Не совсем запад (СИ)

Ребята погрузили на носилки напарника и вынесли на улицу, а я, не став добирать рассыпавшиеся по земле накопители, выбежал следом.
— Ты с нами? — спросил Витамин.
— Нет, спасибо, сам долечу потихоньку.
— Откуда только что берётся? Маленький, тщедушный, а полтора огромных рюкзака тянет! Неужели так сильно жадность мучает?
Все рассмеялись, кроме Витьки, и чтобы что-нибудь ответить, мне пришлось процитировать один детский мультфильм:
— Я не жадный, а запасливый.
Посмотрев, как ребята уверенно разбегаются с носилками, понял, что подобные трюки им приходится проделывать не впервой. А ведь таким макаром они могли и тело Пакши Комарова от Гиблого ущелья донести по воздуху, но не стали. Видать, в воспитательных целях, хотя могли просто полениться.
Взлёт с большими крыльями ничуть не отличался от стандартного варианта — разбежались и полетели. Все стартовали, мне даже с двумя рюкзаками совершенно не составило труда пристроиться следом.
А когда долетели до «сухого ручья», передо мной предстала стоящая на трёх лыжах толстая сверкающая сигара челнока. Дождавшись, когда погрузят Витьку и все усядутся, посмотрел за взлётом и стартовал сам, направляясь к площадке. Вопросов у меня оставалось множество, но задам позже, главное, чтобы всё утряслось и закончилось.
Долетев до иллюзии скалы, закрывающей толкучку, приземлился, прошёл «проходную», где зарегистрировал все артефакты из полутора рюкзаков, как «на продажу», но торговать не стал, а направился в лазарет. Поинтересовался, как состояние у Витьки, а когда мне сказали, что всё нормально, и к вечеру выйдет, убрал добычу в бокс, пошёл в бытовку и снова занялся сортировкой «доминошек».
Как стало темнеть, пришёл Витька и принёс в полиэтиленовом пакете небольшую пригоршню мелких осколков, что извлекла капсула. Вид у партнёра был недоумевающий, и вопрос тоже последовал соответствующий:
— А чем меня нашпиговало?
— Такое оружие называется противотанковый управляемый ракетный снаряд, или сокращённо ПТУРС.
— И в меня им попали?
— Нет, удалось сбить на подлёте, а то бы броня не спасла.
— Шайзе! А почему сразу не сказал?
— Ты не помнишь? Я ждал продолжения атаки и сидел за баррикадой в ожидании врагов.
— А кто хоть напал?
— Понятия не имею, надо у Витамина спросить при случае. Насколько мне удалось понять, они за один заход всех расстреляли из штатных пушек челнока.
Витька ещё помялся, стоя в дверях:
— А почему осколки только маленькие?
— Могу предположить, что мелкие долетели позже из-за силы трения о воздух, а самые крупные удержала броня, пока была цела.
— Пошли, домой позвоним, а заодно и поужинаем? А то после лечения на хавчик страсть, как пробивает!
Пока мы дошли до столовой, я рассказал Витьке про весь бой в деталях. Партнёр выслушал, а как сели ужинать, внезапно прокомментировал всё самым необычным образом:
— Эх, а ты видел у них крылья на двести килограмм?
— Купим и мы себе такие, не переживай, как только переедем на центральную толкучку, сразу пойдём искать. Сам говорил, что здесь такой товар не встречается.
— И когда конкретно?
— Как распродадим всё из бокса.
— Ты ничего нового приносить не станешь?
— В условиях откровенной слежки нет никакого смысла заниматься добычей артефактов.
Сказав последнюю фразу, пнул Витьку под столом по ноге, а то партнёр уже открывал рот, желая сказать что-нибудь непотребное. Весь остаток ужина мы поглощали пищу именно так, как советуют врачи и диетологи — молча.
А когда пошли к «ящичкам» за телефонами (мы хоть и переехали в бытовку, но хранили их здесь, а не дома), то к нам подошёл охранник и пригласил зайти к Витамину.
Директор площадки, как всегда, сидел, обложенный бумагами с таблицами, и чиркал в них обычной шариковой ручкой:
— А, пришли, присаживайтесь. Что могу вам сказать, очень всё удачно получилось.
— Меня чуть не убили, и что здесь хорошего? — начал закипать Витька.
— Но ведь живой остался и даже бесплатно подлечился. Помнишь, Вольдемар, ты говорил про самостийные банды, добывающие артефакты и торгующие на чёрном рынке? Именно такая группировка и напала. Поверили слухам, что у вас есть полный комплект оборудования с челнока и стали за вами следить. Кстати, в банде много старых знакомых оказалось, кого мы с площадки выгнали. Например, тот, кто дядину машину вскрыл мечом звёздного металла, как консервную банку. Считайте, что оказали всем большую услугу. Кстати, убийство поисковиков на дальних рубежах, тоже их работа. У меня к вам только один вопрос: что собираетесь делать дальше?
 
— Поедем на центральную площадку, — за двоих ответил я. — Там и возможности шире, и есть чему поучиться.
— С одной стороны, жалко, а с другой — правильно. Вас здесь со слухами о комплекте обвеса для челнока никто в покое не оставит. Уж слишком большие деньги там получаются. Будут вопросы — заходите, а перед отъездом дам вам маленькое поручение. Не обязательное, а так, между делом.
Когда я наконец-таки дозвонился до мамы, она сразу на меня набросилась с вопросами. Почему не рассказал ей, как сгорела машина, и если мы занимаемся в космической группе, то какое отношение к подготовке космонавтов имеет китайский бизнесмен? Врать мне совершенно не хотелось, потому пришлось говорить правду:
— Ты понимаешь, что не могу тебе почти ничего сейчас рассказать, так как давал подписку? И дядя Коля тоже, между прочим. Пойми главное, у нас всё хорошо, а дальше станет ещё лучше. Придёт время, и мы с Витькой сами всё расскажем.
После того как убирали телефоны в шкафчики, мой напарник вдруг предложил:
— Давай сейчас потренируемся в стрельбе?
Поняв, что есть повод поговорить, взял маленький бластер, и мы пошли к нашему излюбленному месту рядом с забором.
Сняв накопители, принялись целиться в кружащих не то ворон, не то грачей — издалека и не разберёшь, и Витька, наконец, спросил:
— Так что мы станем делать с твоей находкой?
— Пока ничего, слишком много шума вокруг, надо, чтобы улёгся.
— А если найдут тоннель?
— Сомневаюсь, мне удалось его обнаружить лишь по чистой случайности. Разве что, станут летать вдоль отвесных скал и все подряд простукивать.
— А с обучением языку?
— Опять опасно, у меня капсула в самой дальней пещере спрятана. Если нас выследят, то на месте прибьют и всё отберут. Как появится возможность, сразу сделаю.
— Шайзе! А откуда все вообще про шаттл узнали?
— Наверное, мы с тобой где-нибудь в людном месте ненароком сказали неосторожную фразу.
— Что же, вообще ничего не говорить, получается?
— Именно так, давно тебе про это говорю, а ты не веришь.
На следующее утро мы успешно отработали основной наплыв покупателей, как вдруг к прилавку подошёл мой приятель Лёха и таинственным голосом спросил:
— У вас крякозябрестый палалунпекатор на пятнадцать микролаптянусов есть?
Так как я занимался промежуточной ревизией, то не сразу узнал, а как понял, кто шутит, тут же улыбнулся:
— Здорово, старик! Рад тебя видеть, какими судьбами здесь?
— Отец оптовые закупки проводит, а мне удалось с ним напроситься. А вы когда к нам на Алтай приедете? А то мама все уши прожужжала, что ты на меня хорошо влияешь.
Не став углубляться в подробности, что если бы тётя Люба узнала про все мои «художества», то так не говорила, ответил напрямую:
— Ещё три рюкзака товаров распродадим и сразу пойдём покупать билеты.
— Серьёзно? Так давай я с отцом переговорю, он всё оптом заберёт, и вас заодно тоже.
— Так нам надо ещё свои вещи отсюда вывезти.
— Всё влезет! Мы целый рейс зафрахтовали.
— И ещё крылья на двести килограмм не купили, — вдруг добавил Витька.
— Есть у нас на складе, по льготной цене отпустим.
— И дом не начали подыскивать.