Бакалавр 8 (СИ)
— Первые упоминания о кастетах, как оружии гладиаторов, датируются вторым веком нашей эры. Благодаря римским историкам нам известно о бронзовых пластинах с прорезями для пальцев, которые использовали данные бойцы. Так они и назывались — «бронзовый кулак».
Вадим Анатольевич за свою жизнь пересмотрел много фильмов на историческую тему, но такого момента не заметил. Может, не обратил внимания?
— В средние века о кастетах, как и о многом другом, забыли и упоминаний о них в данный период к настоящему времени не выявлено… — монолог посетителя антикварного магазина можно было сравнить с хорошо подготовленной лекцией, только визуализации не хватало для полного сходства, а так — один в один.
— Однако, здесь следует сказать о венецианских моряках пятнадцатого-шестнадцатого веков, которые усиливали гарды своих катлассов шипами. Очень, знаете ли, помогает эффективно достичь ожидаемого результата во время абордажного боя в тесных каютах и проходах на кораблях. Примерно в это же время в Индии, Японии и Китае стали популярны различные боевые кольца и гребни — по сути те же разновидности кастетов. Делали их не только из металла, но и из дерева, рога, а жители островов Тихого океана свои деревянные кастеты усиливали осколками обсидиана или же зубами акулы, — благообразный возрастной мужчина вновь посмотрел на часы, сам себе кивнул и продолжил.
— В умелых руках кастет — смертоносное оружие. В одна тысяча восемьсот девятнадцатом году в своем письме губернатору Северной Каролины капитан американского судна USS “Gallant” Джек Питерсон описывает драку в Марсельском порту. В ней были убиты два его матроса. Капитан сообщает об эффективности латунных кастетов, которыми пользовались французские матросы и предлагает губернатору вооружать подобным образом всех сходящих на берег американских матросов… Популярность кастетов к середине девятнадцатого века сделала их непременными атрибутами не только маргиналов, но и джентльменов, путешественников и даже писателей. Некоторые ученые в своих спорах с оппонентами от слов тоже переходили к тростям и кастетам. Правда, их весомые аргументы были уже изготовлены из серебра, часто позолочены и украшены в викторианском стиле. Подобные вещицы имеются и в моей коллекции, — похвалился коллекционер.
— Вот бы глянуть… — принял участие в разговоре Мишка.
— В семидесятые годы девятнадцатого века кастеты стали делить на европейские — с упором в виде перевёрнутой буквы «Т» и американские — с подковообразным упором. Между этими двумя основными типами существует большое количество различных вариаций. Кастет может и не иметь упора в ладонь. Существуют кастеты как на весь кулак, так и на один-два пальца… — не умолкал посетитель магазина.
— Сколько они тогда стоили? — проявил меркантильный интерес Вадим Анатольевич.
— На рубеже девятнадцатого-двадцатого веков в магазине Чижова на Литейном простой металлический кастет «Бокс» с зубцами или без оных можно было приобрести всего за сорок копеек, а вот за ту же вещицу, но уже из алюминия пришлось бы выложить уже семьдесят пять копеек. Сколько стоил кастет Великого Князя Михаила, изготовленный Василием Семеновым — одним из ведущих мастеров фирмы Фаберже, я могу только предполагать. — благообразный посетитель развёл руками.
— В годы Первой мировой войны кастеты солдатами всех воюющих держав покупались тысячами. Даже армейские интендантства задумывались об официальной постановке их на вооружение. Однако, пришли к заключению, что надо объединить два в одном. Так появились окопные ножи-кастеты. Самой известной у коллекционеров является американская модель восемнадцатого года. Кстати, использовали их и на Второй мировой войне. По ленд-лизу их поставляли даже в СССР. После окончания войны цена на армейские пистолеты упала почти до стоимости лома и кастеты на какое-то время стали менее популярны. Зачем покупать кастет, если же практически за те же деньги можно приобрести «Кольт 1911» или «Вальтер»? Кастетами орудовали только совсем уж мелкие хулиганы. В восьмидесятые начался период романтизации кастета — без него стал невозможен имидж бунтаря или крутого парня. В байкерской среде в форме кастета начали изготавливать даже педали кик-стартера, а потом любую внешнюю деталь байка — от подножек до рычагов. Появились пряжки-кастеты, чаще из мягкого оловянно-свинцового сплава. Ударишь таким и себе же пальцы переломаешь… — коллекционер кастетов пошевелил своими для наглядности.
— Мы в детстве тоже кастеты делали. Разбиваешь автомобильный аккумулятор… — начал делиться воспоминаниями Мишка.
— Наверное не кастеты, а свинчатки? — уточнил коллекционер.
— Да, точно — чаще их, но и кастеты тоже. Делаешь в земле формочку и заливаешь… Всё проще простого…
— И попадаешь под статью Уголовного кодекса за изготовление, продажу и ношение холодного оружия. Кастет то в его перечне тоже имеется. — погрозил Мишке пальцем посетитель магазина.
— Вот не знал… — удивился Мишка.
— Не знание закона не освобождает от ответственности. — коллекционер кастетов опять посмотрел на часы. — Извините, мне пора. Рад был познакомиться. Телефон я вам оставил, что интересное появится — сразу звоните.
— Спасибо за информацию, — поблагодарил уходящего Вадим Анатольевич.
— Всего хорошего, — присоединился к нему Михаил.
Колокольчик снова звякнул и дверь за необычным посетителем закрылась.
— Где твой мужик с марками? — в который уже раз спросил Вадим Анатольевич Мишку.
— Подойдёт — никуда не денется, — прозвучало в ответ.
Глава 19
Глава 19 Тайны швейной машинки
Прошёл ещё час…
Мужик с дойчмарками так и не появлялся.
— Ну что, Миш, закрываться пора. Не придёт видно твой богатенький Буратино…
Вадим Анатольевич ни капли не жалел, что сегодня пол дня просидел в антикварке. Много интересного узнал, а заодно и отдохнул немного.
— Так и сделаем. Ещё десять минут и запираю избушку.
Михаил точно соблюдал график работы магазина — минутка в минутку начинал и так же заканчивал. Нет, задержаться мог, если покупатели имелись.
Вадим Анатольевич уже сигарету разминал — сейчас перед магазином они с напарником перекурят и разбегутся, но тут колокольчик в очередной раз подал свой голос.
В торговый зал вошли трое мужчин примерно под тридцать в кожаных куртках. Тратить время на осмотр выставленного, выложенного и развешанного на стенах они не стали, а прямо к Михаилу прошагали.
— «Зингеры» в продаже есть? — поинтересовался один из вошедших.
— Вчера была машинка, но продал, больше нет.
Ответ посетителей не обрадовал.
— Никто больше не обещал принести? Возьмём хоть несколько штук. Можно не рабочие, — уточнил тот же мужчина.
— Да вроде не предлагали… — после секундной задержки ответил Михаил.
— Плохо…
Посетители как по команде повернулись на сто восемьдесят градусов и направились на выход.
— Дня не проходит чтобы про «Зингер» не спросили, — пожаловался Мишка Вадиму Анатольевичу.
— Что, опять? — усмехнулся профессор.
— Опять да снова…
Года три назад уже был всплеск интереса к этим швейным машинкам. Нет, покупатели данных раритетов по прямому назначению их использовать не собирались — их интересовал серийный номер изделия фирмы Исаака Зингера. Гулял тогда среди некоторой группы населения слух о том, что компания из-за океана разыскивает машинку с определённым номером. Продана она именно в России в начале двадцатого века. Кто сей экземпляр предъявит руководству знаменитой фирмы, получит миллион долларов. Конкретной информации про номер не было, но должна в нём присутствовать единичка…
Другие утверждали, что единичка в номере — это неправда. Специально это придумано, чтобы машины без единичек дешевле было у населения покупать.
Вадим Анатольевич с Мишкой тогда вопрос этот углублённо проработали и пришли к выводу, что найти швейную машинку с нужным номером не реально — российский завод в Подольске больше всех в Европе данных изделий производил и с девятьсот второго года их столько наделали…