Иллюзорна мгла. Часть первая. Довакина нет, но вы держитесь (СИ)

– Джулии нужны книги заклинаний Школы Изменения, описывающие призыв Света Свечи.
Пока я озиралась по сторонам, орк отошёл в сторону, позвякивая связкой ключей на поясе, открыл один из запертых шкафов и выставил передо мной целую стопку увесистых книг в коричневых переплётах.
– А теперь – правила! – грозно выдал библиотекарь, положив руку на книги. – Здесь, в Арканеуме необходимо соблюдать тишину, к книгам относиться бережно! Если увижу, хоть каплю вина на странице или загнутый уголок, как некоторые особо одаренные неофиты любят делать, я лично поставлю вопрос о вашем позорном изгнании отсюда! Считай, что это место – мой личный план Обливиона, и за нарушение этих правил тебя будет ждать суровое наказание! Для начала, думаю, этого будет достаточно, – орк подвинул стопку, пока я стояла возле мастера Толфдира ни живая, ни мертвая, втянув голову в плечи.
Книг было шесть – меня ожидала долгая ночь в библиотеке…
***
Утром я вышла на мост с двумя посохами, скрещенными за спиной, и вдруг ощутила себя заправским искателем приключений. Непривычное чувство гордости и силы переполняло через край. Неофит Коллегии Винтерхолда! Как красиво звучит! Дедушка мною бы гордился.
Вытащив из крепления посох магического света, одолженный мастером Толфдиром, я взмахнула им и призвала огоньки на жаровни, чтобы обезопасить путь по мосту. Засунуть оружие обратно оказалось проблематично – никак не удавалось попасть древком в петлю, поэтому беспомощно помахав руками, бросила гиблую затею и направилась в город, опираясь на посох.
Винтерхолд, укрытый снегом, выглядел заброшенным. Прав был Альфаринн – одна улица всего, руины домов на окраине у обрыва и кругом льды. Вместо городских стен горная цепь, пестреющая чёрными пятнами прогалин на фоне тяжёлого свинцового неба.
Трактир, большой дом с широким крыльцом, похожий на «Пик Ветров», находился напротив возвышающегося над городом жилища ярла, украшенного серебристо-серыми полосатыми стягами с гербом Винтерхолда. Я потопталась на крыльце «Замерзшего Очага», взглянула на залепленную сырым снегом вывеску, которую владельцы заведения не торопились чистить за ненадобностью. Толкнув тяжёлую дверь, оказалась в царстве тепла и тишины – бардов в Винтерхолде не водилось. Песни горожанам пел ветер, гуляющий меж острых горных вершин, а аккомпанировал ему шум волн, разбивающихся об отвесные обледеневшие скалы.
– Хотите выпить? – раздался радостный звонкий голос хозяйки. В зале не было ни единого посетителя, что, впрочем, ничуть не удивляло.
– Нет, – решительно двигаясь к стойке мимо очага, сказала я. – У меня назначена встреча. Здесь жрец Мары, случайно, не пробегал?
– Вчера поселился у нас, – разочарованно подтвердила трактирщица и указала налево. – Его комната первая отсюда.
Надеясь, что мой учитель алхимии не спит, тактично постучала в дверь. Хотелось ему всё высказать за выходку с Улвени, но когда данмер выглянул из-за двери, и я увидела на нём вместо привычной рясы шерстяную рубаху с поясом и штаны, позабыла, что именно хотела сказать, и как нужно приветствовать друзей.
– Добро пожаловать в мою скромную обитель! – он впустил меня в тесную комнатушку с кроватью, шкафом и светильником из козьего рога на стене. Это место немного напомнило моё жилище в Бруме.
– Скромная обитель скромного слуги Мары, – пробормотала я и поинтересовалась. – Как Улвени?
– Проводил её до святилища Азуры. Подозреваю, что мы с ней больше не увидимся, – он недолго помолчал, разглядел мой посох и одежды неофита. – Вижу, тебя приняли в Коллегию! Мои искренние поздравления!
– Спасибо, – я довольно улыбнулась, продолжая разглядывать данмера. – А почему ты не в рясе?
– Странно слышать от тебя такие нелепые вопросы, – проворчал жрец, вгоняя меня в краску.
– Извини, – я потупилась. – Так, что мы планируем делать?
– Мы? – Эрандур вскинул брови.
Я обиженно промолчала, стало неловко.
– Ты учишься магии, я живу в таверне, – продолжал эльф. – Кажется, это и был наш план.
– И всё?!
Он хмуро и пристально посмотрел на меня.
 
– Надеюсь, ты оставила мысли о том, чтобы искать сбежавшего наёмника? – предельно терпеливо спросил данмер, скрестив руки на груди. Это был очень сложный вопрос.
– В Обливион его! – вспыхнула я, неуклюже взмахнув посохом, от чего над головой повис белый светящийся шарик. – Но если мы когда-нибудь встретимся, задам ему жару!
– Несомненно, – тихонько усмехнулся Эрандур, глядя на случайно сотворённые чары. – В таком случае, хочу тебе кое-что показать.
Это прозвучало так интригующе, что я заинтересованно потянулась к нему.
– Поскольку, я не вышел цветом кожи, чтобы заказывать броню в Виндхельме, пришлось сегодня утром прикупить в лавке Бирны, то, что было в наличии. Всего за четыре сотни, – он открыл створку шкафа, продемонстрировав стальные пластинчатые доспехи на подставке и орихалковый искривлённый клинок. – Не в самом лучшем состоянии, конечно.
– Ты, должно быть, шутишь! – просияла я, удерживаясь от желания потрогать меч. – Они великолепны! И клинок тоже…
– Нет, в этот раз не шучу, – Эрандур закрыл шкаф и с надеждой взглянул на меня. – Думал, сегодня вечером позвать тебя на прогулку. Что скажешь?
Что я могла сказать?
Из его комнаты вышла с таким счастливым лицом, что вызвала недвусмысленную улыбку у хозяйки таверны.
***
Так я и жила: днем – неофит, а ночью – искатель приключений. Выспаться мне удавалось в те ночи, когда с моря приходил снежный шторм и заваливал весь Винтерхолд сугробами по колено.
Призыв магического света и оберег, выучила быстрее, чем каджит Дж’зарго, зато Школа Разрушения совершенно не поддавалась контролю. Попытки овладеть заклинаниями Школ Колдовства и Иллюзии привели меня в уныние, а Брелина в этих науках отличилась умом и сообразительностью. Вместо того чтобы воодушевить на подвиги заклинанием, заставила меня целые сутки видеть всё в красивом изумрудно-зеленом свете и искриться зарядами молний при прикосновениях. После того, как случайно дотронулась до Дж’зарго, обратив его из амбициозного и заносчивого неофита в милого сердитого пушистика, наставники целый консилиум созвали, чтобы понять, как снять такие хитрые чары. К счастью, им это удалось, а данмерка потом долго ходила следом за мной и чуть ли не со слезами извинялась. Обижаться на Брелину я оказалась не в силах – мы очень крепко сдружились после того случая.
Помимо нас троих в группе был ещё молодой норд по имени Онмунд. Молчаливый плечистый парень, постоянно витающий в облаках, от чего приходилось любой вопрос ему повторять по два раза. О себе он рассказал только, что семья была решительно против его поступления в Коллегию.
Десятого числа месяца Начала Морозов неофитов собрал в Зале Стихий мастер Толфдир, но на сей раз, не для того, чтобы потренироваться с оберегами и призывом огонька. По обе стороны от наставника стояли двое магов – данмер и бретонец.
– Позвольте поприветствовать неофитов и представить нашего мастера по древностям – Арнела Гейна, – выступил вперёд тёмный эльф в просторных синих одеяниях с меховой оторочкой.
– Кто этот данмер? – шепнула я Брелине. Она тихонько захихикала, прикрывая рот ладонью:
– Это ж наш архимаг!
Бретонец прокашлялся и встал перед нами. Мужчина, облаченный в золотистые одежды, как у смотрителя Арканеума, выглядел лет на пятьдесят, его высокий лоб украшали морщины, волос на голове почти не осталось.
– Как вы уже знаете, Коллегия не только предоставляет всем достойным возможность изучить магию и усовершенствовать искусство, но ещё и проводит собственные искания, непрестанно пополняя базу знаний. Не так давно мы начали изучение нордских руин, расположенных в горах неподалёку от Винтерхолда. Истории о Саартале корнями своими уходят ещё в глубокую древность и упоминания о нём датируются Первой Эрой, теми временами, когда на материке существовали двемеры, снежные эльфы и первые норды, прибывшие с Атморы. Вероятнее всего, Саартал был городом людей и был впоследствии завоёван эльфами. Можно долго рассказывать о его истории. Сравнительно недавно нам удалось обнаружить руины и вскрыть древние гробницы. Иными словами, учась в Коллегии, неофиты наравне с учениками и мастерами должны принимать непосредственное участие в общих исследованиях.