.
-Поль, а хочешь в клуб? – будто читает мои мысли Райка.
-Хочу! – отвечаю честно. – Поедем?
-Ага! – девушка с энтузиазмом кивает, - чеши собираться!
Серьезно? Интересно, в моем гардеробе найдется хоть что-нибудь подходящее для ночной жизни?
-Будет повод навести порядок в шкафу, - хихикаю и мчусь перебирать шмотки.
Нашлось. В моем гардеробе нашлась чудесная джинсовая юбка чуть выше колена и ярко красная водолазка с открытыми плечами.
-Ну ты и красотка! – восхищается вертящаяся рядом Рая.
Я тоже собой довольна. Из зеркала на меня смотрит еще совсем молодая девушка с горящим взглядом и лукавой улыбкой на губах. Давно я себя такой не видела, настолько давно, что успела соскучиться.
Раиса натянула узкие джинсы, настолько обтягивающие ее бедра, что казалось вот-вот лопнут, тоненькую маечку с запредельным декольте и сверху пиджак. Немного пошловато, на мой вкус, но очень эффектно.
Такси не заставило себя долго ждать, из подъезда к нему мы выбежали веселыми, словно девчонки-первокурсницы, мчащиеся на свою первую в жизни дискотеку.
-Сто лет так не гуляла, - призналась Рая.
-Почему? – смотрю на нее удивленно. Но не похожа моя соседка на скромную, домашнюю девочку.
-Ты понимаешь, Поль, - вздыхает она, - актерская жизнь к дружбе не располагает. Все мои знакомые тоже актрисы, и, поверь, это настоящий гадюшник.
Верю. С актерской средой знакома не понаслышке, мои красавицы еще в институте такие финтиля друг другу выкидывали, что страшно представить, на что они способны во взрослой жизни.
-А мужики в основном в дорогие рестораны водят и домой напрашиваются, - продолжила Рая. – С ними не повеселишься.
Это да. С Олегом я никогда не могла просто так покуролесить от души, мы всегда разговаривали на какие-то возвышенные темы, что-то обсуждали, о чем-то спорили. Вот так ржать? Да он бы за сердце схватился от того, насколько это плохой тон!
-Один из самых модных клубов города, - поясняет соседка, когда мы выходим из такси. – Здесь всегда самые отвязные тусовки.
-Ты хочешь сказать самые веселые компании? – поправляю машинально.
-Нет, Поль, веселые компании на детской площадке, а здесь отвязные тусовки.