Белая фарфоровая кошка, которая слишком много знала (СИ)

И тут я не удержался. Я победил, и добить побеждённого противника было моим святым правом.
— Вы имеете ввиду презренный металл или тихое укромное место?
Розмари снова засмеялась.
— А Вы положительно нахал! Но мне это нравится. Редкий мужчина может вести себя так в моём присутствии. За презренный металл можете не беспокоиться, а вот по части укромного места… — она достала свою визитку и черкнула на ней адрес. — Приходите завтра. В шесть вечера. Будет небольшая семейная посиделка. Вы сможете увидеть там Виирле. А я, — тут глаза Розмари сверкнули, — хочу увидеть там Вас.
Она уже собиралась уходить, но тут увидела статуэтку, ту, что я купил в магазине сегодня утром.
— Белая фарфоровая кошка, — протянула Розмари. — Знаете, у моего дядюшки тоже была такая. Берегите её, говорят, нынче они редки.
— Всенепременно приму к сведению, — ухмыльнулся я.
На этом она покинула мой кабинет, оставив после себя тонкий аромат духов и воспоминания. А также визитку.
16:00
Сходил к Сайрусу. Если бы я знал заранее… нет, за дело бы я взялся, но вот гонорар запросил бы несколько иной. МакКавити… Сайрус как услышал, так сразу и сел.
— МакКавити? — переспросил он.
— МакКавити, — ответил я.
И тогда Сайрус внимательно посмотрел на меня. Он посмотрел на меня так, как матёрый детектив, который видел некоторое дерьмо, смотрит на зелёного салагу, который пытается использовать в своей речи жаргон.
— МакКавити, — ответил Сайрус. Затем отвернулся и ушёл в недра своей берлоги, поманив меня жестом за собой. И я последовал за ним через то, что у него заменяет дверь.
Здесь надо сказать пару слов о самом Сайрусе. Он живёт в мире высоких технологий, хакеров, мегакорпораций и киберпространства. Его кабинет заставлен компьютерами с кислотной подсветкой, пахнет благовониями и канифолью, наполнен электронной музыкой и бутылками из-под дешёвого пива. А сам Сайрус скрывает своё настоящее имя за звучным псевдонимом, носит зелёные дрэды, тёмные очки, кожаную куртку и чёртову тьму татуировок. Он хакер. Он элита своего мира. А ещё он мой лучший друг.
— Достань свой телефон, — коротко сказал он.
Я достал. Ненавижу эту трубку, но с определённого момента это стало необходимостью. То ли дело старый-добрый дисковый телефон с проводом, деревянной ручкой и запахом старой пластмассы!
— Посмотри, что тут написано! — полупрокричал-полупроворчал Сайрус и показал пальцем на обратную сторону телефона.
— Эм Ка, — прочитал я.
— Ну?
Я смотрел на Сайруса взглядом из-под бровей, как иной бармен смотрит на набравшегося посетителя за секунду до того, как свистнуть вышибалу. Сайрус смотрел на меня как на поганое нубло.
— Хорошо, — сказал, наконец, он. — Вот монитор. Что написано на нём?
— Эм Ка, — снова прочитал я.
— Чарли, ты дурак, — коротко резюмировал Сайрус. — Вот тут, ниже. МакКавити Корп. Знаешь таких?
И тут я понял. Не простая девушка ко мне зашла, а наследница гигантской мегакорпорации.
— Меня интересуют Виирле МакКавити и Розмари МакКавити, — сказал я. — Слыхал о них?
— Я — нет, — честно сказал Сайрус. — Но интернет знает о них всё.
Через час я знал, где они отдыхают, какую носят одежду и какие любят хэштэги. Я знал о них всё. И я даже знал, куда меня позвала прекрасная Розмари.
16:30
У меня появился план! Но это всё завтра, хватит с меня на сегодня. И так забыл про обед.
Среда
9:00
А утром меня ждали новости.
Первое. Виирле была предельно серьёзна, когда давала большой задаток.
Второе. В полиции служат приятнейшие люди.
Собственно, началось моё утро с радостной миссис Уиллсон, которая вместо чтения очередного бульварного шедевра про страстную розу прерий перелистывала какой-то справочник.
— Здравствуйте, мистер Бэнг! — воскликнула она. — У меня для Вас две хороших новости!
— И каких же? — недоверчиво спросил я.
 
— Во-первых у Вас посетитель! — глаза миссис Уиллсон так и горели.
— Я не жду посетителя, — осторожно и немного небрежно ответил я. — Надеюсь, это красивая девушка в роскошном платье?
Миссис Уиллсон скривила губы.
— Это полицейский в поношенном пальто.
Я тоже скривил губы.
— А какая же вторая хорошая новость?
— К вам ночью вломились воры! — радостно воскликнула миссис Уиллсон.
— Простите, Вы вроде говорили про две хороших новости, я ничего не пропустил?
— Мистер Бэнг, Ваш кабинет застрахован только от перестрелок и краж со взломом. Значит, если докажут факт кражи со взломом, то ремонт в кабинете оплатит страховая! Вот, здесь всё написано.
Глаза миссис Уиллсон горели. Я действительно заметил на её столе буклет из страховой, а рядом — “Обворожительную фиалку и семь самураев” в обложке от этого буклета. Ну что ж, о вкусах не спорят.
По пути наверх я рассуждал о том, что в полиции и правда могут служить хорошие люди, и в основном это Ганс Зёдер. Единственный человек в этой прогнившей насквозь организации, который остался честным, который не пытается посадить просто ради статистики, и при этом не встречает меня с гнусной рожей. Например, сегодня Ганс ждал меня и хитро улыбался.
— Знаешь, что тут случилось? — спросил он ехидно.
— Здравствуй, — ответил ему я.
— Я бы пожелал тебе доброго утра, но в твой кабинет вломились, — Ганс пожал плечами. — А это не делает утро добрее.
Я окончательно взбодрился.
— Вломились? — спросил я. — И как же это произошло?
— А вот через это окно, — указал Ганс. — Смотри, его разбили, проникли в твой кабинет, разворошили весь стол, наследили, понимаешь…
Я покивал и начал осмотр кабинета. Очень аккуратно выбитое окно. Осколки стекла на линолеуме, но пепельница с подоконника не упала.
Две цепочки следов. Первая, назову её Большая Нога, тянется от окна к столу, оттуда — к платяному шкафу, затем обратно к столу и обратно в окно. Вторая, назову её Маленькая Нога, от окна тянется к креслу для посетителей, оттуда — к книжному шкафу, а затем тоже к окну.
— Их было двое, — начал я. — Вот, смотри, тут ботинок тяжёлый, а тут чуть ли не туфелька…
— Скажи мне лучше, — отмахнулся Ганс, — какой они нанесли ущерб. А об остальном пусть судят криминалисты.
Я осмотрелся ещё раз. Все бумаги на месте. Все ящики перевёрнуты, но ничего не украдено. Сейф не вскрыт. Даже тайник, который находится у меня… кое-где — и то не нашли. Деньги в ящике на месте до последнего цента. Да что там — даже пепел из пепельницы вытряхнуть не потрудились.
— Ты не поверишь, но они ничего не украли. Вообще, даже деньги целы.
Ганс поднял брови.
— Какой ущерб? — спросил он.
— Окно, ковёр, — перечислил я. — Всё.
— Карл, — Ганс посмотрел на меня в упор. — Ты темнишь, друг мой.
Ганс! Однажды, и я надеюсь этот день никогда не настанет, ты прочтёшь этот дневник. Ты узнаешь, что я скрыл от тебя важную улику по делу, которое только предстоит начать расследовать. И ты поймёшь, Ганс, что иногда нужно скрыть от полиции что-то важное, потому что в этом и есть работа частного детектива. Прости меня, друг мой Ганс.
— Ганс, я когда-нибудь что-нибудь от тебя скрывал? — спросил я.
Ганс усмехнулся.
— Как знаешь. Но учти: если ничего не украли, то я не смогу классифицировать это как кражу со взломом, это будет просто взлом и проникновение. А значит страховая разведёт руками и будет смеяться над тобой. Точно ничего не украли?
— Вот гады! — в сердцах воскликнул я и хотел уже было выложить всё, но вовремя остановился. — Могли бы хоть пепельницу украсть!
Конечно, я соврал. Они украли белую фарфоровую кошку, ту самую, с моей визиткой внутри. Ловушка сработала!
9:40
С формальностями покончено, время пить кофе! Увы, это оказался взлом без кражи, так что ремонт окна за мой счёт. Претензий ни к кому не имею, всё такое.
10:00
Ох!
10:15