Последняя надежда Пандоры (СИ)

— А он знает об этом? — поинтересовалась я.
— Конечно, все эти годы мы были вместе, а когда вы много лет назад разрушили проклятье, и все смогли заключать браки по любви, а не по долгу, думала, он женится на мне. Но этого не произошло. И я смирилась, довольствуясь тем, что кроме меня у него все равно никого не было. А потом вы пришли в наше королевство. Видела, как он все это время смотрел на вас, с любовью и обожанием. Уже три месяца он ко мне вообще не приходит, и старается избегать меня. Понимаю, что теперь он проводит все ночи с вами. Всего лишь хочу, хотя бы изредка видеть его, а если вы пожалуетесь на меня, он выселит меня из замка, а я умру от сердечной боли. Ради Всевышнего! Не говорите ему, что я все рассказала! Он приказал мне молчать, — сказала Ника и расплакалась сильнее.
Проглотила ком в горле. И почувствовала дрожь в теле. Мне было очень жаль эту девушку, и я не знала, как ей помочь. Я не выбирала себе такой участи, не хотела мешать ее счастью, если бы не браслет, я бы давно исчезла из жизни Армана. Но я была пленницей, как бы не старалась его отталкивать, он все равно целовал и обнимал меня против воли, потому что физически был сильнее.
— Ника…леди Ника, послушай, прости меня! Я не хотела, чтобы все так было, и я надеюсь, что ты встретишь парня, который снова покорит твое сердце. И если тебе будет легче от этого, то Арман не проводит ночи со мной, он ни разу не притронулся ко мне за все это время, — прошептала я, посмотрев девушке в глаза.
Ника заморгала и с недоверием посмотрела на меня.
— Все в королевстве знают, что вы ночуете вместе, он каждый вечер входит в свою спальню, а утром вы вдвоем выходите, и вы говорите, что он не прикасался к вам?
Почувствовала, как моя челюсть поползла вниз. «Розы и фрукты он приносит, когда я в ванной, а потом, значит, телепортируется и где-то ночует, а утром появляется в моей комнате, и мы каждый день действительно начинаем утро вместе, зачем он создал такую иллюзию для других?», — не понимала я.
— Ника! Я тебе клянусь самим Всевышним и Пандорой, что он не прикасался ко мне! — пыталась я уверить в этом Нику.
— Это, конечно, приятно слышать, и такими клятвами шутить нельзя, но я уже сказала, что смирилась, — ответила Ника.
«Она мне не поверила. О, Господи! Получается, у меня кроме Армана свидетелей нет, что я не изменяла мужу! А он все продумал!», — ужаснулся мой внутренний голос. И почувствовала, как страх сковал мои мышцы. «Все это он делает ради мести, и при этом старается быть благородным», — злилась я, понимая, что попалась в его ловушку.
Весь день я помогала Нике, и находилась как в трансе. Мне хотелось поговорить с Арманом, узнать зачем он так поступил со мной, но я знала, что не могу этого спросить, не подставив Нику, которой я пообещала молчать.
Вечером я создала себе пышное платье в сочетании синего и голубого цвета, оно все было усыпано стразами и от корсета ткань расходилась волнами. Плечи и шея были обнажены, на груди красовалось золотое колье, которое гармонировало с диадемой на голове. Я была похожа на принцессу из сказки. И при малейшем движении, платье мое переливалось и блестело. Стояла у зеркала, когда увидела в отражении за своей спиной Армана. Глаза его горели страстью. Он подошел ко мне и откинул пряди моих волос назад, поцеловав мое плече, а потом и шею. Почувствовала, как искорки пронеслись по всему телу, сердце предательски хотело продолжение, а голова подавала сигналы тревоги.
Развернулась, чтобы стоять лицом к лицу с Арманом и отошла от него на безопасное расстояние.
— О, Всевышний! Как же ты прекрасна! Я даже готов продать душу дьяволу, лишь бы ты была моей! — прошептал он, смотря завороженно на меня.
— Думаю, дьявол не согласится на такую сделку, — улыбнувшись, промолвила я, заметив, что Арман пытается скрыть от меня свое волнение.
— Как прошел день? Что-то случилось? Ты какой-то напряженный! — осторожно поинтересовалась я, сделав еще шаг назад от него.
Увидела холод в его глазах и задумчивость.
 
— Тебе не о чем беспокоиться, просто давно не исполнял свои обязательства, пришлось все уладить за один день, чтобы успеть к тебе, — сказал Арман как-то настороженно, я чувствовала, что он что-то скрывает.
— Арман, скажи, а где ты проводишь ночи? — холодно спросила я, потому что мне не давало покоя то, что я узнала.
Он удивленно посмотрел на меня, а потом на лице появилась улыбка.
— Ревнуешь?
Я закатила глаза. «Размечтался! Просто боюсь, что Бальтазар тоже поверит в эту иллюзию, которую ты создал!», — прошипел мой внутренний голос.
— Нет! Просто спрашиваю из любопытства! — сказала я, пожав плечами.
— Помнишь, я тебе показывал пещеру со своими скульптурами, вот там я и ночую, один! — ответил Арман, выделив интонацией слово «один».
— А почему там? — удивилась я.
— Чтоб никто не увидел, что мы спим отдельно друг от друга! — признался Арман, улыбаясь шире.
— Ничего не понимаю! Зачем? — спросила я, внимательно посмотрев на милорда.
— Не хотел, чтобы мои воины считали меня неудачником, они преданы мне, и видят лидера перед собой, властного и непобедимого, который берет все, что пожелает. Они чувствуют мою силу, уважают и идут за мной. Когда все узнали, что Элена предпочла мне другого, все шептались, что я слабый правитель, и я создал себе образ одинокого воина, и все поверили, что она мне и не нужна была. Править не так-то просто, Мила, нужно уметь расположить к себе людей или же до смерти запугать, иначе не выстоять в битве за престол.
— И только в этом причина? — с недоверием спросила я.
— Да! А ты что подумала? — удивленно спросил он.
— Ничего, теперь понятно, — увильнула я от ответа.
Половина меня поверила, вторая же шептала, что он все это сделал, чтобы месть Бальтазару была слаще.
Мы спустились в большой зал, где собралось очень много людей. Все танцевали и веселились. И я ощутила дух праздника. «Может, это и неправильно, но я в ловушке, все равно мне не выбраться, и ничем я не могу помочь своим детям и родным, поэтому думаю нет разницы, просто сидеть горевать или потанцевать», — подумала я.
Арман прижался ко мне и закружил по залу. Я только сейчас заметила, что мы с ним сочетались в цветовой гамме. Его голубая рубашка и синие брюки подходили к моему платью. Я улыбнулась от сходства. «Совпадение, или он шпионит за мной?», — мелькнула мысль.
— Мила! Что бы не произошло, хочу, чтоб ты знала, что я по-настоящему тебя люблю! Мне никто другой в этом мире не нужен! — прошептал Арман мне на ухо.
— Что случилось? Ты говоришь так, словно ожидаешь чего-то плохого! — насторожилась я.
— Ничего не случилось, но никогда не знаешь, чего ожидать, поэтому говорю на всякий случай! — улыбнувшись, ответил Арман.
«Нет! Он явно что-то скрывает. Где он был весь день? Опять эти секреты!», — возмутился мой внутренний голос.
Весь вечер мы танцевали и пили эль, пробовали угощения, и я старалась ни о чем не думать. А когда танцы закончились Арман проводил меня в комнату. Но не исчез, как прежде. Он был задумчив, и меня это настораживало, потому что привыкла к его открытой душе, к тому, что он всегда говорил правду. Он посмотрел на меня со страстью и желанием, и я ощутила, что это не к добру, что он не уходит. Арман приблизился ко мне, и поймав за руку, подтянул к себе. Он заключил меня в объятия и страстно поцеловал. Мое сердце затрепетало то ли от испуга, то ли от желания, тяжело было понять. Попыталась оттолкнуть его, но он прижался сильнее. Почувствовала, что он расшнуровывает мое платье. И сердце мое пропустило удар уже от страха.
«Только не это! Господи, помоги! Верни Арману прежнюю сдержанность!», — с отчаянием шептал мой внутренний голос.
Я как беззащитный зверек, пыталась вырваться из лап хищника. Арман сорвал с меня платье, и оно, шурша, упало на пол. Стояла перед ним в одном черном кружевном белье и чулках, я всегда носила кружево. Заметила, как глаза Армана округлились. В них запылали серебряные огоньки, от чего я поняла, что передо мной больше не друг, а мужчина с животным инстинктом. Ощутила, как адреналин наполнил мои вены, как сердце разгоняется в груди, как глаза ищут укрытия.