Последняя надежда Пандоры (СИ)
— Мне тоже их не хватает. Когда вернем всех, займемся серьезней воспитанием старших, я думал, они будут как ты, добрые и светлые, а они настоящие демоны, смотрю на их поступки и вижу себя в юности. И как ты смогла полюбить такого как я? — прошептал Бальтазар, стуча зубами от холода.
Прижалась к нему, обхватив руками его шею и с нежностью посмотрела ему в глаза. «Наверное, у меня судьба такая, притягивать к себе демонов», — промелькнула мысль.
— Я полюбила тебя за твое отношение ко мне, за то, что ты изменился ради меня, за то, что как и обещал всегда рядом, — прошептала я, — а еще твои черные глаза сводят меня с ума!
Заметила, как он посмотрел на меня со страстью, а потом подхватил меня на руки и вытащил из воды, уложив на мое полотенце.
— Мы всю ночь не спали, надо отдохнуть, а то скоро снова лететь, — сказала я, улыбаясь, понимая, что у Бальтазара другие планы.
— Когда ты рядом, я вообще ни о чем думать не могу, кроме твоих поцелуев, нежной кожи, и твоих добрых глаз, — прошептал он, целуя меня в шею.
Почувствовала, как дыхание мое сбилось, и я тяжелее задышала. Меня так переполнили эмоции, что ладони засветились, и голубое пламя вспыхнуло, осветив пространство. Бальтазар отскочил от меня, и с ухмылкой посмотрел на свои покрасневшие ребра.
— К тебе вернулась твоя сила? — радостно спросил он.
— Да, — прошептала я, — наверное, потому, что я приняла боль и смирилась с тем, что нельзя исправить прошлое, я отбросила чувство вины, что мир рухнул из-за меня, и силы ко мне вернулись. Но если я начинаю думать иначе, то ощущаю, как лишаюсь то телепортации, то пламени. А сейчас меня переполняют эмоции, и я теряю контроль над этим могуществом.
— Так вот в чем было дело, ты не могла простить себя, но я же уже говорил, что ты тут ни при чем, это все из-за Филиппа! — сказал Бальтазар, снова целуя меня, только на этот раз, он завел руки мне за голову, чтобы я не обожгла его снова.
— Я тогда прислушалась к твоим словам и только они мне позволили контролировать свою силу, потому что я поняла, что для меня важно, что ты думаешь, а не другие. Когда стояла там, среди людей, приговоривших меня к смерти, и слышала, как они обвинили меня во всем, окончательно не упасть духом мне помогла именно твоя вера в мою невиновность.
Заметила, как в глазах Бальтазара отразилась боль.
— Я никогда не забуду тот день, когда увидел твои застывшие глаза, мне показалось, что душа моя разорвалась на части и я оказался в аду. А сейчас я понял, что мне ни один соперник не страшен, я буду добиваться, чтобы ты всегда выбирала меня, главное, чтобы тебя смерть не забрала у меня, — прошептал муж и положил свою голову мне на грудь.
Погладила его по голове и улыбнулась. «За это я тебя и люблю, что ты всегда будешь бороться за меня, и не сдашься, как когда-то Арман по глупости потерял свою Элену», — промелькнула мысль.
— Я люблю тебя таким, какой ты есть, и мне большего и не надо, — прошептала я.
Бальтазар поднял голову и в его глазах горел огонь страсти и любви, он жадно впился в мои губы и не отстранился, когда мои руки вспыхнули огнем. Нас охватила волна безграничной любви друг к другу, впервые в жизни, наша сила потеряла контроль, и соприкоснувшись голубое и красное пламя переплелись в единое целое, не причиняя нам вреда, полумрак помещения был освещен настолько ярко, что любой, находившийся там человек ослеп бы, но не мы. «Вот бы вечно быть с ним рядом», — подумала я. Ничего не замечая вокруг, мы наслаждались друг другом и мир перестал для нас существовать. И была благодарна судьбе, что мое сердце познало силу истиной любви, потому что, к сожалению, некоторые люди ищут это чувство всю жизнь и не находят.
Сияя от счастья, мы вернулись в главное помещение, которое было в виде круга. Все мирно спали, несмотря на яркое солнце. Бальтазар прижался ко мне, и мы провалились в сон, чувствуя умиротворение.
Все проснулись от шума, доносившегося откуда-то с поселения. Заметила, как дома полыхали огнем, как появлялись вспышки яркого света и сердце сжалось от боли. «Такое разрушение могли устроить только наши дети», — с грустью прошептал мой внутренний голос.
— Так, полет на сегодня отменяется, иначе нас точно заметят, — сказал Энза.
— Почему они пришли сюда? — удивилась я.
— Совпадение, а может все-таки ищут нас, — проговорил Бальтазар, нервно взъерошив свои волосы.
— Если нас найдут, они же никого не пощадят, — испуганно сказала Ника.
— Если будем сидеть тихо, они нас не заметят, — успокоила я девушку.
Трое суток мы не могли покинуть скалу, потому что видели, как Александр и Мария все это время были рядом, их небольшое войско сравняло с землей все поселение и в воздухе стол неприятный запах дыма и гари. Но мы ничем не могли помочь простым людям, если бы о нас узнали и о том, куда мы направляемся, мы бы лишились шанса встретиться с Эленой.
Увидела, как Арман и Бальтазар о чем-то шептались, как взгляд мужа стал холоден, а потом он кивнул, согласившись с чем-то. «Что они там затеяли?», — прошептал мой внутренний голос. Всегда чувствовала опасность, когда эти двое что-то обсуждали за моей спиной, боясь, что они снова придумают какую-нибудь игру, чтобы доказать друг другу свое превосходство.
— Что тебе сказал Арман? — жестко спросила я, когда Бальтазар сел рядом со мной.
Я чувствовала, что он чем-то обеспокоен. Муж взял мою руку и приложил к своей щеке, а потом притянул меня к себе и страстно поцеловал.
— Пытаешься отвлечь меня от разговора? — улыбнувшись, ответила я.
— Да! — прошептал он, целуя мое плече.
— Так, не могу смотреть, как эти двое вечно целуются, — сказал Энза с улыбкой и взяв Валькирию за руку, повел за собой.
— Куда мы? — удивилась Валькирия.
— Я тут такое место нашел красивое, пойдем покажу, — смеясь, проговорил Энза, от чего Валькирия покраснела и опустила глаза.
Мы с Бальтазаром рассмеялись. Только Арман и Ника, сидевшие напротив другой стены, выглядели мрачными.
Мне было искренне жаль эту девушку, она всем сердцем любила Армана, и я видела, как она на него смотрела с нежностью, как отражалась боль в ее глазах, всякий раз, как он подходил ко мне. А мне казалось, что Арман любит не меня, а образ, который я ему напомнила, мы с Эленой имели сходство, только поэтому он не мог оставить меня в покое. «Если бы Ника чем-то напоминала ему утерянную любовь, он бы женился на ней, а так он ее не замечает», — с грустью подумала я.
На следующий день проснулась и почувствовала, что Бальтазара нет рядом. Сердце мое учащенно забилось, ощущая нервное напряжение.
— Валькирия, ты мужа моего не видела? — спросила я у подруги, которая даже после всех перенесенных стрессов выглядела настоящей богиней.
— Нет, когда я встала его уже не было, — пожала плечами Валькирия, — а почему ты так взволнована?
— Не знаю, — призналась я, ощущая всем телом какую-то опасность.
— Я видел, как он утром поднимался на верхний выступ, осмотреться, чтобы решить, покидать наше убежище или нет, — сказал Энза, появившись в одном из проходов.
— Спасибо, — ответила я другу и побежала в ту сторону, где был крутой подъем наверх. Осторожно забравшись по каменному склону, я оказалась на просторной площадке, закрытой скалами только с трех сторон, посередине плиты, которая выступала над обрывом, был большой каменный столб, он держал другой осколок и создавалось впечатление, что над головой есть крыша.
— Бальтазар? — позвала я, но мне никто не ответил.
Подошла к краю выступа, и посмотрела вниз, от чего почувствовала легкое головокружение и тошноту. «Жуть, вот это высота», — прошептал мой внутренний голос.
— Любуешься видом? — вздрогнула я от голоса Армана.
— Ты моего мужа не видел? — спросила я, проигнорировав его вопрос.
— Нет, — пожал он плечами.
Пошла по направлению к выходу, но Арман загородил мне дорогу. Я захлопала глазами, не понимая, почему он меня не пропускает.
— Арман, дай пройти! — будничным тоном сказала я, стараясь унять дрожь и панику внутри тела.