Не совсем запад (СИ)
— Понятно, ты поедешь, а я продолжу собирать, где вчера.
— Не вздумай! Если нарвёшься на группу даже из трёх человек, тебя грохнут!
— И чем мне тогда заняться?
— Прокачивай уровни.
— И сколько тебя не будет? Пока туда доберёшься, потом обратно.
— Завтра вернусь, отсюда на центральную толкучку каждый день челнок летает.
От Витькиных слов у меня почти столбняк случился — получается, что люди уже освоили не только лёгкие крылья, но и корабли инопланетян? Понятно, что пытливые умы всё исследуют, но мне такой прогресс и не снился даже!
После завтрака я сходил в хранилище, взял телефон и позвонил маме. Выслушал тысячу упрёков и объяснил, что со мной ничего страшного не случилось, а просто устал. После чего зашёл к завхозу и почитал «инструкцию по внутреннему распорядку на площадке». Заглянул в шкафчик и взял свой новый бластер — тот самый, оставленный из нашей добычи, и лишь затем направился к палаткам.
Витька уже улетел, брать меня с собой не захотел, так как билет дорогой. Вчера я пытался выяснить, где находится аэродром, но мой напарник заявил, что таких вещей не знает никто. Всем, желающим лететь, надевают на головы непрозрачные мешки, сажают в машину и везут к шаттлу, а где находится взлётно-посадочная полоса — никто не знает.
Чтобы не тратить времени даром, пошёл к забору «целиться в птиц». Обращаться с новым оружием у меня получалось не очень хорошо — не хватало приклада, но я старался. В результате усиленных тренировок у навыка стрельбы появился ещё один уровень. Удовлетворённый результатом, пошёл варить обед.
Так как готовить на одного мне оказалось лениво, открыл пачку лапши с приправами и залил кипятком. А когда доел, решил проверить свои уровни, выдав команду укороченного просмотра. Выведенную на экран информацию мне удалось понять и перевести без помощи тетрадки:
Сила 26 (+1); Выносливость 23 (+1); Нож 7 (+2); Стрельба 9 (+1).
Пока одновременно прослушивал и просматривал сообщение, показалось, что большинство букв иноземного алфавита мне знакомо. Ведь я так и не отключил звук у скафандра, как рекомендовал мне Витька. Ради прикола взял свою тетрадку и попробовал составить алфавит пришельцев, просматривая и прослушивая сообщения. Букв мне удалось с ходу насчитать больше ста, а система записи оказалась намного сложнее, чем представлялось в начале.
Исчиркав несколько листов, внезапно обнаружил закономерность. Кроме знаков, обозначающих чистые гласные и согласные, встречались буквы, изображающие слоги, то есть сразу два звука. Так, в иноземном алфавите имелись обозначения сочетаний: «ан», «ен», «ин», «он», «ун», «эн» и «юн». Отсутствовал только «ян», вполне вероятно потому, что анализ проводился на небольшой выборке слов. И все близкие по звучанию значки оказались отдалённо похожими между собой, так как в середине каракуля имелась одинаковая для всех загогулина!
За очередным перерисовыванием инопланетного алфавита меня и застал Лёха. Так увлёкся, что даже не заметил приближения своего приятеля:
— Уроки учишь? Привет!
— Здравствуй, да наставник уехал, оставил делать домашку.
— Смотрю у тебя новый бластер, у меня тоже точно такой, вчера родители подарили.
Сразу захотелось воскликнуть: «Везёт же людям, предки бластеры покупают»! Но потом подумал: «А ведь ему могли подарить один из тех, что я нашёл во время совместного рейда с Витькой»! И червячок зависти сразу заткнулся: «Может, кое-кому родители и покупают оружие, зато мы сами такое добываем пачками»! Но Лёхе ответил нейтрально:
— Да, учитель мне тоже купил.
— Пойдём в лазертаг поиграем! Заплачу за двоих, не волнуйся.
Заглянув на экран шлема, увидел там ноль кредитов и решил согласиться:
— Пойдём, но как свою долю получу от реализации товара, всё верну.
— Ладно тебе, из-за такой мелочёвки даже разговор заводить не стоит.
Он почти довёл меня до входа на толкучку, только свернул к горам чуть раньше, перед поляной кузнецов. Когда мы прошли через ещё одну «маскировочную скалу», я поразился масштабу аттракциона. Целое ущелье оказалось застроено деревянными лестницами, галереями, переходами, площадками и башенками.
Всё творение чокнутого архитектора имело высоту десятиэтажного дома, ширину метров двести и тянулось вдаль по ущелью. Лёха заплатил за три часа тренировки на двоих, и мы отправились получать амуницию.
Пожилой сотрудник выдал нам защитные скафандры и ограничители мощности бластеров. Оказалось, что у всех моделей лучевого оружия имелась возможность установки таких «скоб», переводящих оружие в учебный режим.
А когда мы облачились в тренировочную броню и прошли через рамку, назвав свои имена, на экране шлема активизировалось перекрестие прицела зелёного цвета. Мужик, экипировавший нас, громко сказал:
— Всё ребята, вы в игре! Когда крестик погаснет — время закончилось, пора возвращаться. Сдадите экипировку и тогда узнаете, сколько нанесли и получили урона. А если с вас жизнь снимут до нуля и бластеры отключатся, тоже подходите. Но только чтобы перезапустить игру. Оставшийся уровень условной жизни виден на шлеме в углу. Есть зелёная полоска? Тогда всё нормально.
Мы с Лёхой побежали к нагромождению деревянных конструкций, и я на ходу спросил:
— А против кого нам сражаться?
— Ты здесь ещё ни разу не играл? Мы с тобой одна команда против всех остальных. Сначала надо прорваться по лестнице на галерею, но там новичков поджидают и часто высаживают.
Когда мы пересекли белую черту, обозначающую границу, на скафандры обрушились сотни условных выстрелов. Пробежав пять метров по открытому месту, спрятались под козырёк, и пальба прекратилась.
— Лёха, а другого пути нет?
— Не знаю, все так ходят.
— Судя по экрану шлема, там человек пятьдесят. Давай, я тебя подсажу в то окно, а потом ты поможешь мне подняться?
Вскарабкавшись по стене, мы проникли в пустое помещение с одной дверью, и Лёха спросил:
— Что дальше делать собираешься?
— Обойти всю толпу, поджидающую нас, найти место над террасой, где все собрались, и обстрелять.
— Класс! Давай, ты иди первый, а я тебя со спины прикрывать стану.
После двадцати минут блужданий по лабиринтам и стычек с одиночными игроками мы поднялись на крышу и нашли место, где через щели между брёвнами просматривалась вся терраса. Собравшиеся там игроки не смотрели наверх, так как увлечённо выносили новичков, бегущих к лабиринту.
— Сколько у тебя жизни осталось? — спросил Лёха.
— Около семидесяти процентов, но ощущение, что показатель постепенно восстанавливается.
— Так и есть, отдыхаешь, и жизнь растёт. У меня чуть больше половины только.
— Начинаем мочилово, старайся стрелять в одного игрока, пока не вынесешь.
Первых пятерых я отправил в административный домик, словно в тире, и Лёха тоже не отставал. Внизу, естественно, замечали, что их выбрасывает из игры, но почему такое происходит, понять не могли. В большом скоплении людей на экране шлема всё буквально пестрило врагами, и понять, что кое-кто самый хитрый их обстреливает сверху, оказалось почти невозможно.
Раненные нами игроки, перебегали, меняли позицию, но мы их всё равно добивали! И только когда мне удалось вынести пятнадцатого по счёту, кто-то крикнул:
— Они над нами засели! Огонь!
Толпа подняла бластеры вверх, но ничего не происходило. Цели явно захватывались, но навести излучатель так, чтобы попасть в узкую щель шириной меньше сантиметра, не получалось. А мы ещё и легли сразу так, чтобы наши скафандры не особо торчали из щелей. И тогда одна девчонка крикнула:
— Я знаю, как туда добраться, айда за мной!
Сделав ещё с десяток выстрелов, мы увидели, что терраса опустела, и мне ничего не оставалось, как скомандовать:
— Лёха, отходим, веди.
— А куда?