В отражении зеркал (СИ)

— Клаус, Алина! — вскрикнул Томас, кидая весло. Он открыл в воздухе яркую арку портала.
И в тот момент, когда змея показала свою пеструю голову над поверхностью воды, намереваясь проглотить одного из нас, а с воздуха на нас спикировал грифон, Томас из последних сил выпрямился, схватил нас за руки и прыгнул в портал.
  
Глава 20 Встреча с отцом
 
Выскользнув из магического прохода, мы упали на белокаменные ступени крыльца. Все вокруг безмолвствовало. Опасность, грозившая нам гибелью в страшных мучениях, миновала. От пережитого ужаса я никак не могла отдышаться. Через минуту, подняв голову, я постаралась привстать и посмотреть на своих спутников. Томас и Клаус тоже пытались подняться, и в этот момент над серебряной гладью озера раздался раздирающий душу крик. Мы одновременно повернулись в сторону водоема и пристально посмотрели туда, откуда доносился чудовищный вопль.
— Они сюда не доберутся? — дрожащим голосом спросила я.
Томас отрицательно покачал головой.
— По центру озера и части суши проходит граница, своеобразный купол, за которую не могут пройти чудовища, а у нас нет возможности пользоваться магией на их землях, — тяжело дыша, произнес он.
Я присела на широкие ступени и облокотилась на белые мраморные столбики перил.
— Наверное, я никогда не смогу забыть этих тварей, — глухо отозвалась я, и меня начала колотить нервная дрожь.
Клаус присел рядом и обнял меня за плечи.
— Алина, мы в безопасности, — тихо проговорил он.
— Это все я. Из-за меня мы могли погибнуть, — приговаривала я, мой голос дрожал от напряжения, а по щекам катились слезы.
Томас подошел ко мне и сел передо мной на корточки. Он взял в руки мое лицо и стал вытирать большими пальцами слезы.
Подняв на него глаза, я прочитала по его губам:
— Мы выбрались. Ты слышишь? Мы в безопасности.
Он взял меня за руку и попытался поднять.
— Пойдемте в дом. Нам всем нужен отдых.
Я нехотя встала и пошла за Томасом, за нами следовал Клаус. Переступив порог замка, мои ноги подкосились, и я бы упала, если бы не Клаус. Он подхватил меня на руки и понес. Томас обернулся, через плечо посмотрел на меня и пошел вперед по коридору, показывая дорогу. Я видела впереди лишь его широкую спину, потолок кружился над моей головой, а глаза сами закрывались от пережитого. Клаус внес меня в комнату и уложил на кровать. Остальное я уже не замечала, мои веки налились свинцом, и я провалилась в сон.
После пробуждения я не сразу открыла глаза. Лежа в кровати, я прислушивалась к звукам в комнате, пытаясь понять, где нахожусь. Легкий ветерок через открытое окно, едва касался моего лица, умывая прохладой. Справа от себя я услышала голос отца:
— Она спит уже вторые сутки. Может, ей необходим доктор?
— Она просто перенервничала, профессор, — услышала я тихий голос Томаса.
Я открыла глаза и сладко потянулась. Отец, оба приятеля и кот стояли у кровати и обеспокоенно смотрели на меня.
— Ну как ты, милая? — спросил отец, протянув руку к моей ладони.
— Ну, здравствуй, спящая красавица, — хрипло произнес Томас, с тревогой глядя на меня.
Я присела на кровати, обняла отца и взглядом обвела комнату. В моей памяти стали всплывать события последних дней. На глаза вновь навернулись слезы.
— Так это был не сон? — выдохнула я и обвела взглядом всех присутствующих.
Клаус опустил голову, Томас сделал резкий вдох и отвернулся к окну, а отец в этот момент отрицательно покачал головой. И лишь мой кот, мурлыча и ласкаясь, потерся об руку.
— Как ты себя чувствуешь? — переспросил отец.
— Кажется, нормально, — осторожно произнесла я, взяв на руки Василия, а затем добавила. — Только очень хочу есть.
Отец поспешно подскочил, подбежал к столику у кровати и вернулся с подносом в руках, на котором я увидела тарелку с ароматной яичницей, тосты с сыром и чашку горячего чая.
— Вот, Томас принес тебе легкий завтрак, — проговорил отец. — Мы очень беспокоились о тебе. Ты спала почти двое суток.
— Скажи, как обстоят дела в Академии? Я уже могу вернуться? — перебила я отца.
 
Он замолчал, посмотрел через плечо на приятелей, отрицательно покачал головой и хрипло произнес.
— Пока нет. Тебе придется немного подождать.
Я тяжело и обреченно вздохнула, потянулась к подносу и накинулась на еду.
Когда я подняла глаза, то увидела, что Клаус и Томас вышли из комнаты, вежливо оставив нас с отцом наедине.
— Пап, есть еще что-то, что я должна знать? — спросила я, покончив с завтраком.
— Да, Алина. Тайная канцелярия в курсе того инцидента. Отец Селены, желая защитить свою дочь, выставил тебя виноватой в этой истории.
— И что мне теперь делать? Меня посадят в тюрьму? — прошептала я.
Отец протянул руки и обнял меня.
— Ну что ты, что ты, моя дорогая. Я никому не позволю причинить зло своей девочке.
Я уткнулась ему в плечо, с трудом сдерживая слезы. В дверь комнаты тихо постучали и на пороге вновь появились Клаус и Томас. Отец оглянулся на них, затем перевел взгляд на меня и сказал:
— Приводи себя в порядок и спускайся. Позже решим, как нам поступать дальше.
Я утвердительно кивнула, и они поспешили выйти из комнаты, бесшумно прикрывая за собой тяжелую дверь.
Встав с кровати, я первым делом отправилась в знакомую мне ванную комнату. С огромным наслаждением я опустилась в наполненную водой и пеной ванну, откинула голову на бортик и прикрыла глаза. Несколько минут проведенные в теплой и ароматной воде принесли мне, наконец, долгожданное успокоение. Немного полежав, я открыла глаза, понимая, что внизу меня ждут мои друзья и отец. Я быстро смыла с себя грязь и усталость, расслабляясь после сильного нервного потрясения. После ванны я заглянула в знакомый мне шкаф и выбрала для себя легкое светлое платье. Быстро надев его, я присела к зеркалу, чтобы расчесать свои длинные волосы. Кристалл на шее стал нагреваться, и я коснулась его рукой. В памяти всплыл голос профессора Слэттена и в этот момент я его услышала:
— Алина, ну, наконец-то, вы вспомнили старого друга!
Я резко обернулась и спросила, глядя в пустоту:
— Профессор? Вы здесь?
— Да. Я могу общаться с вами с помощью кристалла. Стоит вам только подумать обо мне.
— Вот как? — удивленно воскликнула я.
— Я хочу предупредить вас. Вам угрожает опасность, — взволнованно добавил он.
— Ох, профессор. Последние дни мне постоянно что-то угрожает, — выдохнула я.
— Ваши друзья, Алина. Они все еще с вами? — тихо спросил профессор Слеттен.
— Да, а что такое? — с тревогой в голосе выдохнула я.
— Один из них — это тот о ком я вам говорил, — неожиданно прозвучало в ответ.
В этот момент в дверь комнаты снова постучали, и в коридоре я услышала голос отца.
— Алина, с тобой все в порядке?
— Да, папа, я сейчас спущусь.
— Мы ждем тебя внизу детка, — произнес отец, и я услышала его удаляющиеся шаги.
Я прислушалась к звукам снаружи комнаты, а затем, обращаясь к своему незримому гостю, тихо спросила:
— Профессор Слеттен, о ком вы сейчас говорили?
Но ответа я так и не услышала. Подождав еще несколько минут, и пару раз окликнув профессора, я поняла, что в комнате уже никого нет.
Расчесав и заколов свои волосы, я встала и отправилась вниз. В большом светлом помещении за круглым столом сидели трое мужчин и горячо о чем-то спорили. Как только я вошла в комнату, они замолчали и посмотрели на меня.
Клаус, одетый во все темное, тут же вскочил на ноги и заботливо предложил мне стул. Я присела к столу, на котором стоял высокий фарфоровый чайник, прозрачные вазочки с пирогами и чашки с блюдцами.
 
— Есть еще новости? — спросила я, пока отец наливал чай в мою чашку.
Томас сидел напротив, опустив глаза. На нем была надета светлая, расстегнутая на две верхних пуговицы, рубашка.
— Ничего определенного, — произнес он, не поднимая глаз, и теребя скатерть своими длинными красивыми пальцами.