Любимая наша (СИ)

− Зас-с-служить уваж-ш-шение моего отца очень непрос-с-сто, − кивает согласно на-агар. – Но императрице Лине это удалос-с-сь.
Услышанное попросту не укладывается в моей голове. Лина правила империей? Заслужила уважение Чёрного? Выстояла против Совета и стала единоличной императрицей? Наша хрупкая, ранимая и нежная сэ-авин? Как такое вообще возможно?
  
Глава 12
 
Лина
− Куда ты меня везëшь? – спрашиваю безучастно у Чотжара, уставившись в одну точку над его плечом.
− В императорс-с-ский дворец. Куда ж-ш-ше ещё, − мрачно рассматривает он меня в ответ. – Ми-ичан летит с нами. Обс-с-следует тебя, как только прибудем.
− С малышами всё в порядке, − произношу сипло. Просто знаю это откуда-то.
− А с-с-с тобой?
− Какая разница, − пожимаю плечами. И заметив, как змей шумно вздыхает, готовясь к новой отповеди, вяло качаю головой. – Не надо мне промывать мозг, Чотжар. Это сейчас не поможет. Мне слишком больно. И я знаю, что сама во всём виновата.
− Ты бываеш-ш-шь пораз-с-сительно умна, но зачас-с-стую такая глупая, − фыркает он. – В чём ты виновата?
− Спроси у Повелителей. Они тебе в подробностях объяснят. То, что дура, я тоже знаю. Сэтору уже говорил, − закрываю глаза. Слишком сильно их жжёт невыплаканными слезами. – Оставь меня, пожалуйста, я устала.
Чотжар некоторое время напряжённо молчит. Буравит меня материально ощутимым взглядом. Мне даже начинает казаться, что мою просьбу он проигнорирует и снова начнёт песочить мне мозги на тему того, как я неправа в своих мыслях и восприятии. Но вот я слышу тихий шорох и вскоре понимаю, что змей удалился.
Тихо вздохнув, откидываюсь головой на подголовник кресла. Пальцы судорожно впиваются в подлокотники. Пытаюсь дышать ровно. У меня это даже частично получается. Вот только в душе всё равно пляшет безумный хоровод чувств и эмоций. Одни заставляют сердце счастливо грохотать в груди, а другие, словно лезвия, кружат, больно раня каждым касанием.
Мои Повелители вернулись. Это не сон. То о чём я так долго мечтала, к чему так сильно стремилась, не щадя себя, наконец-то случилось. Я справилась. Мы с Сэтору справились.
Но какой ценой?
В душе всё сильнее разрастается чёрная бездна отчаянья.
Я не позволяла себе даже на миг усомниться в том, что вернуть моих сэ-аран в этот мир, в эту Вселенную, возможно. Но теперь моя вера в счастливый исход исчерпалась. Я не вижу, как всё может закончиться благополучно. По крайней мере, для меня.
Даже до исчезновения Повелителей осознавала, что вернуть их себе, возможно, никогда больше не смогу. Приказ А-атона слишком о многом мне сказал. Для них с братом на первом месте есть лишь империя и их долг. Даже если они меня полюбят, всё равно я всегда буду на вторых ролях. Буду той, кем при необходимости можно пожертвовать ради высшего блага. И я не посмею противиться этому в силу собственных клятв.
Собственно, мною уже пожертвовали. Пусть это решение далось А-атону нелегко, но всё же он его принял.
Вот только меня они не смогут принять после того, как я была с другим. Не смогут простить этого ни мне, ни своему сопернику. Всегда будут помнить. Да и я буду... всё перевернулось с ног на голову.
Нет, я ничуть не умаляю собственную вину. Мне нельзя было привязываться к Сэтору. Нельзя было влюбляться в него. Нельзя было подпускать так близко и позволять ему пробраться в моё сердце… Допускать ту ошибку, из-за которой чуть не умерла и вынуждена была принять его предложение о браке. Я наделала много ошибок, которых, возможно, был шанс избежать. Теперь пришло время расплачиваться за всё. И если бы расплачиваться довелось только мне.
Нет, мои мужья тоже пострадают. Все трое. И я не знаю, как это вынести. Не знаю... каждый из них стал частью моей души. Скоро душу мою разорвут на куски.
О чём я там мечтала, когда только привыкала быть императорской сэ-авин? О том, что когда-нибудь смогу найти своё место в этом мире и буду счастлива?
Глупая, глупая «зверушка» Лина. Забыла, что справедливости в жизни не бывает. Видимо, как и счастья.
 
Рядом раздаётся приближающийся шорох. Порой мне кажется, что Чотжара специально двигается так, чтобы я могла услышать. Потому что, когда надо, он может быть совершенно бесшумным. Сейчас же я отчётливо различаю шелест чешуек по композитному полу.
− Мы прибываем, − слышу его голос.
− Хорошо, − открыв глаза, смотрю на хмурого хранителя.
Он мог бы ничего не говорить, я и сама чувствую, как шаттл заходит на посадку.
Интересно, что меня теперь ждёт? Как Повелители накажут свою неверную сэ-авин?
Вместе с императорским шаттлом во дворец прибывают и несколько боевых с джа-анами. Мой хранитель свои обязанности выполняет отлично, несмотря ни на что. Тэ-атсур же с частью своих подчинённых остался в храме, чтобы обеспечить охрану и достойное сопровождение вернувшихся императоров.
Каково же моё удивление, когда на посадочной площадке я неожиданно вижу главу Дома Бронзовых на-агаров. Как он здесь оказался?
− Моя императриц-с-са, − склоняется он, как только я ступаю на трап. – Приветс-с-ствую вас и прошу прош-ш-щения, если мой визит не ко времени. Но у меня появилис-с-сь очень с-с-срочные и важные новос-с-сти. А ри-одо С-с-сэтору, к сожалению, не отвечает на мой вызов.
Ри-одо Сэтору сейчас слишком занят, чтобы отвечать кому-либо. Только бы выжил.
− Здравствуйте, ни-одо, − киваю я, спускаясь с поддержкой Чотжара. Краем глаза замечаю, как подозрительно сужает глаза мой хранитель. – Что за новости?
− Боюс-с-сь, неприятные. У меня появилис-с-сь с-с-сведения, что ри-до Саэ-нор подбил часть Совета высказать вам недоверие, − сообщает Шаарид.
Опять этому оппозиционеру синеволосому спокойно не живётся.
− На каком основании? – вздыхаю я.
− Ему с-с-стало известно, что вы не менее двух дней гос-с-стили во дворце ри-одо С-с-сэтору. Ри-одо С-с-саэ-нор распространяет с-с-слухи, что Глас-с-с Абсолюта является ваш-ш-шим любовником, метит на трон, и по этой причине вы ничего не делаете для возвраш-ш-щения императоров, − с извиняющейся усмешкой сообщает мне Бронзовый.
− Ну надо же, − фыркаю саркастично.
Знал бы этот Саэ-нор, как дела обстоят на самом деде. Прав всё-таки был Сэтору, когда уговорил меня не говорить Совету о нашем браке. Вон только от предположения, что мы с ним любовники, мне уже недоверие хотят высказать.
Если бы мне всё это сказали ещё пару дней назад, да даже вчера, я бы взвилась до потолка от возмущения. А сейчас мне абсолютно плевать, что там обо мне думает этот вампир ашарский со своими сторонниками.
− Что касается первого обвинения, моя личная жизнь касается только меня и моих супругов, − равнодушно пожимаю плечами. – А вот насчёт второго… Думаю, уже сегодня Повелители сами смогут сообщить Совету, делала я что-то для их возвращения, или нет.
− То ес-с-сть… − ошеломлённо вытягивается лицо на-агара.
− Да, императоры вернулись. Собственно вот, кажется, и они, − киваю я на раскрывающийся купол и заходящий на посадку шаттл.
Шаарид выглядит по-настоящему потрясённым. Поднявшись на мощном хвосте на пару метров выше, пристально следит за летающим судном.
Я же едва справляюсь с желанием сбежать. От нервов и тревоги тело начинает бить мелкой дрожью. И перед глазами пляшут тёмные пятна.
Если Повелители здесь так быстро… что сейчас с Сэтору?
Утешает понимание, что его смерть я бы точно почувствовала. Но зная моих первых двух супругов, сложно не думать о том множестве способов, каким они могут убрать соперника, не убивая его.
Шаттл плавно приземляется на посадочную площадку рядом с моим. Его контуры расплываются перед глазами. Но я далеко не сразу понимаю, что это от пелены выступивших слёз. Нервы уже совсем сдают. Надо попросить Ми-ичана подобрать для меня успокоительное.
Трап опускается, с тихим шипением скрывается в верхнем пазе дверь и в светящемся проёме показывается А-атон. Один.