Ангельская пыль (СИ)

Получается, что всё это время Кирилл выжидал меня?
– Что тебе нужно?
– Поговорить, – сказал сухо, без объяснений.
– Поговорить? Сейчас, здесь? – оглядевшись, я нахмурилась. – О чём? О том, почему ты вёл себя как придурок?
Прорычав в сторону что-то неразборчивое, он в один шаг преодолел разделявшее нас расстояние и остановился почти вплотную, вынуждая меня запрокинуть голову.
– Я подвезу тебя до дома и всё объясню, – твёрдо и бескомпромиссно произнёс Кирилл, затем наклонился, испытующе всматриваясь в моё лицо, и зловеще добавил: – Сама пойдёшь?
– Меня ждёт такси. – Отступая от мужчины, бросила взгляд на одиноко стоявшую у тротуара серебристую «десятку» с заведённым двигателем.
– Я договорюсь, садись, – велел он, доставая из кармана пальто ключи.
Вдалеке, на стоянке, одна из машин коротко пиликнула, приветливо мигнув фарами.
Приблизившись к большому кроссоверу Chevrolet, задумалась: мне всегда казалось, что такие машины покупают для семьи… Впрочем, с чего я решила, что у него нет жены и детей?.. Конечно, это не исключено.
Эти мысли мне не понравились. Немедленно одёрнула себя. Не хватало для полного счастья влюбиться в женатого мужчину!
В просторном салоне было тихо и тепло. Обоняние так и не восстановилось, но я уверена, здесь пахло кожей, кедром и ароматной корицей.
Пара минут, и на водительское кресло приземлился Кирилл. А меня вдруг охватило какое-то безотчётное волнение…
Уточнив адрес, мужчина плавно развернул машину и выехал со стоянки в сторону моего дома. Несмотря на усилившийся снегопад, доехали быстро: ночные улицы пусты.
За всю дорогу мы не проронили ни слова, но к концу поездки напряжение в воздухе стало почти осязаемым.
Буран заглушил двигатель, и я, отстегнув ремень безопасности, повернулась к нему. Замерла в оглушительной тишине, с интересом ожидая разговора. А Кирилл медлил, будто раздумывая, стоит ли вовсе его начинать.
– Скажи, что ты знаешь о Шамане? – Цепкий взгляд впился в мои глаза.
Несколько опешила от такого вопроса.
– Только то, что он брат Виктора – управляющего кальянной, в которой я работаю… – ответила растерянно. Буран нахмурился, и я пояснила: – «Black House»… Кальянная «Black House»… Слушай, я не понимаю, при чём здесь Илья? Почему ты спрашиваешь о нём?
– Он был сегодня в клубе?
Теперь пришла моя очередь нахмуриться.
– Был. Сидел за соседним с тобой столиком. Да ты можешь сказать прямо?! К чему эти вопросы? – начала я заводиться.
– Я хочу, чтобы ты достала кое-какие сведения для меня. – И пока я старательно возвращала на место свою отвисшую челюсть, Кирилл продолжил: – Меня не интересуют чьи-то домыслы или слухи. Только сведения, которые ты услышишь собственными ушами. Любые. Даже если они тебе покажутся сомнительными или неполными. Это могут быть адреса, имена, фамилии, цифры…
Непонимающе покачав головой, я перебила:
– Стоп-стоп-стоп! О чём ты говоришь?
– Тебе известно, что у вас в клубе гонцы* толкают наркоту?
– Интересно, откуда бы мне это знать?.. – спросила язвительно.
– Да брось! Случай с твоей подругой – яркое тому подтверждение. Её подогрели* именно здесь, – усмешка. – К тому же я ни за что не поверю, что официантки не в курсе того, что происходит в клубе.
– А тебе известно что-то о таком понятии, как «профессиональная этика»? – вставила я, удобнее устраиваясь в кресле, и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Нет? Так вот я тебе расскажу! У официанта – это умение вовремя прикусывать свой длинный язык и выкидывать из головы лишнюю информацию. Иначе… потом проблем не оберёшься.
– Да о какой, к хренам, этике ты говоришь? Ведётся следствие! – прорычал Буран, подаваясь вперёд и заставляя меня вжаться в спинку сиденья. – Они подсаживают на наркоту детей. Обрекают их на жалкое существование ради новой дозы и мучительную смерть.
– А как эти гонцы проносят наркотики? – едко спросила. – Ведь перед клубом всегда стоит фейсконтрольщик. А затем каждого гостя проверяет охрана.
– Охранник – не пёс. Он не сможет учуять этот запах. Наркоту могут спрятать где угодно: в трусах, в носках, в потайном кармане…
 
– Я всё понимаю, но какое отношение к этому имею я? Послушай, если ты решил, что работа в клубе – для меня лишь прихоть, то серьёзно ошибся. Я работаю не потому, что хочу доказать своим богатеньким родителям, что уже достаточно самостоятельна. Мне действительно нужна эта работа, и я не собираюсь её терять. – Заметив, как лицо Кирилла исказила гримаса недовольства, я добавила: – И я ещё не говорю о том, что ты подвергаешь меня и мо… – осеклась на полуслове, передумав упоминать Серого, – опасности.
– Это безопасно. Я не заставляю тебя выслеживать кого-то. Никаких дополнительных действий с твоей стороны не требуется. Просто прислушивайся к тому, что говорят вокруг. В частности – Шаман и люди, с которыми он контактирует.
– И ты так уверен, что я не стану играть на два фронта?
– Да. Скажем так: это моё чутьё.
Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга.
– Я заплачу́, – нарушил он молчание.
Мне стало интересно.
– И сколько нынче платят осведомителям?
– Двадцать штук я переведу сразу. Тридцать – после.
– После чего?
– После того как ты принесёшь хоть что-то интересное.
Что-то интересное…
На хмуром лице Бурана появилось победное выражение, будто он вдруг выгодно вложился. А мне жуть как захотелось его стереть.
– Ты так и не сказал, почему вёл себя как придурок.
– Так было нужно, не забивай себе голову, – процедил он.
– Знаешь что! Тогда иди ты на хрен! – не выдержала я и, резко развернувшись, схватилась за ручку двери.
Выскочить так и не успела, мужчина схватил меня за запястье и с силой дёрнул на себя.
Его прикосновение обожгло не хуже разогретой сковородки. Дыхание перехватило.
По инерции влетела в Кирилла, коснувшись кончиком носа упрямо сжатых губ. Сердце, подскочив к горлу, заметалось в груди.
Чуть запрокинула голову. Чёрная борода царапнула мой подбородок, и я буквально задохнулась под жгучим взглядом Бурана.
Миг, и выражение его лица изменилось. Мужские пальцы, словно язычки пламени, начали блуждать по моему запястью, опаляя чувствительную кожу.
– Ангел. Так. Было. Нужно, – хрипло повторил Кирилл и отпустил мою руку, немного отстраняясь.
Я тут же отпрянула.
– Если так, то почему ты не предупредил меня? Не знаю… не намекнул.
– Зачем? – вновь нахмурился. – Чтобы ты устроила балаган, ломая дешёвую комедию?
– Зато ты был очень убедителен, демонстрируя свои актёрские способности, – проворчала, доставая из кармана телефон. Взглянув на экран, добавила: – Мне пора домой.
– Продиктуй свой номер, – велел мужчина, и я потупилась, усиленно вспоминая дурацкие цифры.
Через пару секунд, телефон в моих руках завибрировал, давая понять, что я произнесла всё верно.
– Подумай пару дней над моим предложением и дай знать, что решила.
Кивнула и, не прощаясь, торопливо выбралась из машины. Ноги мгновенно провалились в снег по щиколотку.
С каждым шагом, мужчина позади меня оставался всё дальше и дальше. Мои глаза слипались, усталость накатывала и накатывала огромными волнами. Сейчас хотелось только одного – рухнуть в постель и уснуть. Но до неё ещё нужно добраться! Жорик обещал помочь с замком, как только я вернусь домой.
Едва шагнув в квартиру, ощутила удушливый запах перегара и дешёвого табака. Повсюду, куда не посмотри, грязные следы, пустые бутылки, куски засохшей еды… В общем, всё как обычно.
Судя по царящей вокруг тишине, дома было спокойно и обитатели квартиры крепко спали.
 
Я уже и не помнила, когда в последний раз обо мне искренне беспокоились родители. Им давно нет никакого дела до родной дочери. Самым близким для меня людям абсолютно плевать, что со мной, где я и с кем. Отец с матерью охвачены лишь одним желанием – забыться в пьяном бреду. Их мучает постоянная жажда. Непобедимая. Неутолимая.