Не совсем запад (СИ)
Не увидев вокруг никого посторонних, быстро выбрался на поверхность, накинул на себя позаимствованный плащ, запахнулся и пошёл к своему боксу. Босые ноги с непривычки кололи острые камешки, но я старался передвигаться обычным шагом — идёт себе человек, ни про какое нападение не слышал.
Зайдя в гараж, первым делом закрылся изнутри на стальной засов (хотя такому летающему монстру мои запоры явно на один взмах меча) и бросился к своей одежде.
— Нашёл что-нибудь? — одноклассник для меня снова стал невидимым, но судя по вмятине на сиденье, так и оставался на пассажирском месте.
— Подожди, сейчас оденусь, отдышусь чуток и всё расскажу.
Глава 2
Витька с детства не отличался терпеливостью, и здесь тоже, не дав мне одеться, принялся подгонять и атаковать вопросами:
— Ты можешь одновременно штаны натягивать и говорить? Не видишь, отвернулся и не смотрю! Хоть скажи, что случилось, а потом дальше одевайся!
Но я не поддавался на его подначки, только застегнув последнюю пуговицу, сел на водительское место и сказал:
— Напал на меня летающий придурок, со сверкающим щитом и мечом. Таким, что чугунный диск и железобетонную плиту колодца прорубил.
— Шайзе! Тот самый хрен, что меня уделал. А сияют артефакты, когда мощь в них ошизенная. Что, прямо сразу атаковал, как из гаражей вышел?
— Нет, сначала дошёл до того места, где тебя подобрал, там походил, нашёл малую аптечку.
— Ничего не путаешь?
— Я её к скафандру приложил, она порванную ткань зачинила и царапину на ноге вылечила. Сияющий параллелепипед, размером со спичечный коробок.
— Накопитель энергии. Очень полезная штуковина, как наш аккумулятор. Если такой пристёгнут, скафандр сам себя ремонтирует. Рану тебе просто промыло, а не подлечило. И как тебе от летающего хрена удрать удалось?
— Один раз за кустами залёг, а потом прыгнул в колодец с кабелями.
— А дальше? Куда скафандр делся?
— Пополз по каналу, а потом понял, что если так вылезу, то он меня увидит. Потому коробочку отключил и прибрал за кабели, место приметил. Скафандр тоже снял, как ты учил, два раза дёрнув за кольцо, и рядом спрятал.
— От него же ничего не должно оставаться!
— Он сложился в такую мягкую невидимую тряпочку, только как обратно надеть, не знаю.
— Это не скафандр, а тот самый мешочек с отходами жизнедеятельности. Грязь, просто мусор.
— Да там большой пакетик получился, размером с крупную грушу!
— Откуда я знаю, что с тебя собралось? Может, ты от страха обделался, когда на тебя хрен с горы напал.
От его слов у меня кровь к лицу прилила:
— Сейчас не посмотрю, что ты раненый, и в глаз дам! Меня твои дурацкие приколы с детского сада бесят!
Витька вдруг откинул шлем, и мне стало видно лицо. Чудно так: тела нет, одна только морда и часть шеи торчит неизвестно откуда, словно «голова профессора Доуэля» у меня в машине сидит. А мой одноклассник вдруг серьёзно посмотрел и сказал:
— Когда подлечусь, мы с тобой обязательно подерёмся и не один раз. Я тебе обещаю.
— Хочется старые счёты свести?
— Нет. Рукопашный бой у тебя двоечка, если не путаю? Слабенько. Станем тренироваться. Прежде чем начать владеть миллионами, надо научиться их защищать!
Последняя фраза явно выпадала из его стиля, оттого я и спросил:
— Твой наставник так сказал? Где ты хоть нашёл его?
— Случайно познакомились при странных обстоятельствах. Да скоро все про инопланетные штуковины узнают. Хоть на площадке берут подписку о неразглашении, вести расходятся. И нам надо не варежкой щёлкать, а рубить капитал! Ведь когда толпы желающих в горы нагрянут, там уже фиг чего найдёшь.
Мы замолчали, я задумался над Витькиным предложением заработать денег, а он внимательно на меня смотрел. Первому игра в гляделки надоела мне:
— Наверное, надо взять твой фанерный дипломат и сходить за накопителем?
— Опасно, лучше завтра. Не возражаешь, если у тебя здесь переночую? Только ты сиденье мне разложи. Одеяло не потребуется, в скафандре не замёрзну. Жратвы принеси побольше, а то после аптечки всегда на хавчик пробивает.
— Где же я тебе возьму много?
— Разменяй баксы и купи. Да и на завтра с собой взять продукты надо.
— А что, там космические сухпайки не выдают?
Витька моей шутки не оценил:
— Имеются, только если ими питаться, раз в десять дороже получается.
Минут двадцать мы обсуждали, что купить сегодня, а какие продукты завтра перед отъездом. Пришлось взять два листка и записывать — перечни получались немаленькие. После чего я запер свой бокс на ключ, дошёл до открытого колодца и положил на место позаимствованную плащ-палатку. А дальше отправился выполнять Витькины поручения — для начала закупил продуктов и занёс в гараж, а потом пошёл домой, отпрашиваться.
Вечером, когда мама пришла с работы, решил сразу рассказать всю информацию, чтобы получилось больше времени переварить услышанное:
— Сегодня Витька приезжал из спортивного лагеря, сказал, что у них многие не выдержали нагрузок и ушли, образовались вакансии. А там питание и проживание бесплатные, только тренируйся и занимайся.
— А как же машина? Ты ведь собирался её восстанавливать?
— Уже всё готово, сегодня на пустырь выезжал и проверил. Права мне всё равно только в августе следующего года выдадут.
— Конечно, поезжай, спортом тебе заняться не помешает. Я ведь тётю Лену ещё месяц назад просила, чтобы Витя за тебя словечко перед тренером замолвил, но тогда не получилось.
Что мама с мачехой одноклассника общается, для меня давно секретом не являлось. Много раз мы попадали в неприятные ситуации, когда я рассказывал дома одну версию событий, а Витька другую. Но чтобы она за меня просила?
— Отлично! — мне даже захотелось подпрыгнуть от радости. — Завтра поеду.
— Напишу заявление на отгул и провожу тебя.
— Не надо меня позорить перед ребятами! Хочешь, чтобы маменькиным сынком дразнили?
— А что так застеснялся вдруг? Может, ты туда с какой-нибудь девочкой собрался ехать?
Очередной раз уверив, что прежде чем «начну дружить» с представительницей противоположного пола, непременно представлю кандидатку маме, я уже хотел идти собираться, но не тут-то было! Пришлось обещать, что не стану пить спиртное, курить, употреблять наркотики и таблетки, купаться в неположенных местах, сбегать от воспитателей и так далее. Она перечислила мне тысячу всевозможных запретов и ограничений. Как только наизусть всё помнит, хотя жалуется, что «память стала совсем дырявой»?
На следующий день я отнёс в гараж свой рюкзак с вещами и палатку, убедившись, что Витька всё ещё живой и даже порозовевший. Затем взял фанерный «дипломат» и сходил в колодец за накопителем, а когда вернулся, Витька уже ликвидировал свой скафандр и переоделся в «гражданку».
Вторым рейсом притащил из магазина и загрузил в машину две большие сумки продуктов. Запустив на телефоне навигатор, вручил Витьке, чтобы контролировал процесс передвижения, и мы поехали.
Нам предстояло преодолеть шестьдесят два километра, думал, что за один час доберёмся. Но кое-где пришлось плестись по жутким ухабам, и поездка заняла в два раза больше времени. Чтобы посмотреть на инопланетные чудеса, я мог и месяц ехать, не вылезая из-за руля. Поначалу мне думалось именно так, но после двух часов сложной дороги почувствовал, что с непривычки начал уставать.
Когда Витька сказал, что подъезжаем, у меня от нетерпения всё внутри затряслось: неужели сейчас увижу всю инопланетную невидаль? Думал, что мы сразу переоденемся и побежим в горы, собирать артефакты, но всё получилось немного прозаичней.
Территория толкучки оказалась огороженной забором из профнастила, на воротах стояли двое чоповцев с «травматикой». Никаких скафандров и инопланетного оружия. Нас засняли на видеокамеру, похожую на дистанционный термометр, после чего белобрысый охранник спросил Витьку: