Белая фарфоровая кошка, которая слишком много знала (СИ)

— Виирле, девочка моя, — ласково сказал он. — Пожалуйста, попроси мистера Бэнга передать статуэтку мне.
Виирле расцвела.
— Мистер Бэнг, — начала она.
— Я понял, — ответил я. — Уже несу.
Дядюшка Кенни пристально осмотрел статуэтку, затем кивнул сидящему рядом Джеймсу. Джеймс поставил статуэтку на стол перед собой, положил свои огромные ручищи на голову бедной кошке и сжал. Послышался треск. Не дай мне Боже, подумал я, тоже оказаться в его руках. А дядюшка Кенни уже вытаскивал из обломков карточку.
— Чарльз Бэнг, частный детектив, — прочитал он. — Ловко!
Я пожал плечами.
— Однако теперь я готов передать Вам настоящую статуэтку. В любой момент, когда Вы попросите.
— Мистер Бэнг! — дядюшка Кенни встал из-за стола. — Пойдёмте, прогуляемся. Скажите, у Вас же есть планы на этот вечер?
— Да, — честно сказал я. — Сегодня я веду Вашу внучку в театр.
— Чудесно, чудесно, — усмехнулся дядюшка Кенни. — Я только ещё не знаю в какой.
— А она тоже не знает, — ответил я. И понял, что это мой шанс. — Сегодня дают Диккенса, "Лавку древностей". Очень люблю этот спектакль, особенно мне нравится актёр, который играет дедушку.
Я надеялся, что все присутствующие правильно поняли меня. Но…
— Ни разу не видел, — сказал дядюшка Кенни. — Стоит сходить?
— Стоит, — сказал я. — Но не сегодня.
— А, понимаю, — ответил дядюшка.
А дальше мы говорили уже в лифте. На секунду: я ехал с чёрте-какого высокого этажа гигантского офиса мегакорпорации в компании её самого главного директора и патриарха. Что он мне сказал?
— Во-первых, называй меня дядюшкой Кенни. А во-вторых расскажи всё в подробностях.
— Лифт едет быстро, — заметил я. — Не успею.
— Ладно. Тогда скажи. Ты действительно защищал эту статуэтку так, как мне об этом рассказывали?
— Не знаю, что вам рассказывали, но настоящая всё ещё в надёжном месте.
— Это хорошо. Тогда давай заключим с тобой договор. Тысяча долларов в неделю, и статуэтка всё ещё у тебя, но никто об этом не знает. По рукам?
— По рукам, — ответил я.
— А ещё, если тебе потребуется от меня помощь — обращайся. Ты помог моей семье, а мы привыкли отвечать помощью на помощь.
— И чем же? — не понял я.
— А ты что, правда не смотрел, что внутри статуэтки? — вдруг спросил дядюшка Кенни.
— Да, — серьёзно ответил я.
— Вот пускай это так и остаётся, — резюмировал дядюшка Кенни. — И береги Розмари.
Что я и собираюсь сделать. Сейчас найду фрак — и мы с ней пойдём в театр.
Пятница.
8:00
Что ж, теперь я знаю о МакКавити чуть больше.
Ещё на входе в театр я рассказал Розмари всё. Ну, почти всё. А потом как бы между делом спросил у билетёра, кто будет играть дедушку Нелли. Билетёр ответил, что это бессменная роль для Льюиса Эрнста Уоттса. Розмари не показала вид, что знает его. Что ж, нет — так нет.
Но на сцену он не вышел, его спешно заменили другим актёром. Я спросил у одного из работников театра о причине замены, и выяснилось, что буквально за час до представления мистер Уоттс позвонил и сказал, что увы-увы, приболел, сегодня прийти не сможет. Вот ведь невезуха! — воскликнул я.
Однако это значило, что моя гипотеза верна. Звонят, сейчас отвечу и допишу.
8:05
Её больше нет. Розмари была убита сегодня ночью.
Суббота.
…
Воскресенье.
…
Понедельник.
…
Конец первой части.
  
Часть вторая
 
Вторник.
8:30
Сегодня я вышел на работу. Контора должна открываться в восемь, но утром я вступил в неравную борьбу со сном и проиграл её. Хотелось, как и вчера, вообще не приходить сюда, а может быть даже и бросить всю эту детективную чушь. Хотелось снова пойти в бар, снова принять пару пинт пива, и далее по нарастающей, пока бармен не похлопает по плечу и не скажет что-то вроде "старик, тебе сегодня хватит, говори адрес, я вызову такси". А дома… Дома меня будет ждать полная пепельница, полупустая бутылка бренди и чёрно-белые фильмы сороковых. Да…
 
Люди, мнение которых ещё важно для меня, в один голос твердили, что мне всё равно надо выйти на работу. Что счета сами себя не оплатят, да и алкоголь действует на меня разрушающе. Разрушающе… Может быть они и правы, и поэтому я здесь.
Счета. Кто бы мог подумать, что за два дня их накопится столько? Аренда помещения, телефон, интернет, свет, водопровод… Да, в конце недели я могу получить тысячу долларов от МакКавити, но у меня не хватит наглости заявиться к ним за этими деньгами. Не хочу иметь ничего общего с этой семьёй. Увы, без этого, с учётом моих походов по пабам на выходных, я остаюсь в минусе. Плюнуть, что ли, на гордость, да вернуть ему статуэтку?
9:00
Да. Он приходил и оставил визитку.
— Чарльз, — говорил он. — Хотел сказать тебе ещё раньше, ещё на похоронах, но ты был занят…
— Я стоял под зонтом в стороне от всех, а ты был там, где и положено членам семьи, — сухо заметил я.
— Да. А потом…
— А потом я пошёл в паб, и ты не пожелал ко мне присоединиться.
— Именно. Так вот, хочу тебе сказать. Я тебя не виню, Чарльз. Я знаю, что это не ты.
Я поднял глаза на моего посетителя.
— Возможно, — продолжил он, — ты возьмёшься за расследование этого дела…
— И не подумаю, — пробубнил я себе под нос.
— Возможно, — уточнил он, — ты за него всё-таки возьмёшься. Так вот, на этот случай…
Он положил мне на стол визитку. Я оглядел её со всех сторон. Джейкоб МакКавити, и телефон. Без должности, без регалий. Лаконично и просто.
— Это всё, что ты хотел мне сказать? — сухо спросил я.
Он шумно выдохнул.
— Знаешь, что? Я пришёл тебе помочь, а ты… Да иди ты к чёрту!
И вышел, едва не хлопнув дверью. Да и пошёл он.
9:30
Зашла миссис Пир. Опять. Я помню, как поднял на неё свои мутные глаза, как она села в кресло для посетителей и начала рассказывать об очередной своей потере. Я не сразу понял, телефон это, ключи или снова кошка. Оказалось — телефон. Что ж, найти телефон — задача, за которую я с неохотой, но возьмусь, особенно с учётом денег, которые миссис Пир готова мне за это заплатить. Я попытался улыбнуться.
— Спасибо Вам, мистер Бэнг! — сказала она попрощавшись. — А скажите, где Ваша очаровательная ассистентка?
Я закрыл дверь за миссис Пир, пробормотав что-то невнятное. Теперь надо найти этот чертов телефон…
10:00
Спустился к Сайрусу. Он всё так же сидел в окружении всё тех же проводов и неона. Ещё одна пропащая душа. Интересно, что будет с тобой, когда Аева уйдёт от тебя, а, Сайрус? Но этого вопроса я не задал — всё же он мой друг. Вопросы здесь задавал он.
— Опять пил?
Я пожал плечами — а что мне оставалось?
— Не могу сказать, что поступил бы иначе, — Сайрус сжал губы. — Но ты это. Бросай это дело. Посмотри на себя!
Я повернулся к поверхности, которая раньше была зеркальной, но теперь покрылась ржавчиной, какими-то пятнами и разводами. В отражении я увидел на редкость противного человека, небритого, в грязной рубашке. Глаза этого человека украшали синяки, а в уголках губ засели тонкие капельки вязкой слюны. Это был совершенно отвратительный тип, и мне совершенно не хотелось ассоциировать себя с ним.
— Я опять по миссис Пир, — сменил я тему. — Опять телефон.
— Что ж, какая-никакая работа у тебя есть, — обрадовался Сайрус. — Звонить на него пробовал?
Я отрицательно покачал головой. Сайрус подошёл ко мне и заглянул в мои глаза.
— Карл, — раздельно сказал он. — Тебе надо выбираться. Ты крайне хреново выглядишь.
— У меня были сложные выходные, — съязвил я. — Давай найдём этот чёртов телефон?
Что было дальше? Сайрус позвонил, оказалось, какой-то доброхот нашёл его, готов вернуть. Назначил место. Сайрус прилежно записал всё. В обед съезжу.