Александр Суворов. Первая шпага империи
Суворов не оплакивал его: надеялся, что могучий организм справится и со смертельными ранами. Но русский богатырь умер в лазарете на чужой земле, во французском городе Нанси.
Спустившись с Сен-Готарда, войска Гюдена отступили к перевалу Фурка (вверх по реке Рёйс), а основные части французов под командованием Луазона отошли вниз по реке Рёйс к Урзерну и заняли оборону неподалёку у Чёртова моста. Командующий войсками генерал Лекурб всё ещё не верил в присутствие армии Суворова в сердце Швейцарии и в своём донесении Массене назвал атаку на Сен-Готард «рекогносцировкой».
На перевале Сен-Готард ещё в XIII веке монахами-капуцинами был основан хоспис — приют для путешествующих через перевал. Неподалёку от здания приюта в конце XVI века была построена Часовня Мёртвых. Здесь хоронили погибших на перевале путников. Здесь же были впоследствии похоронены воины, погибшие в боях на перевале в 1799 году. Монахи оказали Суворову весьма любезный приём. Русского фельдмаршала радушно встретил настоятель — ровесник Александра Васильевича. «После молебствия капуцинские иноки угощали нашего бессмертного героя обедом, который состоял из блюда с картофелем и горохом и какой-то рыбы. Какое прекрасное зрелище представляли эти два старца, Суворов и Приор! Сблизившись сердцами, они как будто бы вместе состарились и поседели. Кроткий священнослужитель разговаривал с фельдмаршалом на всех почти европейских языках», — писал об этой встрече анонимный автор в 1836 году, в «Журнале для чтения воспитанникам военно-учебных заведений». Приор поведал Суворову и о том, что в этом монастыре уже бывали русские — во времена царя Алексея Михайловича тут останавливался русский посол, следовавший во Флоренцию, Василий Лихачёв. Этот факт обрадовал Александра Васильевича: значит, мы идём по следам своих предков!
Ночевал Суворов в Госпентале. Его поздравляли с первой альпийской победой. Фельдмаршал по обыкновению отшучивался: «А Ганнибал? Он первый это сделал!» Штурм Сен-Готарда дался дорогой ценой. Суворов пытался разобраться в горных лабиринтах, беседовал с Гамбой…
Непривычно было русским солдатам в Альпах. Спустившиеся с перевала Сен-Готард к Госпенталю уставшие и плохо осведомлённые о расположении противника, они не разводили костров. Оставшиеся на Сен-Готарде казаки ночевали, поставив лошадей в круг, головами внутрь, защищаясь от пронизывающего ледяного ветра.
Поутру русские войска соединились в Урзерне и двинулись на север, по направлению к Швицу, по узкой дороге. Оставалось угадать: где французы расставили свои ловушки?..
Армия, выстроившись длинной вереницей, двигалась вперёд из района Госпенталя вниз по долине реке Рёйс. Быстрая и полноводная, сразу за посёлком Урзерн (Андерматт) она становится бешеным потоком, зажатым между отвесными скалами высотой в сотню метров, а то и выше. На одном участке, в районе Урзерна, «карнизная» дорога была перекрыта утёсами. Итальянцы в начале XVIII века пробили здесь тоннель, получивший название Урнер-Лох, Урнерская дыра. Первый тоннель в Альпах! 2–3 метра шириной, примерно столько же — высотой. 80 шагов в темноте, тесноте и сырости. Даже навьюченный мул с трудом мог преодолеть эту сквозную пещеру. После тоннеля — узкая тропа над рекой, спускающаяся к Чёртовому мосту.
Почему Чёртов? Среди местных жителей ходила легенда о том, как был построен этот мост: долго швейцарцы не могли перебросить мост через бурную реку, и пришлось им звать нечистого на подмогу. Он пообещал им помочь, но в оплату потребовал себе душу первого, кто пройдёт по мосту. Хитрые швейцарцы посоветовались и согласились. Когда мост был закончен, они выпустили на него козлёночка… Поэтому над мостом рядом с изображением «страшного» чёрта всегда пририсовывают маленького козлёнка. Тот мост не сохранился, рухнул в 1888-м. Однако ещё раньше поблизости швейцарцы соорудили новый, более удобный мост, который существует и в наше время.
И у моста, и в тоннеле армию Суворова поджидал противник.
Позиции французов казались беспроигрышными. Они контролировали Чёртов мост, перекрывали выход из дыры. И были готовы встретить орудийным огнём русский авангард. Кругом скалы, как серый океан. Воевать, а особенно наступать в таких условиях крайне затруднительно и опасно.
В авангарде шёл Орловский пехотный полк генерал-майора Мансурова. Как вспоминают французы, «русские батальоны шли в атаку с развернутыми знаменами, под бой барабанов». Когда русские мушкетёры шагнули в тоннель, французы встретили их огнём. Орловцам пришлось отступить, подхватывая раненых. Тогда Суворов предпринял два обходных манёвра, чтобы ударить французам в тыл. 300 храбрецов под командованием полковника Трубникова должны были обойти тоннель справа, по горам, без дорог. 200 егерей майора Тревогина спустились к руслу реки, перешли её вброд по пояс в ледяной воде и, поднявшись по крутому левому берегу Рёйса, ударили оттуда. Суворов осознавал нечеловеческую трудность этой боевой задачи. И для подстраховки послал вслед за ними ещё и пехотный батальон полковника Свищова. Действовать они должны были по-суворовски: «Сам погибай, а товарища выручай».
Эти действия без преувеличений из разряда невозможного. Охотники Трубникова пробрались по отвесному склону, закрепляясь на редких расщелинах. Сработала суровая суворовская система обучения! Увидев русских солдат, грозно спускающихся с горных высот, французы дрогнули и отступили. И тут штыковой удар прорвавшихся через тоннель орловцев и апшеронцев генерала Милорадовича довершил уничтожение боевых порядков французов, защищавших Урнерскую дыру.
Сбросив пушку в реку, французы предпочли бежать на левый берег реки через мост.
Следующее препятствие — Чёртов мост, около 25 м в длину и не более трёх шагов в ширину. Вниз лучше не смотреть: мост высокий, около 23 м.
Увидев, что русские наступают с трёх сторон, французский бригадир Дама́ приказал взорвать мост. В спешке и панике солдаты не сумели дотошно исполнить приказ своего бригадира. Взорвать удалось лишь одну арку. Но и это препятствие казалось непреодолимым. Выйти из положения помогла русская смекалка: солдаты быстро разобрали заброшенную сторожку, стоявшую неподалёку. Брёвна можно было перебросить через провал в мосту. Но как их закрепить? Первыми нашлись братья Мещерские: они сорвали с себя офицерские шарфы — длинные и достаточно крепкие — и принялись связывать ими брёвна. Примеру последовали другие офицеры. По хлипкому настилу воины авангарда перешли Чёртов мост и бросились на французов.
Переходить на другой берег Рёйса приходилось под обстрелом. Первым, ступившим на брёвна, был Иван Мещерский-третий. Прогремел выстрел — и, смертельно раненый, он упал в пропасть, успев крикнуть: «Друзья, не забудьте меня в реляции». Подвиг Мещерских Суворов не забудет. Уже смертельно больной, в феврале 1800 года Александр Васильевич будет ходатайствовать перед Ф. В. Ростопчиным о производстве одного из героев в следующий чин, припомнив и о шарфе.
Решающим снова оказалось преимущество русских чудо-богатырей в отчаянном штыковом бою: они обратили в бегство французов. Тем временем с обеих берегов реки раздавались залпы: егеря вели ружейную перестрелку. К тому же на горизонте появились не только две сотни охотников (добровольцев) Тревогина, но и отряд молодого генерала Каменского, которого Суворов ещё с вечера послал в обход по большому кругу чрез хребет Бетцберг. И это был не последний сюрприз, подготовленный Суворовым. Отряд австрийского генерала Ауфенберга, выступивший накануне от Дисентиса и прибывший через перевал Крейцли в Мадеранскую долину, занял Амстег — посёлок на Рёйсе. Он выбил оттуда французов и оказался в их глубоком тылу, в десятке километров от Чёртова моста. Теперь кольцо сжималось вокруг галлов. Отряд Каменского преследовал отступающего врага. Правда, Лекурб, бросив в дело резервы, в тот же день вытеснил австрийцев из Амстега. Но этот посёлок оставался в их руках недолго.
…Через несколько часов Чёртов мост основательно отремонтировали. К 16 часам по нему начали переправляться главные силы Суворова. Вскоре вся армия перешла Рёйс и двинулась вслед за ретировавшимся противником по долине реки Рёйс в сторону Альтдорфа. Они прошли деревню Гёшенен и с наступлением темноты расположились на ночлег у посёлка Вазен. Авангард под командованием Милорадовича продвинулся несколько дальше — они заночевали в деревушке Вейлер, не дойдя трёх километров от Амстега, за который так держался Лекурб и рядом с которым расположился корпус Ауфенберга.