Бакалавр 8 (СИ)
Вадим Анатольевич в знак согласия кивнул головой.
— RALF RINGER Андрея Бережного — это московская и владимирская обувь. Кстати, они гордятся этим и не скрывают своё происхождение. ROLSEN собирается на собственном заводе во Фрязино. SAVAGE — наш. TERVOLINA шьют в Тольятти. VITEK, MAXWELL, RONDELL, COLLFORT, что в прошлом году появились, опять российские. GLORIA JEANS — ростовская. Кстати, основатель имеет шесть классов образования, дважды осужден за фарцовку, задержан в восьмидесятые за торговлю валютой, когда хотел купить швейное оборудование для своего кооператива. VIS-A-VIS — московский, ИЛЬ ДЕ БОТЭ — Подмосковье, Ульяновский лесопарк. BOSCO DI CILIEGI — полностью московская компания, JARDIN — питерцы, INCITY — «Модный континент», — перечисляла и перечисляла женщина. — Кстати, у Вас костюм от KANZLER?
— Да… — опешил Вадим Анатольевич.
— В Германии такой фирмы нет, опять наши, но это не умаляет высокого качества их одежды. Хлебцы DR.KÖRNER, коль уж речь о Германии пошла, немецких корней не имеют. Они — смоленские, из Ярцево…
Вадим Анатольевич обалдел — что он тут в этом 2001 году из товаров чаще всего видел — всё отечественное. Вот ведь как…
Кассеты то, что он купил, хоть чьи?
На упаковке значилось — сделано в Германии.
Глава 21
Глава 21 Торговец улицами
— Вадик, сегодня вечером идём в ресторан.
Не успел ещё Вадим Анатольевич туфли по возвращению домой снять, как Наташа его этим сообщением обрадовала.
Ну вот… Только тихо-спокойно хотел с книгой посидеть, а тут куда-то надо переться…
— А, что случилось то? Вроде с утра таких планов не было…
— Друг твой московский звонил. Он на пару дней к родителям приехал и есть у него желание встретиться… — донеслось до Вадима Анатольевича из спальни, где его супруга к посещению обозначенного заведения готовилась.
— Кто конкретно? У меня друзей в столице много… — Вадим Анатольевич наконец в домашних тапочках оказался и отправился руки мыть.
Да уж… Водичка чуть тёпленькая, да и напор слабоват… Наверное, опять что-то случилось — всё сейчас ломается, взрывается, падает — сплошные техногенные катастрофы…
— Да мы его как-то с тобой на улице встретили. Ты его спросил, чем он в Москве занимается, а он так ещё интересно ответил, что мол уличной торговлей занимается — улицами торгует. Затем уточнил, что сейчас его бизнес — наружная реклама, — внесла ясность о звонившем Наташа.
— Володя что ли? — Вадим Анатольевич вытер руки махровым полотенцем.
— Да, да… Ты ещё потом говорил, что вы вместе с ним на центральном рынке на точке стояли, скупали там у населения всякое-разное… Вот он нас с тобой сегодня в ресторан и приглашает…
Ну, этот может себе такое позволить… Денег у него сейчас как у дурака махорки. Вадим Анатольевич с ним как-то в Москве пересекался, даже один раз дома у него ночевал. Хорошо они тогда посидели, прошедшие времена вспомнили.
— Куда хоть идём? — Вадим Анатольевич уже смирился, что отдохнуть вечером не придётся, а завтра с утра голова болеть будет — Володя мужик неугомонный, погулять любит до упора.
— В «России» он столик заказал. Всё, я почти готова. У тебя пять минут. Можешь не переодеваться — вид у тебя нормальный… — Наташа уже была при полном параде.
— Как скажите, начальник… — вздохнул Вадим Анатольевич. — Сейчас только галстук сниму.
Да, с Володей они встречались, он ещё Вадима Анатольевича к себе звал, говорил, что зарабатывать он будет на два порядка больше чем у себя в высшей школе. Конкретные цифры называл, говорил, что реклама сейчас в России — самый быстро растущий бизнес. За десять лет рекламный рынок страны вырос больше чем в пятьдесят раз, только за последний год почти пятьдесят процентов прибавил…
От каких денег, понятное дело, глупо отказываться, но для этого надо было в столицу уезжать, а бабушкина то квартира, что туда-сюда между мирами перемещается — она в Кирове. Вадик ещё не терял надежды дома оказаться, тем более, что возвратится он туда не с пустыми руками.
В ресторан Вадим Анатольевич и Наташа к назначенному времени всё же чуть-чуть опоздали — погода подвела — ветер поднялся, а потом ливень хлынул… Немного дома переждать пришлось, а затем ещё такси долго ловили. На своих колёсах Вадиму Анатольевичу ехать было не с руки — в ресторане тогда ни одной рюмки не выпьешь.
Стол, за которым расположился Володя, был накрыт богато — не скажешь, что в России народ плохо живёт. В хрустальном графинчике с водкой уже слегка убыло — гость себе уже некоторую премедикацию устроил.
Вадим Анатольевич за собой уже не раз замечал, что в последнее время его речь и мысли быстро медицинскими терминами наполняться стали. Ну, тут уж круг общения влиял, ничего не поделаешь.
— Я уж думал — не придёте… — Володя Наташе галантно ручку поцеловал и с Вадимом Анатольевичем по-мужски поздоровался. — Привет, Бакалавр. Не надумал ещё ко мне?
— Нет, пока всё думаю… — отговорился Вадим Анатольевич. — Наташа не отпускает.
— Ну, смотри-смотри… Скоро уже хорошо устроиться не получится. Так уже локотками толкаемся…
Володя наполнил бокал Наташи шампанским — водку она не пила…
Прозвучал тост за то, чтобы чаще встречаться, затем за прекрасных здесь присутствующих дам, за здоровье…
Салатики попробовали, мясо, рыбку…
Тут и до разговоров дело дошло. О чём мужики за хорошо накрытым столом после третьей начинают говорить? Само-собой — о работе. Вадиму Анатольевичу много рассказать было нечего, да и не особо микроорганизмами московский гость интересовался — про общих знакомых спросил чуть-чуть, а далее о своей деятельности говорить начал.
— Знаешь, Бакалавр, в чём сейчас особенность российской рекламной деятельности? Нет? — Володя внимательно и сосредоточенно на Вадима Анатольевича посмотрел. — Её быстрый рост. Мы в мире уже в первую пятерку вошли по числу показов рекламных роликов в день. Понял — в пятерку! Средний россиянин по семьдесят четыре сюжета в день просматривает, а тот же швед — только двадцать один…
Вадим Анатольевич что-то подобное подозревал — телевизор смотреть стало совсем невозможно… Пять минут фильм идёт или что-то иное, а затем столько же рекламы. Формируют по полной программе покупательское поведение. Сегодня ведь не просто так он Gillette купил — просмотренная реклама им управляла…
— Прикинь — восьмое место в Европе по величине рекламного рынка. Пирог огромный! Самое главное — доля наружной рекламы в нём как нигде велика, больше только у телевидения. Радио, газеты и журналы даже рядом не стояли…
Тут Володя немного приврал — газеты близко от наружной рекламы были, но последняя составляла всё же большую долю рекламного рынка.
— Как потом будет — не знаю, но тенденция к увеличению удельного веса наружной рекламы имеется. Сейчас — так. Больше пятой части денег в России идёт в наружку. У тех же французов только десятая часть, в Румынии — три процента от всех расходов на рекламу. Прикинь…
Володя опять налил по полной. Себе, Вадику и Наташе. Никого не обидел.
— Не надумал ещё, Бакалавр? — в который раз уже обратился к Вадиму Анатольевичу Володя.
— Думаю, думаю…
Вадим Анатольевич закусил селёдочкой. Наша лучше, чем в Голландии. Имел возможность Вадик сравнить российскую и их рыбку. Правда, тут ещё много значит как приготовить, но у него то Наташа это делала, а она то уж — мастерица…
— Скорее думай.
Володя опять налил.
Быстро Вовчик погнал, надо бы притормозиться, а то напьемся до горячего…
— Кто у вас чаще заказывает? — проявил интерес Вадим Анатольевич.
— У нас в Москве — табачные фирмы JTI, BAT и Philip Morris. Это теперь, а как потом будет — хрен знает. Много заказов от Samsung и LG, но на втором месте всё же информационные сообщения и поздравления. Депутаты там всякие москвичей и гостей столицы поздравляют, партии себя продвигают, а один мужик даме своей как-то на каждом углу в любви признавался… На третьем месте — реклама торговых организаций — магазины, оптовые базы… Кстати, на телевидении структура заказчиков совсем другая. Там рулят пиво, прохладительные напитки, а также моющие и чистящие средства.