Твой брат меня хочет (СИ)

— Я запер двери, выдыхай, малышка, — его голос проникает под кожу, заставляет кровь бурлить в венах.
Парень говорит шепотом, склонившись у моего уха. А мне кажется, что это звучит так громко, что слышит каждый в этом доме….
И, наконец, я достигаю того эффекта, что злость и ярость вытягивают меня из этого состояния.
— Эрика, — голос Брендона за дверью звучит обеспокоенно и чувство вины начинает меня сжигать изнутри. Полнейший кошмар! Как я могла позволить всему этому произойти?!
Я должна была предполагать, что Тайлер способен на все что угодно… Видимо, за год отвыкла. Потеряла сноровку.
— Милый, я скоро. Еще пару минут. Ты бы не мог сделать мне мой коктейль? Ты же помнишь, какой я люблю? — мой голос дрожит, но я очень стараюсь придать ему уверенности.
Особенно сложно это делать, когда руки Тая начинают очень активно двигаться и сейчас, скользя по моим бедрам, забираются под платье, и я не могу ничего ему сказать, потому что Брендон услышит.
Все что я могу сделать, так это вцепиться ногтями в его руки и с силой дернуть вниз, чтобы он понял, что я не намерена с ним шутить. Ведь его действия недопустимы.
Но кровавые царапины на его руках только ухудшают моё положение, потому что уже через секунду Тай сжимает мои бедра и резко дернув меня на себя рычит мне на ухо:
— Я трахну тебя здесь и сейчас и, если ты не хочешь, чтобы он услышал твои стоны сделай так, чтобы он ушел.
По голосу слышно, что он не шутит. И, словно в подтверждении его слов, я вижу этот взгляд: затуманенный, жёсткий. Бескомпромиссный и решительный. Жуткий.
Верю, что если ничего не придумать, то все именно так и будет!
— Хорошо, я жду тебя внизу. У тебя точно все хорошо? — он спрашивает это таким тоном, что я готова сжечь себя на костре. Я не имею права так с ним поступать. Я не имею права причинить ему боль. Врать и юлить. Но я верю, что сейчас спасаю не только себя, но и наши с Брендоном отношения. От вмешательства Николсона.
Снова тай появляется в моей жизни и снова мы делаем больно близким нам людям. Я так больше не хочу. Я больше не хочу быть плохой. Ни в своих глазах, ни в глазах других. Я устала играть со своей совестью и проигрывать раз за разом.
— Все замечательно, — чувствую, как глаза жжет от непрошеных слез. Мне становится противно от всего, что происходит. Противно от самой себя, от Тайлера. От того что он прикасается ко мне, и я позволила этому произойти.
Удаляющиеся звуки эхом отдаются в висках, и я понимаю, что мне нужно что-то делать. Нужно выходить отсюда. Нужно избавиться от парня.
Я не хочу и не буду возвращаться в прошлое. У меня есть настоящее. Есть любящий жених и будущее. Тайлер умеет только портить все, уничтожать все что находится вокруг него и причинять боль. Много боли. Я это знаю.
— Отлично, — с этими словами рука Тая ныряет в мои волосы и, с болью сжав их в кулак, он резко стягивает меня и пихает к стене. — Хватит играться. Пора приступать к делу.
И именно в этот момент я боковым зрением замечаю огромную стеклянную банку с бомбочками для ванны и все остальное происходит как в тумане. Я резко, через боль, бросаюсь в сторону. Пальцы хватают банку, но та, выскользнув из моей руки, падает на пол и с оглушительным звуком разбивается на тысячи мелких осколков.
— Значит хочешь по-плохому? — лицо Тая перекашивается в страшной гримасе и я, сглотнув, делаю шаг назад. Ну, все, теперь я точно попала.
И пока парень, смотря себе под ноги, чтобы не наступить на осколки стекла, медленно приближаясь ко мне, я решаюсь на отчаянный шаг. Моя рука сжимается на стеклянной мыльнице на умывальнике. Делаю шаг вперед, зажмуриваюсь и, замахнувшись, наношу позорный удар исподтишка.
  
Глава 3
 
Проклятье! Как я могла докатиться до такого? Закрыться в ванной комнате с братом своего жениха и практически ему отдаться?
Наверное, здесь стоит уточнить, что перед Тайлером невозможно устоять. Прекрасный подонок — думаю так стоит его описать.
 
Тайлер Николсон — мой личный кошмар. Мой личный сорт героина. Тот, от которого нужно бежать не оглядываясь. Тот, ради которого я постоянно совершаю глупости, но к сожалению… эти глупости его не отталкивают от меня. Этот ненормальный как будто только и ждет от меня чего-то подобного.
На чем мы остановились? Ах, да.
Мои заледеневшие от ужаса пальцы сжимают стеклянную мыльницу, я даже решилась ею замахнуться, и мне казалось, что у меня все получится. Только вот не с моей удачей.
Мыльница с грохотом выпадает из моих пальцев, когда мое запястье простреливает ужасная боль.
— А ты отчаянная, — голос Тайлера заставляет дернуться, но у меня не получается сделать и шага, потому что он как всегда сильнее меня.
— Ты не оставил мне выбора, — мой голос, который должен звучать уверенно, срывается на писк.
Ненавижу свою реакцию на этого парня. Ненавижу то, как мое тело на него реагирует. Ненавижу то, как я становлюсь слабой рядом с ним.
— Ну, конечно, как легко быть бедной овцой, правда? — резкий рывок и Тай дергает меня на себя. В это время моя нога задевает огромный осколок от мыльницы и тот со всей силы ударяется о ванну.
— Блять, — Тайлер шипит сквозь стиснутые зубы и в этот момент в двери снова стучат.
— Милая, с тобой все хорошо? — голос принадлежит Глории, матери Брендона, и вот теперь я понимаю, что дело — дрянь. Она не уйдет, ее нельзя спровадить так же, как Брендона.
— Все хорошо, я уже собираюсь выходить.
До меня доходит, что это мой шанс. Шанс закончить весь этот ад. Произнеся эти слова, я дергаю свою руку и смотрю на Тая прожигающим взглядом.
Глаза парня говорят мне о том, что я пожалею. Пожалею о своей выходке, а мне нужно отсюда выйти и мой спасительный билет стоит за этой дверью. Об остальной я буду думать после, мне нужно вырваться из его ловушки, все остальное сейчас не имеет значения.
— Отпусти, не думаю, что эти проблемы нужны нам обоим.
Шепчу так, чтобы меня услышал только парень. Дёрнув руку еще раз, я не могу поверить своему счастью, потому что Тай разжимает пальцы и делает шаг назад.
Не теряя ни секунды, я открываю дверь и, нажав на ручку, выхожу из ванной комнаты. Глория все еще стоит здесь и внимательно сканирует меня взглядом.
— С тобой точно все хорошо, милая? — женщина подходит ближе и, протянув руку, заправляет выбившуюся прядь волос за ухо. — Ты выглядишь так как будто увидела кошмар наяву.
И она, не зная того попадает в саму точку.
— Все хорошо, — выдавив улыбку через силу я молюсь всем богам, чтобы она не захотела зайти в ванную комнату. Чтобы не увидела там Тайлера, и чтобы моя жизнь не началась рушиться в эту же секунду.
— Тогда пойдем вниз, твои родители подготовили для тебя сюрприз.
Глория прикасается к моему плечу и мило улыбается.
Только вот внутри меня начинает нарастать тревога. Сюрпризы родителей всегда вгоняли меня в ступор… Наверное, потому что они умели угождать только старшей сестре….
Спустившись вниз, я вижу сияющую от счастья маму, и отца, улыбка которого — редкость в нашей семье.
— Эрика, мы молчали до последнего, потому что не были уверены, что все получится. Но теперь мы точно знаем, что все хорошо.
Слова мамы меня не радуют, совершенно не радуют, я не знаю почему, но ощущение апокалипсиса накрывает меня с головой.
— Твоя старшая сестра сегодня прилетает. Представляешь? У нее получилось утрясти дела с работой пораньше. Она так хотела присутствовать при всей подготовке к свадьбе.
В эту секунду таймер на бомбе, которая может подорвать к чертям все что я так долго выстраивала, запускается. Красные циферки безжалостно сменяются одна за другой.
— Шикарная новость, я безумно по ней соскучился.
Звучит у меня за спиной и циферки та таймере начинают сменяться со скоростью света. Мне не нужно оборачиваться, чтобы узнать кому принадлежат эти слова. Голос Тайлера я узнаю всегда.